Бриллиант

Сэйл Шарон

Джесс вышел из квартиры на улицу и сделал глубокий вдох, избавляясь от вони, царившей у Томми. Он сел в машину, откинулся на спинку сиденья и постарался взять себя в руки. Он был не в силах сейчас поехать в отель «Юнион Стейшн».

Джесс завел двигатель, включил радио, чтобы было не так одиноко, и поехал. Когда по радио вдруг начали передавать новейший хит сезона, с которого, собственно, и начались все злоключения Джесса, тот не выдержал, резко развернулся и поехал домой.

— Таким образом, мои дорогие любители музыки кантри, — рассказывал диск-жокей, чей голос разносился по всему салону машины, — уже пятую

неделю подряд песня «Ложь» занимает первую позицию в хит-парадах. Высказываются различные догадки о том, кто та женщина, что подпевает знаменитому Джессу Иглу. По моему мнению, музыкант избрал отличную стратегию. Благодаря таинственности вокруг этой песни альбом очень хорошо распродается. Слушатели ломают голову: кто же на самом-то деле подпевает Джессу Иглу? Что ж, всякая выдумка хороша, если она срабатывает. А если вы, друзья, случайно знаете, кто эта женщина, звоните нам в студию…

Джесс нахмурился. Он и не предполагал, что его запись с Даймонд будет иметь последствия. Ее имя не было указано на обложке альбома, но Томми поклялся, что это всего лишь досадная оплошность, допущенная при подготовке макета. Но именно голос Даймонд принес половину успеха этой песне. А все объяснения Томми, почему с Даймонд не был заключен контракт, были настоящей глупостью: они звучали абсолютно непрофессионально.

Джесса уже не раз спрашивали про женщину, чей голос звучит на альбоме; особенно эти расспросы участились в последние недели. Джесс даже придумал стандартный ответ: «Спросите у моего менеджера». Может, это было одной из причин того, что Томми так распустился.

Голос Даймонд раздавался из динамиков; она пела о лжи, о нарушенных обещаниях, и голос Джесса звучал так сильно, словно уверял в том, что подобное больше никогда не повторится.

— Надеюсь, у меня еще будет возможность доказать тебе это, — сказал Джесс вслух, выключив радио и выезжая на Бродвей. Он все-таки решился поехать на вечеринку в «Юнион Стейшн».

Веселье только-только начиналось, когда Джесс появился в зале. Эл с женой стояли в дверях, и Рита почти сразу схватила Джесса за руку.

— Где ты пропадал, красавчик? — шутливо спросила она. — Это же твоя вечеринка. А нам приходится изображать из себя хозяев. Кстати, где же Томми? Я думала, он первым сюда придет. Ты не знаешь, где он может быть?

— Томми сегодня не будет, — сказал Джесс. — Судя по всему, он начал праздновать уже несколько дней назад и сейчас немного утомился.

Эл удивленно посмотрел на Джесса, но благоразумно воздержался от дальнейших расспросов о Томми. По выражению лица своего босса он понял, что тому не слишком приятно отвечать.

Рита не любила Томми, и потому лично ей было безразлично, придет он или нет.

— Ну что ж, встречай своих гостей, — сказала она. — А я пойду налью нам что-нибудь выпить.

Джесс поцеловал Риту в щеку и извинился перед Элом, который сразу последовал за своей супругой, оставив Джесса на посту у дверей. Тот изобразил на своем лице приветливую улыбку и приступил к обязанностям хозяина вечеринки. К нему стекался весь цвет Нэшвилла.

Политики, главные менеджеры студий звукозаписи, исполнители кантри и просто старые друзья — кого там только не было; все оживленно болтали, пили, причем наливали себе такие огромные порции, словно стремились напиться на всю оставшуюся жизнь. Джесс наблюдал

за тем, как шампанское льется рекой, как: вмиг разбираются с подносов закуски. Да, вечеринка удалась на славу, что и говорить. Но Джессу нужна была только Даймонд. Во всяком случае, сегодня вечером.

— Джесс! Дорогой! Вот ты где! Тут рядом со мной есть человек, который очень хотел бы познакомиться с тобой.

Узнав голос женщины, Джесс мысленно послал Томми ко всем чертям. Женщина между тем цепко ухватилась за его рукав. Он даже прикрыл глаза ладонью: в серебряном сиянии перед ним стояла Сельма Бенетт.

— Привет, Сельма, я и не заметил, как ты пришла. Всего ли тебе здесь хватает? — спрашивал Джесс, понимая, что в качестве хозяина вечеринки обязан задавать такие вопросы. «О черт, Томми. Я ведь так и знал, что ты пригласишь эту дуру!»

— Всего мне никогда в жизни не хватает, — со смехом ответила Сельма и подмигнула Джессу; она флиртовала с ним, явно не желая учитывать разницу в возрасте.

У Джесса возникло сильнейшее желание расхохотаться вслух, громко, не сдерживаясь. При одной мысли о том, что можно раздеть эту немолодую женщину и затащить ее в постель, ему хотелось смеяться, однако Джесс отлично знал, что смеяться над Сельмой Бенетт небезопасно. Неприятностей Джессу и так уже хватало.

Сельма вздохнула. Было очевидно, что Джесс не собирается ей подыгрывать.

— Да, у меня действительно есть один человек, который хотел бы с тобой встретиться. Она — дочь моих друзей, приехала в город на каникулы. Вы отлично подошли бы друг другу.

Джесс положил руку на локоть Сельмы и легонько сжал, чтобы подчеркнуть свои слова.

— Спасибо, я в этом не нуждаюсь, — сказал он. — Боюсь, что мое сердце уже занято, во всяком случае, на ближайшее столетие. А вот позднее, если твоя подруга все еще будет в городе, пусть она заглянет ко мне.

Джесс улыбнулся, чтобы отказ не выглядел слишком грубым. Сельма покраснела, и Джесс решил, что она, конечно, покраснела от ярости, а вовсе не от смущения. Глаза ее прищурились, губы сжались в ниточку.

— Только не пытайся меня уверить, что ты до сих пор страдаешь из-за той долговязой блондинки!

— Я сказал тебе все, что хотел, Сельма. Оставим этот разговор. — Джесс повернулся и отошел в сторону, моля Бога, чтобы эта женщина провалилась сквозь землю, да еще и Томми забрала бы вместе с собой.

Но Сельма была не из тех, кто обижается, если закрывают дверь у них перед носом. Раз что-то решив, она добивалась этого до конца.

— Ну ты даешь! — Сельма истерично расхохоталась. На ее щеках показались яркие пятна румянца. — Подумать только, она тебя бросила, а ты все никак не успокоишься!

Джесс резко обернулся. Лицо его сильно побледнело — одного этого было достаточно, чтобы Сельма насторожилась. Но она всегда замедленно реагировала на то, что следовало бы подмечать моментально. И сейчас Сельма, не обращая внимания на бледность Джесса, открыла было рот. Он остановил ее:

— Миссис Беннет, если у вас есть хоть малейшее чувство такта, вы прекратите этот разговор. Я не намерен обсуждать Даймонд с вами или с кем-то другим. Моя личная жизнь касается только меня. Но раз уж вы с приятелем пришли ко мне в гости, я хочу, чтобы вы развлекались тут в свое удовольствие. Как говорит пословица, не тронь лиха, пока оно тихо.