Брутфорс 4
Шрифт:
— Риц, брось свои игрушки! У нас есть дело! Его надо делать! Ты что такое дисциплина понимаешь?
— Понимаю. Но то, что я делаю, тоже очень важно. Если лаборатория будет работать круглосуточно, я успею и то, и другое, но ты же нас выгонишь к ужину.
— И выгоню! Никаких инициатив, понял?
— Да понял я, понял. А если Гелий одобрит мои деяния?
— Когда одобрит, тогда и займешься.
Нервные все какие. Нехорошо, что я даже на живую нитку ничего не собрал, придется Гелию на пальцах объяснять. Не люблю на пальцах. Может, мне кто чертеж красивый нарисует? Я огляделся вокруг, но все сосредоточенно копались в своих заданиях.
Швед хмыкнул, забраковал два и перебросил годные к Марго с Гелием. Потом выгнал нас, запер дверь, и я направился к Гелию. Профессор ждал меня в дальней комнате инкубатора. Почему-то он нечасто уходил к себе в кабинет, хотя, на мой взгляд, там было приятно. И достаточно пафосно. Но преподов разве поймешь?
— Как Хмарь? — выпалил я. И быстро добавил, — и Килик?
— Все хорошо. Мы усадили их за анализ кондиционированной массы. Трогать ничего не надо, только замерять, фиксировать и анализировать. Как ваши успехи?
— Швед должен был вам переслать наши контроллеры. Мы их сколько-то наделали, не знаю, какие лучше. И извели почти всю массу, которая была, но уже есть две новых.
— Я еще не смотрел. Обязательно ставьте числовой код массы на всем, что делаете, будем следить.
Я кивнул.
— Так. Вы ведь не просто так пришли?
— Да, — оживился я. — У меня к вам два вопроса. Первый. Я познакомился с командой Вальтона, и уже писал про них Марго. Они хотят от него уйти, и их согласны отпустить на двух условиях: они сами решат свои проблемы с зачетом долгов перед университетами, и найдут для Вальтона Кулбриса.
Гелий захохотал.
— А у советника губа не дура! — заявил он, отсмеявшись. — Как вы будете вылавливать Кулбриса, я даже не спрашиваю, а как вы видите роль инкубатора?
— Возьмите их на работу, пожалуйста. Они и на полную ставку могут. Они говорят, что отправили нам заявки, но те застряли на модерации.
— Да, верно, — признал Гелий. — Мы давно в этот ящик не смотрели. Я поручу Марго заняться. А они все учились у нас?
— Только Майя. Серафим и Василий из Северного.
— Угу. С Серафимом и Василием посложнее будет, но решим, если с ними договоримся. Я ничего не обещаю, но, честно говоря, мы тоже заинтересованы в новых людях. А брать их негде. Разберемся. Это всё?
— Нет. Есть еще идея, как помочь органикам работать с токсичной массой. Чтобы руки не жечь.
— Ну-ка, ну ка!
Я, как мог, объяснил мысль. По сути я пытался создать нечто вроде экструдера, через который бы выжимался материал. Его можно было бы подключить к источнику и тянуть из него поток нужной толщины и плотности. Регулировку потока я толком не продумал, можно и руками, хотя лучше было бы приделать настоящий дозатор.
— Очень интересно, — одобрил Гелий.
— Только я ничего не успел сделать. Только трубку. Я даже не добился пока нужной эластичности.
Я предъявил ему кусок, который успел сваять, пока на меня не начал орать Швед.
Гелий забрал к
Я опустил глаза и обнаружил, что мой браслет уже обмигался: туда уже полчаса рвался Баклан.
Баклан: Э? Ты там где?
Баклан: Питон с Киликом уже вернулись, а тебя волки съели?
Баклан: Мы ушли ужинать. Взять что-нибудь?
Я попросил захватить мне чего-нибудь, что можно разогреть. Не хотелось мне уходить от Гелия ни с чем.
— Значит, так, — вынырнул из своих размышлений профессор минут через тридцать. — Мысль светлая. Так мы сможем делать на базовом уровне гораздо более тонкую работу. Хорошая идея, и наших пострадавших сможет поддержать. Только есть у меня одно сомнение.
Я навострил уши. Что не так?
Глава 9
Не так было примерно всё. Для начала Гелий расхвалил меня и сбил бдительность. Вот он современный подход, все начинают с позитива. Но он довольно быстро перешел к недостаткам и предположил, что у меня не хватит сил сформировать достаточно большой лист эластичности. Которым мы добивались повышенной подвижности элементов и который тут был необходим. И тут же предложил себя с Марго в подмастерья, вместе мы бы справились.
Ого, Марго с Гелием мне в подмастерья! Я согласен! А вот второй момент был хуже. Мало того, что этим устройством, несмотря на его проявленную материальную сущность, все равно могли бы пользоваться только органики, так оно все равно не могло полностью изолировать массу. Скорее всего.
Короче, смысл его опасений был в том, что токсичная масса будет фонить через мой импровизированный экструдер. Для тех, у кого руки в порядке, это не проблема, а помощь, а Килику и Хмари мое устройство скорее всего не поможет, но это можно будет проверить. Пока наши под руководством Шведа создавали новые блоки масс, из которых предлагалось тянуть материал для элементов, Марго с Гелием тряхнули стариной и прикрутили к хранилищу замер активности массы.
Масса, которая сожгла руки Хмари и Килику, показывала 5 по десятибалльной шкале активности. Сравнивать эту цифру нам было не с чем, просто взяли за базу — если пятерка, можешь остаться без рук. И после того, как мы соберем наш условный выдавливатель, Гелий предложил назвать его оргудавом, — органический давильщик! — можно будет замерить, сколько активности пробивается через трубку наружу.
Потом он хотел сказать что-то еще, но остановился и приложил ладонь к губам. Что? Что вам еще пришло в голову, профессор? Но Гелий решительно со мной распрощался.
— Достаточно на сегодня. Если у вас нет планов на выходные, приходите завтра к десяти, попробуем вместе с Марго собрать ваш концепт.
Я, разумеется, согласился. Какие еще планы, когда такие дела?
Планы на выходные, тем не менее, образовались сами. Вечером пришло письмо от отца с предложением увидеться, пока он не уехал к бабушке в леса. Отлично, что он мне сам написал! Теперь не придется выступать просителем. Вернее, все равно придется, но не так навязчиво. А, может, и я ему пригожусь, обменяемся, так сказать. Но мы договорились встретиться вечером, а утром я точно пойду в инкубатор.