Бродяга
Шрифт:
– Ну так я слушаю тебя, мой мальчик. Говори же, что за дело ты задумал.
Рита! Она выручит запутавшегося друга.
– Девушка очень богата.
Радж крепко затянулся сигаретой и бессвязно продолжил спасительную речь:
– Но не надо торопиться, я должен кое-что подготовить…
Джагга шагнул к своему воспитаннику:
– Замечательно, теперь мне все ясно!
Разбойник сделал вид, что поверил очевидной лжи испуганного мальчишки.
– Ты молодец, сынок!
Радж облегченно вздохнул. Он был противен самому себе, но ничего не мог
Пожалуй, на этот раз ему удалось обмануть Джаггу. Пора кончать с этой бандой, Радж не хотел больше воровать. Но не так-то просто провести старого вора.
Джагга схватил юношу за плечо и одним рывком развернул лицом к себе:
– Знай, Радж, если ты попытаешься обмануть Джаггу, тебя ждет вот это!
В руке разбойника появилась рукоятка ножа, он щелкнул пружиной, и Радж увидел блеснувшее у самых глаз острое лезвие, выскочившее, словно жало змеи. Джагга стал водить клинком по шее жертвы, наслаждаясь властью над жизнью Раджа. Ему достаточно было лишь слегка надавить – и острая сталь впилась бы в горло юноши. Джагга хрипло захохотал.
– Джагга! – предостерегающе крикнул Радж.
Лиля ждала сына, но он все не приходил. Наступила ночь, окутав город черным шелковым покрывалом, но Радж не появлялся.
На улице было тихо, где-то вдалеке лаяли собаки, бродячими стаями кочующие по Бомбею. Вдруг Лиля услышала, как скрипнули ворота и раздались шаркающие шаги – это пришел он, ее сын.
– Что с тобой, Радж? – спросила мать, увидев побледневшее лицо сына, ввалившиеся, как у тяжелобольного, глаза.
– Все хорошо, мама.
– Ты здоров?
– Да, мама, не волнуйся, просто я очень устал.
Мать сразу поняла, что сын чем-то расстроен.
Может быть, он поссорился с Ритой?
– Ты будешь ужинать, сынок? Я приготовила твои любимые лепешки, очень вкусные.
– Спасибо, мама, я не хочу есть.
Лиля решила не расспрашивать сына, она видела, что ему больно говорить. Он всегда был таким скрытным мальчиком: если у него случались неприятности, он никогда не рассказывал, чтобы не расстраивать мать.
Радж прошел в свою комнату, разделся и лег спать, но даже во сне он слышал тревожащие его голоса, со всех сторон его окружали тени прошлого.
Он видел себя, стоящего в очереди за лепешкой, среди таких же несчастных детей, брошенных в тюрьму, в ушах зазвучали плачущие голоса, и вдруг он услышал такой родной, такой близкий голос Риты:
– Я ничего не хочу знать, я знаю одно, ты – это ты, и я люблю тебя…
Вдруг раздался хриплый, ненавидящий смех:
– Но только знай, если ты обманешь Джаггу, тебя ждет смерть!
Радж застонал, заметался и, наконец, провалился в бездонный колодец сновидений…
Глава тридцать первая
…Белый туман окутал все вокруг, заволакивая плавающими тяжелыми облаками поднебесный мир. Радж вынырнул из густого облака и увидел Риту, одетую в нарядное, сверкающее
Куда же он попал? Вдали Радж увидел грозные многометровые статуи богов, застывшие на мраморных плитах, слои тумана колыхались у их подножий.
Перед статуями танцевали девушки, облаченные в расшитые золотом одежды. Их танец, медленный, завораживающий, притягивал взор.
Рита пошла к пляшущим девушкам, оглядываясь на Раджа, маня его рукой. Она напевала песню, припев которой подхватывали девушки:
Ты – сердца моего ясный свет,
И прекрасней никого в целом мире нет.
Откуда-то донеслась громкая, рокочущая музыка, разносящаяся по всему поднебесному миру.
Радж, охваченный по плечи туманом, поднимается по мраморным ступеням вслед за Ритой и выходит к подножию древней гигантской статуи. Это прекрасное и величественное зрелище: статуя словно спит, по ее лицу блуждает загадочная улыбка, глаза полузакрыты, но кажется, она все слышит и видит. Мерное дыхание колышет ее обнаженную грудь. Вокруг исполинской фигуры мерцают красные, синие, зеленые огоньки, сплетаясь в фантастические узоры, то и дело меняющие свои формы. Эти огоньки плавают в воздухе, некоторые из них пролетают у лица Раджа, но все его внимание привлечено к танцу Риты.
Возлюбленная Раджа танцует, как никогда не танцевала в жизни. Кажется, это тоже ожившая богиня, снизошедшая до простого смертного. Рита удивительно хороша – каждое движение ее божественно, она танцует неземной танец любви и поет прекрасную песню.
Радж полностью заворожен этим удивительным зрелищем, он не понимает, где сон, а где явь. Ему хочется ущипнуть себя, но его руки не поднимаются, заколдованный чарами девушки, Радж слушает снова и снова слова любви:
Ты – сердца моего ясный свет,
И прекрасней никого в целом мире нет.
Рита манит к себе, он идет к ней, и вдруг девушка исчезает в клубах тумана, вздымаемых неведомой силой. Вот мелькнули ее распущенные волосы, и теперь облако окутывает уже самого Раджа.
Он бредет в белой мгле, вытянув руки, в надежде обнять любимую, но пальцы ощущают только холодный сырой туман. Облако будто наполняет Раджа, он дышит этой странной мглой, но вот туман рассеивается и юноша видит перед собой пляшущих девушек. Они танцуют на фоне горящих огнем колонн, одетые теперь уже в снежно-белые одежды.
Вдруг из тумана появляется Рита, он тянется к ней, вот опять они вместе.
Девушка ведет его сквозь туман, Радж покорно идет следом. Он не видит дороги, словно слепой.
Грозный многорукий Бог застыл в неистовой пляске. Девушки у его подножия завертелись, будто листья, сорванные ураганом. Их танец все тревожнее, звуки музыки все резче и страшнее.
Рита ведет Раджа к ногам Бога. Кажется, вот-вот опустится гигантская стопа и раздавит дерзких, осмелившихся приблизиться к живой статуе.