Будущее, где нас нет
Шрифт:
– Все верно! – вновь широко и натянуто улыбнулся Федор, затем продолжил, – я не, как вы выразились, «образец», я – высокотехнологичный андроид модели сто семнадцать. Был создан для того, чтобы следить за содержанием отдела испытания, где мы сейчас и находимся.
– Ты типа медсестра тут? – с осторожностью спросил Никита.
– Если хотите, можете так меня называть. Однако, я хочу заметить, что в отделе испытаний
– Это ты про ту огромную печь в конце темного коридора? – с опаской спросил Никита.
– Именно. Поставка новых ламп задерживается, нужно будет написать об этом в очередном отчете.
– Ты еще и отчеты пишешь? И кому же, если не секрет?
– Конечно, ежедневно отправляю отчеты. А отправляю я их руководителю проекта Павлову.
Услышав знакомую фамилию, Никиту аж всего передернуло.
– Интересно, это совпадение или это какой-то родственник Андрея, – размышляя, тихо сказал Никита.
– Андрей Владимирович Павлов вы что-то знаете про него? – с интересом спросил Федор, даже стянув со своего лица неправдоподобную улыбку.
– Конечно! Мы с ним когда-то работали! Наверное, – ответил Никита, взглянув на свое тело.
– Это очень интересно. Простите за мое любопытство, просто я давно не встречал живых людей, с которыми можно поговорить.
– О чем это ты? Тут вон сотни людей!
– Возвращаясь к вашим вопросам после моего оскорбления, я хочу вам сказать, что все эти люди – это клоны, как, собственно, и вы. Однако, чьи именно и для чего вы здесь, я вам не смогу сказать. Этой информации мне не вложили, у меня весьма узкий спектр полномочий и знаний. Но могу сказать, что вы первый, кто пришел в сознание и можете говорить, да и вообще функционировать.
– А что не так было с теми, что ты сжигал в печи?
– Неудачные эксперименты. Кто-то из них выходил из состояния искусственного сна и сразу умирал, кто-то умирал медленно путем отмирания мозга. Было несколько случаев, когда приходили в сознание и начинали бегать как сумасшедшие, разбивая голову об стены, и даже я им никак не мог помочь, они просто стремились убить себя всеми способами, печальное зрелище.
–
– Я, конечно, высокотехнологичный андроид, но я не могу чувствовать ни печали, ни радости, но моя программа довольно совершенна, и я могу изображать печаль, когда это уместно.
– Ну я почему-то так и думал. Так, вернемся к Павлову. Что это за проект, как можно с ним увидеться?
– Я боюсь, что вас ждет разочарование. Я с ним уже очень давно не виделся, с момента своего создания. Кроме того, что это лаборатория Павлова, я вам ничего не смогу сказать. Я просто ассистент и передаю ту информацию, которую мне предписано передавать, обслуживаю, как вы выразились, «образцы». Единственного, кого я вижу, это своего коллегу Федора модели сто восемнадцать.
– Это еще кто такой? Еще один андроид?
– Именно, он привозит сверху питательную жидкость, детали и приборы при необходимости, а также проводит мою диагностику и ремонт, если нужно.
– Вот он же явно общается с людьми, верно? – с надеждой спросил Никита.
– Не могу подтвердить вашу версию. Мы с ним не общаемся на сторонние темы. Исключительно по работе. У меня есть мнение, что он вообще не любит говорить.
– А ты, я смотрю, разговорчивее.
– Имеется такая функция, – ответил Федор, натянуто улыбнувшись.
– Так, ладно, я проснулся, какие твои действия дальше? Ты же, вероятно, как-то должен связаться с исследовательской группой. И, кстати, какой сейчас год? Я все верно понял, что сейчас две тысячи семьдесят четвертый год?
– Все верно, сейчас две тысячи семьдесят четвертый год.
– Черт возьми, я проспал пятьдесят лет! Ты, вероятно, про суть эксперимента ничего не скажешь, верно? И про то, что я нахожусь не в своем теле тоже?
– Боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы говорите. Но, возвращаясь к моим действиям, я должен вам сказать, что я должен написать об этом в отчете и отправить академику Павлову, как я вам уже говорил. Вероятно, вас должен будет забрать Федор модели сто восемнадцать. Он единственный, кто появляется из внешнего мира.
– Ну отлично! Давай вызывай своего брата Федора старшего! – Воодушевленно сказал Никита, поднявшись с кровати, с трудом отлипнув от простыни, залитой оранжевой жидкостью.
Конец ознакомительного фрагмента.