Бубновая гильдия
Шрифт:
Мошенник осторожно обошел странного гостя (тот, не отрываясь, следил за джокером) и, подобрав кошелек, высыпал его содержимое на стол. Как ни странно, разбился только один флакон — тот, который подсунул пьяный гном. А значит…
— Ты джинн? — Айзан вскинул голову, смотря прямо в глаза нежданному гостю.
Тот страдальчески закатил глаза:
— И почему вы, люди, так любите слова на букву «д»? Демон, джинн, дурак… Хотя нет, это уже другая опера.
— Значит, нет, — меланхолично отметил мошенник, — а кто?
Парень состроил зверское лицо и
— Я черт! — А потом жизнерадостно поинтересовался: — Страшно?
В первый момент Айзан оторопел (чертей не бывает, не бывает, не бывает!!!), а потом осторожно спросил:
— А где рога и хвост?
Черт фыркнул:
— А что тебе нужно? «Шашечки» или ехать?
— В смысле? — не понял «граф Нортэйский».
— А, забудь! — отмахнулся черт.
Он уже успел принять вертикальное положение в пространстве и сейчас с интересом оглядывал обстановку комнаты, не спускаясь, впрочем, на пол.
Наступило молчание. Айзан просто не знал, о чем можно разговаривать, а черт был слишком увлечен изучением обстановки. Впрочем, первым заговорил все же он.
— А ничего, мило у тебя здесь. Живешь тут?
— На бал приехал, — буркнул мошенник.
Глаза черта загорелись азартом:
— Ой! А я никогда на балу не был! Возьми меня с собой, а?! Ну будь же человеком! Разве кто-нибудь заметит появление одного лишнего гостя?! А я с детства мечтал!
Сообщать случайному знакомому о том, что один лишний гость на этом балу уже есть, казалось сумасшествием. Брать с собой — безумием. Айзан решил пойти другим путем. Он окинул взглядом скромную одежду черта — так одеваются горожане или одевались в середине этого века — и сообщил:
— У тебя костюм неподходящий.
— Проблема только в этом? — Черт мягко спустился на землю. Едва его ноги коснулись земли, как по телу тотчас пробежала волна золотистого света, и его одежда переменилась. Теперь на нем был черный костюм с серебряным шитьем. На плечи был накинут плащ, а на руках перчатки с серебряными шипами.
— Ну как? — горделиво поинтересовался черт, по-детски крутанувшись на пятке.
— Неплохо, — только и смог выдавить Айзан.
Конечно, новая одежда тоже была в моде лет сорок назад, но, с другой стороны, можно ведь будет сказать, что гости прибыли из очень далекой провинции.
— То-то же! — фыркнул черт, потирая лоб.
Но уже в следующий момент он, ойкнув, отдернул руку (шипы оказались слишком острыми) и, сдернув перчатки, спрятал их за пояс, удивленно пробормотав:
— И как он с этим ходил?! Даже в носу поковыряться нельзя!.. Извраще-е-енец!..
Айзан толком не расслышал, что же сказал черт, но решил не заострять на этом внимания, просто поинтересовавшись:
— Тебя как зовут?
— Джейт!.. Стоп! Я же на этом балу дворянином буду! — радостно припомнил черт. — Надо ж себе какой-нибудь титул придумать! Герцог… Нет, это слишком помпезно. Шевалье… А это слишком мелко, да у вас тут и титула такого, наверное, нет. — Он задумчиво почесал голову, а потом воскликнул: — О! Буду графом! Простенько и со вкусом!
Айзан поперхнулся:
— Что за бред?!
— А чем тебе не нравится?! — обиженно вскинулся черт.
— Фамилия идиотская.
— Бе-бе-бе! — передразнил его Джейт. — Зато у меня документ на нее есть! — И он ловко выдернул из воздуха огромный, пожелтевший от времени свиток, исписанный алыми чернилами и заверенный сургучной печатью, а потом, ткнув развернутым пергаментом под нос Айзану, горделиво поинтересовался: — Видишь?
Не увидеть этот «документ» было трудно, но мошеннику безумно не понравилась выдуманная Джейтом фамилия, и он попытался переубедить черта:
— Может, придумаешь что-нибудь другое?
— Вот еще! Хотя… поменяю! На барона Валлонского, Брасьенского и Пьерфонтского! Одновременно.
Эти титулы Джейт также подтвердил соответствующими документами.
— А еще я буду виконтом Браже…
Айзан представил, как будут один за другим перечисляться эти нескончаемые имена, и поспешно сообщил:
— Я согласен на графа!
Убедившись, что никто не собирается посягать на его «законный» титул, черт радостно захлопал в ладоши, а потом плюхнулся в одно из свободных кресел возле столика на витой ножке:
— Итак, кто такой я, мы выяснили. Теперь пора объяснить, кто такой ты.
Айзан честно попытался припомнить свой титул:
— Э… ну… я граф Нортэйский!
— Очень приятно! Майя Плисецкая!
— Чего?!
Черт страдальчески закатил глаза:
— Объясняю для тех, кто в танке! Ты такой же граф, как я — балерина!
— С чего ты взял? — Айзан посерьезнел. Если первый встречный понимает, что мошенник — не тот, за кого он себя выдает…
Джейт фыркнул:
— Я — черт! Забыл? Мысли читать я, конечно, могу не у всех — хотя у очень многих, — но эмоции чувствую хорошо! А вот сейчас я уверен, что ты — врешь! Так, может, скажешь правду?
Мошенник осторожно опустился во второе кресло:
— А зачем это тебе?
— Ну… ты меня освободил. Зная, кто ты и чего ты хочешь, я смогу тебе помочь.
— А если мне не нужна помощь? — огрызнулся джокер.
Черт усмехнулся:
— Значит, просто не буду мешать.
Пригладив волосы, он потянулся к вазочке с фруктами, стоявшей на столе, но Айзан ловко отодвинул ее. Рука Джейта замерла над столом, а потом черт, обиженно хлюпнув носом, плаксиво поинтересовался:
— Тебе чего, жалко?! Для бедного, несчастного ребенка? Одной несчастной груши?!
Мошенник решил не поддаваться на провокацию:
— Я хочу понять, почему ты вздумал мне помогать? Или, как ты сказал, не мешать… В легендах говорится, что черти совершенно другие.
Джейт щелкнул пальцами, и груша, сорвавшись с вазы, влетела ему прямо в ладонь. Черт впился зубами в спелый плод и уже с набитым ртом ответил:
— Маво ли фево в левендах гововвится! Мефя мама увила, фто нафо быфь бевым и фуфиффтым!
Айзан, с трудом разобравший, что же хотел сказать ему черт, только вздохнул: