Бриз
Шрифт:
– Я сейчас вернусь, – пробормотала девушка, вскочив с места и буквально взлетев по лестнице на второй этаж под изумленный возглас экономки.
Как же странно устроен домашний быт Адриана Николя Дюмон! Не болтать по пустякам, помалкивать и просто слушать, стараться не высказывать своего мнения и сдерживаться. А самое главное – беспрекословно подчиняться хозяину, даже в случае его полной неправоты.
– Что за дом… Нельзя ни поговорить, ни посмеяться, – ворчала себе под нос Кристина, быстро шагая к ванной комнате. Но вдруг она резко затормозила, вновь заметив приоткрытую дверь в детскую спальню. Странно, вчера эта комната была закрыта. Один раз Кристина уже зашла туда
Повернув голову и убедившись, что старая женщина шумит посудой внизу, видимо, сметая осколки разбитого стакана, Кристина незаметно прошмыгнула в таинственную спальню, вход в которую был строго-настрого запрещён. В любом случае, никакой катастрофы не произойдет, если она просто войдет туда, посмотрит и выйдет. Вдруг там скрывается нечто такое, чего боится великий Адриан Николя Дюмон? Почему-то Кристине вспомнилась детская сказка о Синей Бороде, рассказанная давно матерью. Синяя Борода запрещал своим жёнам входить в комнату, потому что прятал там трупы своих предыдущих жен. А если и Адриан утаивает там что-то опасное и преступное?
Ее предположения оказались напрасными. Комната, оформленная в желтых и розовых тонах, контрастировала с другими частями дома, где господствовали темные оттенки. Но Кристину поразила не детская кроватка, стоявшая посредине, не разные игрушки, разложенные аккуратно по солнечного цвета шкафам, а рамка из дорогого красного дерева, висевшая на стене. Фотография, заставившая девушку потерять дар речи, а глаза округлиться от неподдельного удивления, перемешанного с шоком.
На фотографии была запечатлена светившаяся от счастья семья. Рыжеволосая кудрявая женщина обладала ослепительно прекрасной внешностью, ее огненный цвет волос гармонировал с белоснежной кожей. А особенно Кристину поразили редкого цвета фиолетовые глаза, блестящие от радости. Она держала на руках милую девочку с черными кудряшками и такими же, как у матери, фиалковыми глазами. Но когда Кристина глянула на мужчину, обнимавшего их, она невольно заморгала, полагая, что это плод разыгравшейся фантазии.
Невозможно! Уму непостижимо!
Адриан Николя Дюмон, вечно суровый, злой, разгневанный, широко улыбался. Боже, она и не замечала, как он привлекателен! Обаятельные ямочки на щеках, горящий взгляд, бесшумно кричащий о том, как он безумно счастлив.
– Вам не следовало сюда заходить! В эту комнату никто не имеет права входить, кроме господина Адриана Дюмона! Она, как тайный уголок его души, куда он никого не пускает, а сегодня вы без разрешения потревожили его боль.
Кристина обернулась, услышав позади суровый голос экономки. Но смысл слов Луизы дошёл до нее не сразу. Настолько она была шокирована тем, что увидела.
Где эта женщина и девочка? Возможно, они куда-то уехали, поэтому Адриан настолько раздражителен и обеспокоен. Почти наверняка он просто скучает по ним и выдает истинные эмоции за ярость.
– А кто они? – задала интересующий ее вопрос Кристина. – То есть… Я имею в виду…Это ведь жена и дочь Его Величества?
– Уходите отсюда и забудьте о том, что видели, – посоветовала экономка, указательным пальцев махнув в сторону выхода.
Однако Кристина сделала вид, что не услышала ее.
– Теперь я понимаю, почему он на всех отрывается и злится! Она бросила его и забрала дочь? Ничего удивительного. Разве хоть какая-то женщина сможет ужиться с таким тираном?
– Как вы можете такое говорить, ни о чем не зная? –
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Кто есть кто?
Ночь была темной как вороново крыло. На небе не взошла луна, казалось, даже звезды забыли рассыпаться по небесному своду. Рауль громко и грязно выругался, споткнувшись о какой-то предмет, похожий на перевернутый стул. Почему так темно, черт побери? Как же он дойдет до спальни с таким головокружением из-за пропущенной в баре пары рюмочек чистой текилы? Казалось, горький вкус поможет ему забыть о неприятном инциденте с Адрианом, однако вместо желаемого эффекта он добился лишь рвотных позывов. Рауль предпочитал виски любым другим крепким напиткам. И не зря! Подобной гадости он не пробовал и не попробует впредь!
Сфокусировав расплывчатый взгляд на двери своей комнаты, откуда сочился тусклый свет, он нахмурился. Кто там может находиться в такой час? В его привычках не было оставлять включенным ночник, даже когда он ложился спать. Темнота прекрасно действовала на психику мужчины, помогая ему быстро погрузиться в дремоту.
Почти ввалившись внутрь спальни, Рауль осмотрелся вокруг, прежде чем остановить недоверчивый взгляд на девушке, сидевшей в его кресле и листающей какую-то толстую книгу.
Длинные волосы рассыпались по ее плечам, а пухлые губы напряжено поджались, выдавая задумчивость и взволнованность. Он не видел ее глаз, тем не менее, помнил их зеленовато-коричневый оттенок. Влекущий, манящий, зазывающий окунуться в глубину и утонуть без единого шанса на спасение. Малиновый пуловер облегал тонкую талию и приковывал внимание к груди, но Рауля интересовал другой вопрос.
Что она делает посреди ночи в его спальне? Око за око? В прошлый раз он был незваным гостем, а теперь она решила повторить то же самое?
Кристина Ферро с каждым днем изумляла его неординарным поведением, совсем не присущим юной леди, хотя она и не являлась ею, что чертовски нравилось Раулю! Он ненавидел чрезмерную манерность и робость в девушках, терпеть не мог покорность и послушание. В отличие от Адриана.
Моргнув несколько раз, Рауль поначалу принял ее за галлюцинацию, коварную игру воображения, но она, почувствовав чье-то присутствие, резко подняла голову.
– Ты уже пришел? – неуверенно улыбнулась Кристина, поднимаясь на ноги и откладывая книгу в сторону. – Мне сказали, что ты обычно возвращаешься домой не раньше трех часов ночи, а сейчас... Точно, ровно три… Я просто засмотрелась на фотографии.
Рауль, распустив галстук и небрежно швырнув его на кровать, запустил пальцы в волосы и взъерошил их. Может, Адриан был прав, предупреждая его о сумасшедших выходках этой девчонки? Что за чепуху она несет, при этом улыбаясь так, будто для нее в порядке вещей входить в спальню к малознакомым мужчинам?
– Какие фотографии? – переспросил он. – И что ты делаешь в моей комнате в такое время, Кристина?
– У меня к тебе срочный разговор, – мгновенно и без запинок ответила девушка, убрав упавшую на ее лоб каштановую прядь. – А фотографии... На твоем столе лежал альбом, и я взяла его, чтобы скоротать часы в ожидания тебя. Кстати, я узнала только... Адриана на снимке. А другие два мальчика… не могу понять, кто из них ты.
– Что? – недоуменно покосился на нее Рауль. Вроде пил он, а судя по болтовне Кристины, пьяной и неадекватной кажется она. И какой альбом она вообще имеет в виду? Неужели текила отключила здравомыслящую функцию мозга?