Будь по-твоему, Алекс...
Шрифт:
– Я никогда не был поклонником всех этих увеселительных вечеринок. Ах, с каким удовольствием я послонялся бы сейчас по своим конюшням!..
Тут Ханна вспомнила все, что рассказывал Алекс об эксцентричном Максе Уайлдинге, и догадалась, с кем разговаривает.
– Мистер Уайлдинг, разрешите предложить вам бокал шампанского? – спросила она.
Голубые глаза старика загорелись.
– Да… шампанское будет очень кстати. Конечно, я с большим удовольствием посмаковал бы двойной шотландский виски со льдом, но
Ханна перехватила у официанта, снующего взад-вперед в толпе приглашенных с заставленным напитками подносом, два бокала шампанского и вернулась к кадке с искусственной пальмой. Передав Максу его бокал, она отпила чуточку из своего. Может быть, искристый напиток усмирит лихорадку ее нервов и расслабит тугой комок в животе?
– А почему такая хорошенькая молодая леди прячется по углам? – Голубые глаза Макса Уайлдинга лукаво на нее поглядели, а густые белоснежные брови вопросительно приподнялись.
– Просто я впервые за много лет выбралась на прием, – объяснила Ханна. – Чувствую себя немножко не в своей тарелке.
– О, не волнуйтесь, вы моментально втянетесь. Большинство молодых женщин обожает посещать разные там вечеринки, сборища…
Ханна задумалась над его словами. Да, когда-то и она наслаждалась вечеринками и театральными премьерами. А не слишком ли она перестаралась, когда после развода с Эдвардом изолировала себя от людского общества? Не изолировала ли она себя от самой жизни? Она не успела докопаться до ответа: голос Макса Уайлдинга прервал ее размышления.
– Ого, кажется, прибыл наш уважаемый хозяин.
Ханна подняла глаза и увидела Алекса, стоящего на верхней ступеньке широкой мраморной лестницы, которая вела в верхние помещения. Они не виделись почти неделю, и сердце Ханны забилось пойманной птицей у нее в груди, когда она окинула взглядом его высокую внушительную фигуру. Боже, она совсем позабыла, как мучительно он красив… Алекс был одет в безупречный черный смокинг (официальный стиль одежды великолепно подходил ему). Он выглядел бесстрастным и собранным, твердо стоящим на ногах – истинным хозяином своей финансовой империи.
Потом Алекс окинул взглядом комнату и увидел ее. Бесстрастность его черт смягчилась и уступила место такой теплой, такой радостной улыбке, что волны расплавленного пламени заструились по венам Ханны. И в те мгновения, когда он пробирался к ней сквозь толпу приглашенных, Ханна поняла: Овен он или нет, она безнадежно влюблена в Алекса Доналдсона.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
– Лично я готов уходить, а ты? – прошептал Алекс Ханне на ушко.
Вечер сворачивался. Уже было сделано заявление для прессы, и толпа приглашенных начала расходиться. Остались только последние стойкие приверженцы массовых собраний.
Ханна ответила Алексу согласной улыбкой. Силы ее были совершенно
– Поедем. – Ласковой рукой он полуобнял ее плечи, подвел к лифтам и нажал кнопку вызова. Пока они дожидались лифта, он спросил: – Я уже говорил, что ты выглядишь восхитительно?
– Говорил несколько раз, но пусть это не мешает тебе продолжать осыпать меня комплиментами, – пошутила Ханна и шагнула в прибывший и раскрывший перед ними двери лифт. Алекс последовал за ней и, едва двери закрылись, тотчас привлек Ханну в свои объятья.
– Разрешите заметить, мисс Мартиноф, что сегодня вечером вы выглядели потрясающе.
– Благодарю, мистер Доналдсон. Вы тоже превосходно выглядите. – Ханна улыбнулась. Всматриваясь в его строгие, мужественные черты, она чувствовала непонятную робость. Она любила Алекса, но чувство этой всепоглощающей любви было для нее в новинку и наполняло ее некоторой скованностью. Ханна еще не привыкла любить Алекса.
– По твоему довольному виду можно предположить, что вечер удался, – заметил Алекс.
Лифт остановился, и Ханна высвободилась из его объятий.
– Я чудесно провела время. Смешно, но я напрочь забыла, как приятно бывает порой встречаться с людьми и развлекаться светским разговором. Макс Уайлдинг – замечательный собеседник.
– Правда, он забавный чудаковатый старикашка? – Они вышли из лифта и направились к подземной стоянке автомобилей. – Он отдал бизнесу всю жизнь. А что ты скажешь о заявлении для прессы? Ты была удивлена?
– Чуть-чуть. Когда ты принял решение не покупать «Уайлдинг Электроникс»? – спросила Ханна и вспомнила, какими глазами смотрел на нее Алекс, когда оповещал прессу о том, что компания «Доналдсон Корпорэйшн» не только отказывается от решения покупать «Уайлдинг Электроникс», но и собирается вкладывать в нее значительные инвестиции. Тогда на лице Алекса отразилось жадное мальчишеское предвкушение ее реакции.
– Помнишь наш разговор, когда ты спросила, зачем мне взваливать на свои плечи очередную компанию? – Ханна кивнула, и Алекс продолжил: – По-моему, тот разговор отложился где-то у меня в подсознании и подействовал на мое решение не покупать компанию.
– И ты выбрал вкладывание денег вместо покупки, да? Ты решил оставить право управлять компанией Максу? – Ханна прикрыла ладонью сладкий зевок. – Извини, – криво улыбнулась она, – Отвыкла я бодрствовать в ночные часы.
– Вообще-то я и сам едва держусь на ногах, – признался Алекс, когда к ним подогнали его спортивный автомобиль. – Это была трудная неделя. – Он открыл дверцу и пригласил Ханну сесть на место рядом с водительским. – Тут у меня неподалеку есть квартира. Можно поехать туда и остаться там на ночь. А утром со свежими силами отправимся домой.