Брутфорс 3
Шрифт:
Помощник Астахова вкатил в кабинет столик с чайником, чашками и вазочкой с сырными плюшками и начал переставлять их на переговорный стол, разделявший министра и советника. Помощник был человеком. Астахов не одобрял андроидов на исконных человеческих обязанностях. Его предшественник был большой любитель подобных экспериментов, вот у него роботы только и делали, что носились с поручениями по всему зданию, опрокидываясь на лестницах и обливая людей кофе. Однажды такое устройство налетело на Астахова и организовало ему здоровенное кофейное пятно на груди. Тогда он еще не имел привычки держать на работе запасную рубашку, галстук, пиджак
Астахов сам производил эту операцию, поэтому большая часть рубашки осталась сухой. Тогдашний министр застал его за этим занятием в туалете и долго хохотал над хозяйственностью Астахова.
— Ну что ж вы, батенька, такой скучный! — веселилось тогдашнее начальство. — Никто бы вам на совещании ничего не сказал! А теперь мокрый будете. Как курица.
Астахов ничего ему не сказал, хотя начальство могло бы вести себя приличней, ведь это его любимый андроид ходит и пачкает чужую одежду, но к сведению принял и высушил рубашку в сушке для рук. К вечернему совещанию она была лишь немного мятой.
Министр неодобрительно покосился на жилет из фальшивой кожи, который в последнее время полюбил советник. У него было подозрение, что это вовсе не маскарад, а какая-то новая разработка и обкатывается она непосредственно на нем. Он мысленно поставил себе галочку, посетить лично следующую выставку достижений северного хозяйства в Экспоцентре. Не то чтобы он ожидал увидеть там эту жилетку, но хотя бы не пропускать основное. Административная работа никого не должна поглощать без остатка, даже если нет семьи и смежного бизнеса на стороне.
Вальтон, между тем, не подозревал о мрачных мыслях министра, а лучился довольством, укладывая в чашку с чаем третий кусок сахара. Три плюшки он слупил еще до того, как ему налили чай.
— Очень вкусно, — сообщил он секретарю и министру. — Не успел пообедать.
«Вряд ли эти микроплюшки заменят тебе обед», — мстительно подумал Астахов. С другой стороны, может, Вальтон в обычной жизни уже давно питается воздухом, извлекая питательные вещества на ходу.
— Как продвигаются ваши дела? — министр толсто намекнул, что если уж Вальтон вынырнул из недр личной лаборатории, то неплохо бы и поделиться.
— Наши дела! — поправил его Вальтон. — Неплохо, неплохо. Во время разговора с нашими именитыми коллегами мне показалось, что искать решение надо в начале пути. И я сейчас уверен, что мне не показалось. Оно именно там и находится. Мы пока не готовы поделиться конкретными наработками, но у меня уже есть уверенность, что всё получится.
— Значит, вы здесь не по этому поводу, — сообразил Астахов и напрягся.
— Да. Если у нас случится прорыв по основному направлению, я явлюсь немедленно. Я по-другому. Не сомневаюсь, что вы и так в курсе, и планируете всё заблаговременно, но в мире наступает дефицит хороших управляющих кристаллов.
— А когда его не было? — хмыкнул министр.
— Совсем дефицит. Старые отгрузки идут, но заказать новые практически невозможно. Я не смог добиться подтверждения
— В крайнем случае, мы сможем напрямую обратиться к Мурому. Он наш человек, и нам не откажет. Даже необязательно обращаться к нему самому, его отдел продаж отлично осведомлен о всех договоренностях. Мы стараемся не злоупотреблять, но если ситуация будет развиваться так, то мы сможем обратиться напрямую.
— В том-то и дело. Он не выходит на связь.
— Мало ли, занят. Уехал с инспекцией на шахты.
— Такого никогда не было, он всегда на связи. Видите ли, я в свое время преподавал у него, и у нас сохранились хорошие личные отношения. Он всегда отвечает, а сейчас не читает даже почту. Его секретари что-то несут про творческий кризис и личный отпуск. Или личный кризис и творческий отпуск, я что-то недопонял. В общем, что я хотел бы посоветовать. У меня нет с его холдингом корпоративных связей, только личные. А у вас есть и те, и другие. Если вы можете выйти на его отдел продаж напрямую, забирайте всё, что есть. По крайней мере, прикроете свой сектор.
— Я понял, — медленно проговорил министр.
Это было серьезное предупреждение. И хотя у него не было фондов на такой финансовый кульбит, если поскрести по сусекам, переопределить эту задачу из переоснащения в обеспечение безопасности территории, то можно было бы кое-что предпринять.
— Я не хотел обсуждать это ни по какой линии связи, — объяснил свое появление советник. — А ваш кабинет, я уверен, чист, как слеза младенца.
Астахов хмыкнул.
— Пожалуй, даже чище.
— Да! Взамен я хотел бы попросить об одной мелочи. Для вас она не составит труда, а мне без вас ее не получить.
Астахов поднял брови.
Глава 4
Отказать Вальтону в его просьбе было весьма сложно. Он всего лишь хотел попасть на испытания устойчивости новых устройств, которые планировал провести Старый университет.
История с рехнувшимися дронами-садовниками заставила университетских безопасников изъять из обращения все условно-самостоятельные летающие дроны. Но отказываться от них совсем никто не хотел, поэтому закупили новые управляющие кристаллы, которыми планировалось заменить старые. Да и сами дроны почти все были новыми. Однако теперь никто никому не верил, и поэтому студентов-органиков привлекли к испытаниям. Мероприятия такого рода были внутренними, но министра на них приглашали всегда из вежливости. Он, как всегда, получил приглашение на два лица, но идти не собирался. Однако, если же он пошел выставку достижений, почему бы не посетить и испытания?
Приглашение давали на два лица из расчета на помощника, которого Астахов захотел бы познакомить с индустрией. Ну пусть этим помощником будет Вальтон. У Астахова немного скребло на душе, поскольку он понимал, что Вальтона не пригласили на это мероприятие не просто так. Более того, насколько он понял из расплывчатых объяснений советника, ему пусть обтекаемо, но отказали. Заявив, что а-ха-ха, дорогой советник, это у нас детишки балуются, вам это неинтересно. Скучная контрольная.
Поколебавшись, Астахов согласился. Неприятно быть в долгу у Вальтона. Пусть он лучше будет в долгу у университета, они и так ему многим обязаны.