Брутфорс 4

Катиш Иван

Горшочек из теста выглядел как настоящий, с узором и ручкой, только снять крышку было нельзя, а надо было взрезать ножом, чтобы добраться до содержимого. Потому что крышка составляла с горшком единое целое.

— Это фальшивая крышка, да? — догадался Дима.

— Совершенно верно, — засмеялась бабушка. — Заворачиваешь начинку в тесто, а ручку и узор накладываешь сверху. Полная иллюзия. Сто лет так делают.

— Здорово! — восхищенно выдохнул Баклан и откусил кусок отрезанной крышки.

Там все было вкусное, ничего бросать

не хотелось.

— Как хорошо, когда есть кого кормить! — радовалась бабушка.

На побережье она жила отдельно от родителей и изредка кормила только управляющего делами, которого привезла с собой, но на праздники оставила в городе — заниматься делами. А здесь целых три глотки, я бы давно устал нас кормить и перевел всех на пельмени, но это же бабушка!

— Ба, а ты здесь на всю зиму останешься? — спросил я.

— Да, пробуду до весны вместе с отцом. А там посмотрим.

— Он собирается весной возвращаться?

— Что-то вроде того. Планы у него самые неопределенные. Что ты там говорил по свое общежитие? Откроются пятнадцатого? Тогда вы только в городе сможете увидеться. Он сейчас там, а сюда собирается ближе к концу месяца.

— Отец уже здесь? Вот коварный! Ничего не сказал.

— С него станется. Сам знаешь, какой он.

Да я и сам такой, если вдуматься. Ненавижу никого ставить в известность о своих планах. Вдруг не получится? Как это объяснять?

Пока пили чай, я рассматривал вазочку с клюквой в сахаре. Удивительный продукт, в детстве я очень любил. Сейчас уже не так. Зато Дима с Бакланом клевали ее наперегонки. Когда клюква закончилась, бабушка погасила основной свет и оставила только лампу над столом. Получилось уютно. Идеально, чтобы рассказывать сказки.

Но вместо сказок Дима немножко рассказал, что они с Майей оказались в одном классе по ошибке. Когда она записывалась в него, ей показалось, что это будет класс с творческим уклоном, а Диме — что с облегченной программой по математике. Ошиблись оба: программа была предусмотрена самая стандартная. Но когда они это обнаружили, оба решили ничего не менять. Сочли, что это знак.

— Дим, я думаю, это был твой первый философский поступок, — улыбнулся Баклан.

— Думаю, да, — ухмыльнулся Дима и потянулся проверить, не осталось ли еще клюквы. Но клюквы больше не было, только тонкий слой сахарной пудры покрывал дно вазочки.

— У меня есть еще упаковка, — сообщила бабушка.

— Не надо, — отказался Дима. — А то есть риск не пролезть в дверь.

— Это вряд ли, — усомнился Баклан. — Раз тебя завтра нигде не ждут, пошли снова в лес кататься. Мне понравилось. Можем сходить по большому маршруту, а Риц пусть завидует нам.

Бабушка подняла голову и вопросительно посмотрела на меня.

— Мне завтра снова надо съездить к Вальтону, а Диму настоятельно просили не приезжать. Отвлекает бесценных сотрудников. Я так понимаю, он и сегодня чудом смог встретиться с Майей, потому что Вальтон был в отъезде. Но теперь он вернулся

и сидит на гнезде.

— Ага, сует птенцам червей, — фыркнул Дима.

— Надо ехать? Или ты хочешь? — уточнила бабушка.

— Мне любопытно. У них была какая-то встреча, про которую мне расскажут только через неделю. А я могу узнать у него и приеду подготовленный. Если он не будет наводить тень на плетень.

Бабушка кивнула.

Мы допили чай, я составил посуду в посудомойку, и мы разошлись. Но не успел я придумать, чем бы мне себя занять, как в комнату ввалился Баклан.

— Скажи, ты пошутил, когда говорил, что назначишь меня директором по коммуникациям? Или по развитию, я на оба варианта согласен.

Неплохо так его расколбасило. Неужели весь вечер он хотел обсудить именно это?

— Нет, Баклан, не пошутил. Можешь обе должности занять. Только не над чем пока директорствовать.

— Димку жалко. И Майю!

— И Серафима с Василием. Сидят там как в клетке. Но быстро такие дела не делаются. Я должен поговорить со своим начальством, иначе по официальной линии мне сразу ответят «нет». И для убедительности мы должны еще что-нибудь полезное сделать и доказать, что нам нужны люди. В идеале Вальтон должен облажаться, но это уже вишня на торте. Можно без нее.

— Я тут подумал кое-что. Твой Вальтон выглядит как мой старый босс. Он просто собирает прикольный народ и ему радуется. А дела делаются в фоновом режиме, если вообще делаются.

— Согласен. Тоже думаю, что он коллекционер. Причем разборчивый, не из каждого выпуска людей берет. Разглядывает под лупой, что попало не берет.

— А мы можем подсунуть ему что-нибудь яркое, но ненужное? Нам ненужное?

— Чтобы впихнуть ему что-нибудь ненужное, надо где-то сначала взять это ненужное. Но я не знаю где. В идеале нам нужна какая-нибудь безумная звезда, которой нечем заняться.

— Я могу взять на себя заманивание звезды. У меня есть опыт, да и сам я классный.

— Да кто б сомневался! Давай на этой точке зафиксируемся и подождем. Я уверен, что-нибудь подвернется.

На вторую половину дня обещали метель, и вместо аэроскутера прибыл мобиль на полозьях. Половину дороги я ощущал себя барином на санях, а вторую половину — школьником на горках, потому что дорогу к Озерному, Вальтоновскому поселку, никто никак не чистил и ехали мы, прыгая по наметенным кочкам. Солнце ненадолго вышло из-за набухшей тучи, но тут же спряталось — точно снег пойдет.

Я попросил водителя меня подождать, я не планировал застревать тут больше, чем на два часа, но смог вырваться только через два с половиной, из которых я полтора часа просидел в кабинете у Вальтона. Он пытался меня замотивировать блестящими перспективами и уболтал так, что я чуть не заснул. По его словам выходило, что органические элементы укреплять уже не надо, через пару лет это станет неактуально, а вот вложиться в работу с биокристаллами стоило бы.