Будь моим... оборотнем
Шрифт:
— Ты… — В его голосе появились нотки испуга, даже ужаса.
— Я!
И судорожно поймала его ладонь в свою. Он всё понял и не задал ни одного лишнего вопроса — только стянул свободной рукой с моего плеча сумку (левую так и не отпустил), закинул её на себя и побежал обратно к дороге. Я не успела отдышаться, во рту ощущался солоноватый привкус крови.
Когда мы остановились, мне чудилось, что легкое разорвется. Воздуха недоставало, и я раскрывала рот как рыба, выброшенная на берег волной и оставленная умирать на песке.
Ричард бросил в
— Не вздумай отпускать меня, — потребовал, вынимая из колбочки плотно сидящую пробку. Ответить я не успела.
Он залпом опустошил содержимое и скривился как от лимона, прижал меня к себе вплотную. Клянусь, я слышала, с какой дикой, ненормальной силой колотится его сердце.
Мир закрутился перед глазами, земля и небо, деревья, травы — всё смешалось в темно-изумрудное пятно. Живот скрутило, сердце защемило где-то под сместившимися ребрами. Секунда или две, и я упала на землю спиной. Недавнему обеду, заботливо предложенному мне ведьмой, не сиделось внутри, а в висках стучала кровь.
Когда я оклемалась, Ричард уже сидел на сваленном дубе. Он мрачно разглядывал какую-то невидимую мне букашку. Длинная челка спадала на глаза, но он не откидывал её, а только перебирал меж пальцев.
— Что это было?! — вскрикнула я, ощупывая всю себя. На месте ли ноги и руки, а то такое чувство, что нет.
— Угу, что это было? — слишком спокойно ответил на истеричный крик мой вновь приобретенный спутник, опершись щекой на кулак. — Почему ты здесь?
— Ты первый! — Кроме глупых восклицаний, не осталось никаких иных способов для общения, хотя Ричард отреагировал на мои вопли легкой усмешкой.
— Хорошо, — миролюбиво согласился он. — Прейя дала мне это зелье перед уходом. Дескать, жертвовать собой нельзя, и когда ситуация окажется безвыходной, я должен это выпить, — он снова поморщился. — И тогда перемещусь на несколько десятков, а то и сотен миль. Точнее — пролечу.
— Ясно, — с умным видом кивнула я, хотя ясности его объяснение не добавило. — А зачем мы тогда бежали?
— К сожалению, я почувствовал вонь нашего старого знакомого. А с какой скоростью действует это зелье, не знал, поэтому решил дать нам небольшой отрыв. Итак, твоя очередь, красота.
Эти слова звучали с горечью. Мигом пробудилось всё то, от чего так терзалась душа в уютной квартире. Я подбежала к Ричарду и порывисто обняла его, уткнувшись носом в теплую грудь. Он пах мятой, прелой травой и летним зноем. Ничего лишнего, всё такое родное и знакомое. Я вслушивалась в биение сердца и неожиданно разревелась. Слезы, скатываясь по щекам, разбивались о рубашку Ричарда. Тот неуверенно погладил меня по волосам и спросил тише, ласковее:
— Почему ты плачешь, глупая?
— Ты чуть не погиб из-за меня. Причем не единожды, а я даже попрощаться с тобой не захотела. Мне так стыдно! А если бы я не успела добежать…
— Не переживай, — теплым голосом, без ехидства, ответил Ричард. — Один бы я всё равно не стал пить зелье ведьмы.
— Но почему?! — Я отстранилась, чтобы заглянуть в серые глаза.
— Мне надоело прятаться, а единственная, кто держал меня в строю после той встряски с казнью, была исключительно ты. Раз я должен защитить какую-то девицу из иномирья — я бы её защищал до последней капли крови.
— И умер?..
— Не худший исход.
Он закусил губу. Я начинала убаюкиваться от легких поглаживаний по волосам и от тихого шепота. Ветер дул в спину и щекотал уши одному ему известной песней, звуки испарились. Остался лишь теплый, струящийся голос, не похожий ни на что иное, и я.
— Показательное избиение куда страшнее безболезненной смерти, — с трудом выдавил Ричард. — Красота, не страшно вновь очутиться в объятиях убийцы?
— Ты никого не убивал.
Я закатила глаза.
— Ведьма рассекретила? Жаль, хорошая получилась сказка, мне самому она понравилась, — Ричард хмыкнул. — Знаешь, всё получилось спонтанно. Я и не думал продолжать путь вместе, зато почувствовал, что ты не отлипнешь. Тебе, видите ли, товарищ нужен. От товарища-убийцы ты как-то быстренько отказалась. Я и хотел слинять по-тихому, но как узнал, что ты совсем ничего не знаешь о нашем мире, решил довести хотя бы до ближайшего села. Ты бы обжилась там, а меня бы не мучила совесть из-за того, что где-то в чащобе разгуливает бедная девочка и ест все травы подряд. Я оставил тебя, но случайно, в волчьем облике, расслышал разговор стражи, которой было велено отловить тебя. Не меня, понимаешь, а тебя? Твои черты уже были известны старосте. Ну, думаю, конец моей красоте пришел.
В мужском взгляде появилось лукавство. Ричард аккуратно стер слезы с моих щек и подмигнул. Мне никогда ещё не встречался человек, готовый отдать за меня жизнь. Впрочем, я никогда до недавнего времени не спасала людей от смертной казни. Всё случается впервые.
— А что потом?
— Я так испугался, что уже собирался бежать вызволять тебя. Не от чувства заботы или дружбы, нет. Просто страшно было осознавать, как я собственноручно отправил ни в чем неповинную девочку, спасшую мою шкуру, на верную смерть. Кстати, как ты выбралась?
— Выпрыгнула со второго этажа и дала деру, — хмыкнула я, вспоминая об ушибе, крикливых торговцах и молодых людях, выведших меня из села.
Я в последний раз шмыгнула носом и пересела на другой край бревна. Обнимания нехорошо затягивались, поэтому стоило их прекратить. Ричард широко раскрыл глаза и склонил голову, неприлично долго и с интересом рассматривая меня.
— Ты лучше продолжай о своем спектакле рассказывать! — насупилась, поднимая лицо к чистому небу.
— У меня история не столь увлекательная. — Он откровенно смеялся. — Побродил по лесу, не зная, как помочь тебе выбраться из передряги. Но ночью совершенно случайно наткнулся на твои стенания.