Бубновая гильдия
Шрифт:
Эрика замолчала и опустила голову, не зная, о чем стоит говорить дальше. Рассказано все, начиная от прогулки на выставку и заканчивая сегодняшним днем. И что дальше?
Констарен задумчиво пригубил вино из бокала и поинтересовался:
— Вы голодны?
Ответ последовал мгновенно:
— Нет! — Причем так ответили и Эрика и Ирдес.
А потрясенный черт взмыл со спинки кресла:
— Как это «нет»? Как это «НЕТ»?! Да я с утра ничего не ел! Сейчас уже часа четыре дня, я голодный как собака! Вам что, совсем не жалко мой бедный несчастный растущий
В вертикальных зрачках наследного принца запрыгали смешинки, но он, сохраняя каменное выражение лица, просто поставил бокал на стол и, встав на ноги, подошел к стене и дернул за плетеный шнур, свисающий возле тяжелых бархатных портьер. Где-то вдалеке раздался едва слышный звон колокольчика.
Через пару минут в гостиную заглянул мальчишка-паж.
— Вызывали, Ваше Высочество?
Принц медленно кивнул:
— Арден, я сегодня буду ужинать здесь. Накрой стол на… — Джейт подался вперед, и Констарен усмехнулся, — на четыре персоны.
Мальчишка поклонился и выскользнул из комнаты.
Через пару минут в помещении возникло несколько слуг. Они споро зажгли свечи (в комнате быстро темнело), расставили на столе приборы. Одна из служанок — пышная русоволосая девушка, раскладывая на столе вилки и ножи, сладко улыбалась и норовила задеть бедром Ирдеса. Эльф вскинул на нее удивленный взгляд, и девушка с томным выражением лица «затрепетала» ресницами… Ирдес ответил ей улыбкой, но в следующий миг, сдавленно ойкнув, уже тер щиколотку: Эрика, которой все это представление, мягко говоря, не понравилось, пнула его по ноге, а потом с нарочитым усердием принялась изучать потолок.
Джейт, успевший к тому моменту увеличиться до нормального размера и сидевший в соседнем с Эрикой кресле, склонился к ней и тихо поинтересовался:
— Ревнуешь?
Воровка перевела взгляд с потолка на черта, ласково улыбнулась ему в ответ и тихо, одними губами сказала:
— Еще один подобный вопрос, и я оторву тебе голову!
Уж кому-кому, а Джейту о своих чувствах и мыслях Эрика рассказывать не собиралась. Вот если бы ее спросил Ирдес, она бы честно ответила! Она бы сказала: «Да о какой ревности может идти речь?! Да было бы к кому ревновать! Да эта служанка страшна как кикимора! Да у нее рот как у лягушки, нос картошкой и глаза цвета болотной тины! Смотреть не на что!» Вот только бубновый король не собирался задавать глупых вопросов. Он и так все прекрасно понял.
Джейт же просто обиженно отвернулся.
Выйдя из комнат принца, Алинта поняла, что пора действовать. Уж кого-кого, а Ирдеса Кевирта она узнала. Это ведь именно его разыскивает бубновый туз. Но прежде надо бы перекинуться парой слов с Тией, которая тоже служит в замке.
Когда солнце, побагровев, коснулось горизонта, паж, проскользнув в комнату, зажег свечи в тяжелых бронзовых подсвечниках на столе. Язычки пламени трепетали, отбрасывая алые отблески на стены в потемневшей гостиной.
После ужина молчаливые слуги убрали со стола и скрылись. Паж-гоблин тоже хотел было уйти, но принц остановил его коротким знаком.
— Арден, сейчас
— Конечно, Ваше Высочество…
— Проводи моих гостей в одну из них, где-нибудь неподалеку, на этом этаже. Мы продолжим разговор завтра.
Разговор с Тией много времени не занял. Всего-то и надо было убедить подружку в том, что пока Алинта будет общаться с главой воровской гильдии, Тия должна найти комнату, в которой расположился бубновый король, и посмотреть, что там, где и как. Ну конечно, это надо будет сделать не прямо сейчас, а чуть попозже, когда все уснут.
Ну а выйти из королевского замка Алинте удалось легко. Благо один из лакеев около полугода назад показан обнаруженный им потайной ход, начинающийся близ кухни и заканчивающийся у речного порта.
Через пятнадцать минут девушка была в особняке у дона Кевирта.
Комната, в которую паж проводил Ирдеса и Эрику (ну заодно и Джейта, ставшего опять не больше дюйма), явно предназначалась для не особо знатных гостей. Стены были затянуты слегка вылинявшим бархатом, позолота на ножках небольшого диванчика, расположенного у дальней стены, облезла, а кресла, поставленные возле столика на витой ножке, были сделаны лет пятьдесят назад, не меньше. Лишь две двери — выходящая в коридор и ведущая в спальню — были более или менее новыми.
Ирдес, вошедший в комнату самым первым (принципа «пропусти вперед даму» он попросту не признавал, применяя его крайне редко), опустился на диван.
— Эрика, вы не хотите рассказать, откуда знаете наследного принца?
Девушка вздохнула, несмело присаживаясь в свободное кресло:
— Это не я знаю его, а он — меня.
— А все-таки? — заинтересовался Джейт, опускаясь на спинку другого кресла.
Воровка грустно усмехнулась, вновь попытавшись увильнуть от ответа:
— Это долгая история.
— Ничего, время у нас есть, — хмыкнул бубновый король.
Эрика вздохнула:
— Мне было тогда шестнадцать лет…
…Туча на мгновение закрыла луну, и Эрика рванулась к королевскому замку, надеясь пересечь площадь раньше, чем вновь посветлеет. Звезды подмигивали с небес, словно насмехаясь над воровкой, решившей пробраться во дворец. Луна выглянула из полумрака, где-то вдалеке раздался переливчатый собачий лай. Но девушка к этому моменту уже успела добежать до здания и прижаться к нагретой за день каменной стене.
По паре капель из синего флакончика на перчатки из тонкой кожи — месяц на них копила! — затем осторожно коснуться стены, проверяя действие зелья, позволяющего карабкаться по вертикальным поверхностям, и, подтягиваясь на руках, направиться вверх, старательно избегая освещенных окон.
Эрика прекрасно знала, что воровать нехорошо, и спорить с этим тезисом не собиралась. Но, когда тебе шестнадцать лет, ты — круглая сирота и тебя не принимают ни на какую работу, надо как-то жить… И кто виноват в том, что из множества способов добывания денег был выбран именно этот? Тем более что на вступление в гильдию не было ни времени, ни возможности.