Будь рядом

Дрейк Анджела

— А если он доберется до меня первым?

Макс вздрогнул. Господи помилуй!

— Не доберется.

— Как мы можем быть уверены? Предположим, я умру, хотя мне нет еще и тридцати лет. И потом люди будут всегда вспоминать меня как несчастную Изабеллу, жертву чудовищного садиста.

Он отстранил ее от себя и положил руки ей на плечи.

— Прекрати это! Не позволяй ему взять верх. Борись с ним, как поступала раньше. Мы усилим твою охрану. Он не сможет и близко к тебе подойти и вскоре потеряет бдительность.

Он сделает ошибку, и мы его схватим.

— Я не хочу жить в клетке, — сказала Изабелла е горечью, которая резанула его по сердцу. — Даже в клетке, которую охраняешь ты.

— Я знаю, но что я еще могу сделать?

— Ничего. Ты сделаешь все, что сможешь, я это знаю. — Она посмотрела ему в глаза. — И теперь мы должны снова держать нашу любовь в тайне, не так ли? Ох, Макс, мне кажется, я этого не вынесу. Господи! Этот человек знает, как меня мучить, как нас мучить!

— Да, — медленно произнес Макс, его мозг автоматически включился в работу, мысли побежали по разным направлениям, выстраиваясь в гипотезы. — Тебе станет лучше, если я попрошу разрешения отказаться от этого дела?

— Нет! — резко ответила она. — Даже не думай об этом. Я не верю, что кто-нибудь, кроме тебя, сможет поймать этого садиста.

— Очень хорошо. Решено. — Он мягко усадил ее на диван, потом снял с нее туфли на высоком каблуке и нежными пальцами растер ступни. Притянул поближе к себе и стал массировать позвоночник и шею, избавляя от напряжения.

— Что мы будем делать? — спросила она со слезами в голосе. — Что теперь произойдет?

— Я организую очень пристальное наблюдение за домом. И с помощью своих людей еще раз проверю все досье в компьютере, посмотрим, что нам удастся найти.

— Понятно, — покорно ответила Изабелла недоверчивым голосом.

— Поразительно, как часто скучные рутинные методы дают результаты, — сказал он ей.

Она кивнула. Ему невыносимо было видеть ее такой инертной, такой побежденной.

— Изабелла, когда я пришел к тебе в первый раз, я спрашивал тебя о бывших любовниках и о членах семьи.

— Да! И что?

— Ты мне сказала, что у тебя была только одна серьезная связь. Я бы хотел, чтобы ты мне больше рассказала об этом. О нем.

— Ох, ради Бога! Ты же не думаешь, что именно он все это устраивает?

— Мы никого не должны исключать, — терпеливо настаивал Макс.

— Ну все равно. Его зовут Эндрю Йетс, он настоятель собора в маленьком городке Йоркшира. Пользуется большим уважением. Женат, и, по-моему, у него двое детей: Весьма маловероятный кандидат, тебе не кажется?

— Да, но мы все равно его проверим. Не волнуйся, я буду очень осторожен.

— Хорошо, давай, — устало ответила Изабелла. — Но ты только зря потратишь время.

— А как насчет членов твоей семьи? Есть кто-нибудь, о ком ты не упомянула, кроме отца и сводной сестры?

— О Боже, теперь подозреваемый —

мой отец!

— Нет, конечно, нет.

— Других родственников у меня нет. Были две милые эксцентричные тетушки, старшие сестры отца, но они уже несколько лет как умерли.

— Ладно. — Максу хотелось продолжать расспросы, но он рассудил, что она не в состоянии сейчас отвечать на неприятные и сложные вопросы.

— Ты думаешь, письма, пакет, такси и прочее послал один и тот же человек, — внезапно спросила Изабелла.

— Ты хочешь сказать, что Гонт… — прости, Уильямс, — послал некоторые из них и одновременно другой мужчина нацелился на тебя?

— Да. — Изабелла вздрогнула от ужаса при мысли о двух отдельных преследователях.

— Уильямс, конечно, все отрицает. Он утверждает, что никогда тебя не видел и не знал о тебе до вашей встречи.

— Ты ему веришь?

— Да. Прежде я сомневался, как тебе известно. И у нас нет против него веских улик в отношении тебя.

— Ох, как мне все это противно. — Она крепко зажмурилась, словно хотела отгородиться от этого ужаса. — Я почему-то чувствую себя грязной. Мне стыдно. Будто я в чем-то виновата.

— Ну, это ерунда.

— Ты однажды сказал, что в подобных случаях нужно как можно больше знать о том человеке, который является мишенью преступника. Личность жертвы содержит некий ключ к человеку, который на нее нацелился. Разве ты не понимаешь, Макс, как при этом должна чувствовать себя жертва? Словно с ней самой что-то не так. Я все время спрашиваю себя: «Почему именно я? Что во мне такого, чем я его привлекла? Что со мной не так, что делает этого извращенца или помешанного таким одержимым?»

— Да, я понимаю, — медленно произнес он. — Но с тобой все в порядке, дорогая. Ты красива и желанна, умна и отважна. И я так тебя люблю.

— Ну, вы, инспектор, конечно, знаете обо мне гораздо больше, чем большинство людей, — сказала она с легкой насмешкой в голосе. — Поэтому у вас должно быть больше шансов поймать этого человека.

Несколько секунд они молча сидели, сжимая друг друга в объятиях.

— Найди его, Макс! — настойчиво попросила она. — Пожалуйста, найди его… и поскорее.

Макс сидел у себя в кабинете, уставившись на экран компьютера. У него почти не осталось надежды. Он чувствовал, что дрейфует, словно моряк в бурном море на бумажном кораблике. Версия, над которой он размышлял уже столько времени, крепла в его сознании. Он был уверен, что в ней содержится важный ключ, который поможет найти преследователя Изабеллы. Но он не хотел делиться ею ни с кем. Подозрения Эммы Хейс и Джека Чини насчет их отношений с Изабеллой немедленно получили бы подтверждение, если бы он им все рассказал. Ему придется пока действовать в одиночку, нарушая все правила полицейского расследования и совместной работы.