Бриз
Шрифт:
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Шокирующая весть
Кристина настороженно поглядывала на Рауля, который сидел рядом с ней на диване, закинув ногу за ногу. Его голубые глаза смотрели на настенные часы, тикающие и отчего-то действующие на напряженные нервы Кристины. Всем видом Рауль Дюмон показывал, что ему скучно находиться в гостиной, где собрал всех членов семьи Адриан. Сам Адриан тоже присутствовал, расположившись в соседнем кожаном кресле напротив.
Кристина
Когда экономка передала ей указания господина Дюмона срочно спуститься в гостиную, Кристина была уверена, что там, кроме них с Адрианом, никого не будет.
Ошиблась. Рядом с мужчиной, по-хозяйски положив руку на его плечо, стояла Мира Рокки. Она успела переодеться. Соблазнительный наряд сменился на обычные светлые джинсы и белую футболку, подчеркивающую ее грудь внушительных размеров.
Кристина неудобно заерзала на диване, чувствуя, как подкатывает волна непонятного раздражения. О чем эта женщина говорила с Адрианом? И почему она оказалась в особняке? Кристина надеялась, что больше не столкнется с Мирой, потому что эта женщина и её вольное поведение рядом с Адрианом, поднимало в ней неведомое возмущение. А еще тупую боль в районе сердца... Как только девушка вернулась в особняк и закрылась у себя в спальне, ее грудь заполнило странное чувство, ставшее огромным комком и мешающее дышать.
Мира прикасалась к Адриану. Трогала его так же, как и она. И он не сопротивлялся. Это ещё сильнее злило Кристину. Почему Адриан позволил этой женщине поцеловать его в губы? В губы, которые ласкали Кристину, которые дарили ей наслаждение и показывали совершенно новый мир. Эти губы должны касаться только её!
Слишком поздно до Кристины дошло, что это вовсе не упрямство или каприз. К ее превеликому удивлению, она... ревновала Адриана. Ревновала, будто он всецело принадлежал ей, а его хотели отнять. Она была готова сразиться с любой, кто посмеет посягнуть на ее право целовать Адриана Николя Дюмона. Глупо. Безрассудно. Совсем не правильно. Но что она могла поделать с этим острым желанием вцепиться в волосы Миры?
Так, ей следует набраться терпения и привести разбросанные мысли в порядок. Перед ней не нежный и страстный любовник, а ее законный опекун, намеревающийся сообщить ей важную весть. А вместо этого она хочет проявить глупую ревность? Что подумают остальные, если она не угомонит свой порыв?
– Братишка, мы уже семнадцать минут сидим в абсолютной тишине, – подал голос Рауль, разрывая напряженную атмосферу. – Может, разъяснишь, ради чего ты собрал нас всех?
– Да, Адриан, не молчи! – вмешалась Мира, погладив его по волосам.
В ответ мужчина
– Завтра в шесть часов вечера в этом особняке состоится моя помолвка с Мирой, – на одном дыхании выдал Адриан, сразу же переводя виноватый взгляд на резко побледневшую подопечную. – Это ещё не все... Скоро в нашем доме намечается прибавление. У нас с Мирой будет ребёнок.
Кристине показалось, что кто-то безжалостно ударил ее по голове, оглушил, и она больше ничего не слышала. Будто попала в какое-то пространство, где все вокруг вращалось. Что-то внутри ухнуло вниз, обрывая невидимую нить, обнажая ее душу.
Беременна... Ребенок Адриана... Помолвка…
Смысл с трудом доходил до нее, но когда она окончательно осознала обреченность положения, когда прочитала приговор в зеленых глазах, казавшихся в эту секунду почти черными, то вскочила на ноги. Глаза противно защипало, тем не менее, она не собиралась плакать перед ними, особенно перед победно улыбающейся женщиной, наверняка, достигшей поставленной цели.
– Поздравляю!
Почему вместо восклицания у нее вырвался почти неслышный шепот? И откуда взялась режущая боль, сковавшая тело?
Откашлявшись, Кристина более четко проговорила:
– Поздравляю вас с двумя прекрасными событиями в вашей жизни! Извините, но мне надо выйти на свежий воздух.
Оставив ошарашенного неожиданной новостью Рауля, поникшего и грустного Адриана вместе с довольной Мирой, Кристина быстро ретировалась, на ходу вытирая скатывающиеся по щекам слезы. Что же такое? Она никак не может перестроиться и сдержать рвущиеся наружу рыдания.
Прикрыв рот ладошкой, Кристина стремглав выбежала из дома, превратившегося для нее в настоящий ад, в котором не нужно было ни огня, ни кипящей лавы, чтобы испепелить ее дотла.
Адриан тоскливо поглядывал вслед удаляющейся фигуре. Из его груди вырвался глубокий вздох.
Как интересно сложились обстоятельства! Женщина, которая носит его ребенка, не вызывает в нем никаких эмоций, оставляя холодным и равнодушным. Он безразлично слушал заключение гинеколога, когда-то ведшего Мелиссу во время беременности. Доктор убедил его в том, что Мира действительно в положении. А теперь он будет вынужден прожить с этой женщиной свои оставшиеся годы, не испытывая по отношению к ней никаких чувств.
А девушка, будившая в нем вулкан, дразнящая, искушающая и запретная, как сладкий плод, уйдет из его жизни, вновь унося мгновения счастья, забирая яркие краски и обрекая его на тьму.
Другого выхода нет. Его ребенок будет носить его имя, унаследует его титул. Иначе и быть не может. Потеряв любимую дочь, Адриан не собирался упускать и второго малыша.
– Пожалуй, я тоже пойду, – наконец вымолвил ошеломленный Рауль, поднимаясь с дивана. – Как-то… неожиданно очень. Тем не менее, поздравляю вас с будущим прибавлением и предстоящей помолвкой! Ты заслужил, братишка!