Бродяга
Шрифт:
Она сразу все поняла – вот кто судит ее сына, он должен спасти мальчика. Сейчас она все расскажет ему, неужели это каменное сердце не дрогнет, узнав, кто возник перед ним из давно позабытого прошлого!
Лиля бросилась через улицу, больные глаза, полуослепшие от работы, были устремлены на судью, и она не видела, как прямо на нее движется огромная машина.
Визг тормозов острым ножом прорезал шум улицы. Водитель автомобиля ничего не успел сделать.
– Смотрите, женщину задавили! – раздались испуганные крики прохожих.
Рагунат
Женщина была еще жива, но так изранена, что ее невозможно было опознать. Раненую увезла санитарная машина. Рагунат вернулся в здание суда.
Это происшествие сильно подействовало на него, он и сам не знал, почему так разволновался, даже сердце стало покалывать. Судя по одежде, женщина сильно нуждалась, и, чтобы очистить свою совесть, Рагунат решил при первом удобном случае навестить ее и, может быть, оставить немного денег.
Лилю привезли в городской госпиталь. Она потеряла много крови, и врачам пришлось немало потрудиться, чтобы отодвинуть смерть.
– Она очень ослаблена, – сказал хирург, умывая окровавленные руки, – вряд ли выдержит такие ранения. Только здоровый организм может перенести столько переломов.
– Да, – поддержала старшая медсестра, – а ее лицо, ведь оно просто изуродовано, на нем живого места нет.
– Лицо мы обработали и забинтовали, – рассудительно вымолвил хирург, – а вот внутренние повреждения – тут уж медицина бессильна.
Лилю отнесли на носилках в больничную палату. Когда она пришла в себя, сестра принесла ей воды и спросила:
– Есть ли у вас родственники, кто может позаботится о вашем лечении.
Лиля назвала Риту. Она попросила позвать ее, и в тот же день девушка уже была в госпитале.
Рита не сразу нашла мать Раджа: ее лицо было полностью забинтовано, на забинтованных руках проступали красные пятна.
– Вот ваша родственница, – сказала медсестра, подводя девушку.
Сестра с удивлением разглядывала прилично одетую девушку явно из богатой семьи. Что может быть общего у нее и у этой нищенки?
Рита присела на стул, с состраданием вглядываясь в несчастную женщину. Мало ей было горя, теперь ее сын в тюрьме, а она умирает, не в силах повидаться с ним, обнять его в последний раз.
К счастью, сознание вернулось к Лиле, она узнала девушку и могла говорить. Рита достала бумагу и быстро записала показания, с каждым словом голос женщины все больше слабел, и в конце девушка уже с трудом разбирала слова:
–… Радж вынужден был убить Джаггу, он спас мою жизнь, он защищался и ни в чем не виноват.
– Так. Подпишите здесь, – сказала девушка, – ваши показания спасут его, я уверена. Раджа должны оправдать, это я говорю как адвокат.
Девушка подала Лиле ручку, та, с трудом удерживая ее в дрожащих пальцах, поставила на ощупь спою подпись.
– Ну вот и хорошо, а теперь
Лиля не стала ей говорить, что видятся они в последний раз. Она знала – смерть уже близко, зачем пугать юную девушку ее страшным обликом, ничем омрачать влюбленную душу, Рите и так придется тяжело, она должна спасти Раджа.
– Прощай, милая, – вымолвила Лиля. – Не надо но мне больше приходить, здесь хорошие врачи, они обо мне заботятся. Помоги Раджу, он ни в чем не виноват. Прощай, доченька.
Глава сорок третья
Если бы Рита задержалась в больнице хотя бы на минуту, она встретилась бы с Раджем.
Судья Рагунат решил проявить несвойственное ему милосердие. На него произвела сильное впечатление авария, косвенным виновником которой он считал себя. Когда судья узнал, что мать обвиняемого Раджа находится при смерти, он разрешил ему свидание, никак не связывая женщину, сбитую машиной, и мать обвиняемого. Все бедняки много и часто болеют, тяжелая жизнь и плохое питание уносят их здоровье. Как ни воровал Радж, – думал судья, – мать его умирает, не дожив даже до старости».
Он отдал распоряжение, изумив своим великодушием даже засушенных бумажной работой канцеляристов.
– Какой хороший человек, наш судья, – говорил начальник канцелярии, покачивая головой, – очень добрый. Это же надо – разрешил свидание под свою ответственность, ну а если преступник сбежит? Это же убийца, крайне опасный тип, а господин Рагунат отпускает его попрощаться.
Чтобы избежать неприятных неожиданностей, обвиняемого конвоировали двое вооруженных полицейских. Они шли по бокам Раджа, бдительно наблюдая за обстановкой.
Молодая медсестра показала им дорогу среди бесчисленных рядов больничных коек. Радж не узнал свою мать, он пришел в ужас от того, что увидел.
– Мама, мамочка, что они сделали с тобой! – вскрикнул юноша. – Это все судья Рагунат, это он убил тебя. Что ему от нас нужно! Почему он нас преследует!
Мать обняла сына. Руки ее были забинтованы, но он чувствовал их тепло, последнее тепло материнских рук, которое она могла ему дать.
– Радж, я прошу тебя, не говори так.
– Он причинил мне столько зла, ты ведь знаешь!
И Лиля решилась. Она решилась открыть Раджу имя его отца; Лиля никогда бы не сказала, она вычеркнула из жизни этого жестокого человека, но злая судьба опять свела их, он судит собственного сына. Пусть Рагунат погубил ее, но она не может допустить, чтобы он погубил Раджа.
– Он твой отец, – прошептала Лиля, с трудом сдерживая душащие ее слезы.
– Мой отец? Что ты говоришь, ты бредишь!
– Нет, мой дорогой, это правда. Я скрывала от тебя, теперь я умираю.
– Не может быть, – закричал Радж, – я не верю!