Брокер
Шрифт:
– Хорошие вопросы. Жены у меня нет.
– Выходит, все это ложь.
– Да.
– А в чем правда?
– Я не могу вам сказать.
– Хорошо. Мне и не надо знать.
– У вас и без того много проблем, Франческа.
– Мои проблемы – это мое дело.
Она закурила еще одну сигарету.
– Не угостите меня?
– Разве вы курите?
– Курил много лет назад. – Марко вынул сигарету из ее пачки и прикурил. По мере того как спускалась ночь, городские огни становились ярче.
– Вы рассказываете Луиджи
– Я рассказываю ему очень мало.
– И правильно делаете.
Глава 20
Последний визит Тедди в Белый дом был назначен на десять утра. Он вознамерился опоздать. В то утро в семь часов он встретился со своей неофициальной командой по передаче дел – четырьмя заместителями директора и старшими сотрудниками. На этой тихой мини-конференции он сообщил тем, кому доверял многие годы, о том, что уходит, что это давно уже было неизбежностью, что агентство находится в хорошем состоянии и вообще жизнь на этом не останавливается.
Те, кто хорошо его знал, почувствовали облегчение. Все-таки ему почти восемьдесят, а его ставшее легендой плохое здоровье и впрямь становится все хуже.
Точно в 8.45 во время встречи с Уильямом Лакейтом, заместителем по оперативным вопросам, он вызвал Джулию Джавьер для доклада по делу Бэкмана. Это дело имело для него первостепенное значение, хотя в общем списке приоритетов глобальной разведки находилось где-то посередине.
Как странно, что операции, связанной с опозоренным бывшим лоббистом, суждено было привести к падению Тедди.
Джулия Джавьер села рядом с вечно бодрствующим Хоби, делавшим заметки, которые никто никогда не прочитает, и начала как ни в чем не бывало:
– Он на месте, в Болонье, поэтому, если план надо привести в действие, мы можем это сделать в любую минуту.
– Мне казалось, по плану мы должны были переселить его в деревню, в сельскую местность, где за ним легче было бы следить, – сказал Тедди.
– Это запланировано через несколько месяцев.
– У нас нет нескольких месяцев. – Тедди повернулся к Лакейту. – Что будет, если мы сейчас нажмем на кнопку?
– План будет приведен в действие. Они доберутся до него в Болонье. Это прекрасный город, в котором практически нет преступности. Убийства там неведомы, поэтому смерть Бэкмана привлечет к себе внимание, если там найдут его тело. Итальянцы быстро установят, что он не... как его зовут, Джулия?
– Марко, – сказал Тедди, не заглядывая в лежавшие перед ним бумаги. – Марко Лаццери.
– Да, им придется поломать голову и выяснить, кто это такой.
– Им не за что будет зацепиться, когда они попытаются установить его личность, – заметила Джулия. – У них будет труп, фальшивое удостоверение личности, но ни семьи, ни друзей, ни адреса, ни места работы – одним словом, ничего. Они похоронят его, как бродягу
– Это не наша проблема, – сказал Тедди. – Убивать-то будем не мы.
– Верно, – сказал Лакейт. – В городе все это сложнее, но наш мальчик любит бродить по улицам. Там они его и прикончат. Скажем, попадет под машину. Ведь итальянцы гоняют, как угорелые.
– Значит, это будет нетрудно?
– Скорее всего, так.
– А какие у нас шансы узнать, когда это случится? – спросил Тедди.
Лакейт пригладил бородку, посмотрел на сидевшую напротив Джулию, которая, грызя ноготь, наблюдала за Хоби – тот помешивал пластмассовой палочкой зеленый чай. Лакейт выдержал паузу.
– Я бы сказал, пятьдесят на пятьдесят – там, на месте. Мы будем следить, что называется, двадцать четыре – семь, но те, кто его прикончит, будут из числа самых опытных. Свидетелей может и не оказаться.
– Наш лучший шанс возникнет потом, – добавила Джулия, – через несколько недель после того, как бродягу похоронят. Наши люди на своих местах. Мы будем внимательно прислушиваться. И вскоре что-нибудь услышим.
– Как всегда, когда не мы спускаем курок, есть вероятность, что точно мы ничего не узнаем.
– Мы не можем себе позволить провалить операцию, понимаете? Приятно будет услышать, что Бэкман мертв, – он это более чем заслужил, но цель операции в том, чтобы узнать, кто именно его прикончил, – сказал Тедди, поднося ко рту в белых сморщенных руках бумажный стаканчик с зеленым чаем. Он глотнул шумно, не стесняясь.
Быть может, старику действительно пора переселяться в дом для престарелых.
– Я уверен, что мы узнаем – в разумных пределах, конечно, – сказал Лакейт. Хоби запротоколировал эти слова.
– Если мы устроим утечку сейчас, сколько времени пройдет до его устранения? – спросил Тедди.
Лакейт пожал плечами и отвернулся, задумавшись. Джулия принялась грызть другой ноготь.
– Смотря кто возьмется за дело, – сказала она осторожно. – Если израильтяне, то это случится через неделю. Китайцы, как правило, медлительнее. Саудовцы, вероятно, прибегнут к услугам наемника, чтобы добраться до Бэкмана, ему потребуется не меньше месяца.
– Русские управились бы за неделю, – добавил Лакейт.
– Когда это случится, меня здесь не будет, – грустно заметил Тедди. – И никто по эту сторону Атлантики ничего никогда не узнает. Дайте слово, что вы мне сразу же позвоните.
– Значит, зеленый свет? – спросил Лакейт.
– Да. Будьте осторожны с утечкой. Все охотники должны получить равные шансы.
Они простились с Тедди и вышли. В девять тридцать Хоби повез его по коридору к лифту. Они спустились на восемь этажей вниз, в подвал, где белые пуленепробиваемые фургоны стояли наготове, чтобы в последний раз отвезти его в Белый дом.