Будь покорной, девочка
Шрифт:
— Успокойся, Селина, — Арон коснулся губами моего виска. — Расслабься. Я не трахну тебя пока ты сама не захочешь.
В этом-то и проблема! Я уже хочу! И мне кажется, еще пара минут и я точно начну просить моего Хозяина о близости.
Но похоже Бергман действительно не пытался меня соблазнить, так как облегчив мне дискомфорт, он убрал тюбик и снова прижал меня к своей груди.
Чтобы отвлечься от назойливых мыслей о близости, я решила подумать о чем-то неприятном и сразу вспомнила сегодняшнюю встречу у мамы.
— Господин
— Задавай, — снисходительно ответил он.
— Зачем Вы хотели поссорить меня с мамой? — я напряглась, ожидая, что этим вопросом разозлю мужчину.
Но нет. Бергман оставался таким же нежным и охотно ответил:
— Я не хотел вас поссорить. С самой первой нашей встречи, я понял, что ты такая забитая вовсе не из-за школьной травли. Это сидело в тебе очень глубоко. Кто-то влиял на тебя. И весьма жестко. А потом ты сама призналась, что ты любишь свою маму, но она в ответ причиняет тебе только боль. Я должен был убедиться в этом.
— Для чего?
— Чтобы оградить тебя от ее влияния, — уверенно продолжал он.
— Но ведь она моя мама! — возразила я, нервно теребя пуговицу на рубашке Хозяина. — Я не смогу не общаться с ней. Я люблю ее. И она любит меня! Просто… ей тяжело мне открыться. И вообще…
Я не договорила, ощутив горькие слезы в горле.
— Это больная любовь, Селина, — Бергман поднял мое лицо за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. — Она разрушает твою личность.
— Нет! — нахмурилась я. — У нас все наладится, когда мы станем жить лучше.
— Селин, — Бергман повысил голос. — Ты кричала в ее гостиной, что ненавидишь ее.
— Это были эмоции! — я высвободилась из объятий Бергмана и села на кровати. — Я чувствовала себя униженной дальше некуда. И это Вы спровоцировали наш конфликт! А сейчас хотите, чтобы я выбирала между вами?
Бергман несколько секунд смотрел на меня тяжелым черным взглядом, а затем заключил:
— Да, хочу. И ты выберешь меня. При любых обстоятельствах.
— Нет, — тихо выдохнула я, не веря словам Арона.
— Да, — еще строже сказал он. — Ты не посмеешь меня ослушаться. Никогда. Ты — моя. Принадлежишь только мне. И будешь слушаться только меня.
Я побледнела от его слов. В этот момент я четко ощутила на себе принуждение, и мне захотелось спрятаться, закрыться, только бы защитить себя.
— Ко мне, — приказал Арон с хитрой улыбкой на губах, и удобнее утроился на подушке, словно собираясь наблюдать за мной издалека.
Я сидела и не могла пошевелиться. Нет смысла даже пытаться убежать. Да и глупо это. Я ведь материально завишу от Бергмана. А мои неверные действия только разозлят его. Но и приблизиться к нему я не могла. Вдруг все доверие, что я до этого испытывала к мужчине, разом рухнуло, оставляя только страх и воспоминания того проклятого разговора с Алиной.
Что если все это время Бергман лишь
— Не надо, — еле слышно прошептала я, попятившись назад.
— Я сказал: ко мне! — повысил голос Бергман, и его глаза потемнели.
У меня перехватило дыхание.
Что мне делать? Бергман сейчас будет меня бить? А потом?
— Селина! — совсем строго прогремел он. — Если ты сейчас не подойдешь сама, то…
Он не договорил и лишь многозначительно кивнул. Но его немая угроза была еще страшнее.
Не понимая что делаю, я подползла на коленях к своему Хозяину и порывисто обняла за руку, прижавшись лицом к его плечу.
— Пожалуйста! Мне страшно! — задрожала я. — Не наказывайте меня!
Бергман держал паузу, из-за чего мой страх превратился в настоящую панику.
Наконец он одной рукой сгреб меня и повалил под себя.
Широко раскрытыми от ужаса глазами, я наблюдала за эмоциями мужчины, пытаясь предугадать следующее действие.
— Не глупи, — мягко и снисходительно произнес Арон, прижимая меня к кровати своим весом. — Я не сделаю ничего, что в итоге тебе не понравится. Я буду стараться приносить тебе удовольствие, даже во время наказаний.
Я немного успокоилась от его слов, но все же понимала, что наказания мне явно не избежать. Поэтому лежала тихо и неподвижно.
— Ты ведь хочешь этого? — Арон склонился к самым губам, выдыхая в мой рот горячий воздух. — Чтобы я тебя наказал. Хочешь узнать, как это по-настоящему?
Я жалостливо сдвинула брови и отрицательно замотала головой.
— Ты хочешь, — сексуально прорычал он, спускаясь рукой по моему животику. — Попроси меня об этом, Селина. Попроси сама.
Я снова отчаянно замотала головой, слегка поскуливая от собственного ответа.
Бергман усмехнулся и безжалостно накрыл ладонью мою промежность. Затем чуть раздвинул мои нижние губки и нашел пальцами чувствительную кнопочку.
Я вскрикнула и забилась под могучим телом мужчины. Не было сомнений в том, что он вынудит меня сдаться, поэтому еще есть надежда на сопротивление… наверное.
Арон тем временем схватил двумя пальцами мою кнопочку и зажал между ними. Сначала несильно, но с каждой секундой его пальцы сдавливали с еще большей силой, вынуждая меня гореть от сладкой боли и еще неистовее извиваться.
В какой-то момент боль перешла границу допустимого, и я больше не могла двигаться, лишь дышала часто и коротко в раскрытые губы моего Хозяина. Я вцепилась пальцами в простыню, чтобы окончательно ограничить свои движения, и тонула во властном взгляде черных глаз Арона.
— Приятно? — ласково спросил он.
Я пискнула и зажмурилась, чтобы никак себя не выдать, но Бергман и так все понял.
— Конечно, приятно, — прошептал Арон, пожирая мои эмоции, — иначе бы ты не была такой мокрой.