Бриллиант Хакера
Шрифт:
Павел Андреевич почти не целясь попал Дрону в лицо, возле самого рта и, отомстив за оскверненные ботинки, снова спрятал оружие в плащ.
Дрон откинулся назад и, прижав руку к развороченному лицу, рухнул в траву. Павлин подошел к нему, не спеша вытер плевок об одежду трупа и, подтолкнув ногой, позволил телу Дрона измерить высоту обрыва.
Буба и я наблюдали, как тело убитого катится по пригорку, то наращивая скорость, то замедляя и цепляясь за коренья и сучья. Но спуск все же был преодолен успешно и Дрон закончил свое движение, присоединившись к помойке и
Павлин повернулся к Бубе и с отеческой улыбкой повторил свой вопрос:
– Где?
Буба не стал прекословить, но на всякий случай переспросил:
– Кто?
Тут Павлин улыбнулся еще слаще и снова вытащил свой пистолет.
– Девка, – пояснил он. – Я говорю о внучке Французовой. Пока речь идет только о ней. Итак?
– Хозяин... хозяин приказал, – бормотал Буба, не сводя глаз с пистолета, которым поигрывал Павлин, держа руку с оружием на уровне бедра.
– Поехали, – просто сказал Павлин, по-ковбойски крутанув пистолет вокруг пальца и спрятав его в карман. – Раз хозяин приказал, с ним и разговаривать будем.
Буба попытался направиться к своей машине, но Павленко остановил его одним-единственным жестом – протянув вперед указательный палец.
– Поедем в нашей, – беспрекословно заявил Павел Андреевич.
– А как же... – Буба, откашлявшись, попытался выяснить судьбу своего четвероногого друга, но Павленко резко оборвал его:
– А никак.
– Павел Андреевич, – сделал я шаг вперед, – вы подоспели как раз вовремя. Дело в том, что и эти ребята и Горбачев...
– Стоять, – приказал мне Павлин, точно хозяин непослушной собаке. – С тобой разговор особый. Пока что ты для меня наравне с этим...
Павленко кивнул на Бубу и с презрением смерил меня взглядом.
– Ищейка... – добавил он сквозь зубы.
Тем временем стрелки покинули свои укрытия и медленно, по одному, начали стекатсья к обрыву, окружив нас кольцом. Павленко еще раз осмотрел свои ботинки, остался удовлетворен их внешним видом и, сделав знак подручным, направился к машине.
Средство передвижения на этот раз оказалось не «волгой» и не «линкольном», а микроавтобусом производства фирмы «тойота». Нас с Бубой, не церемонясь, запихнули в крытый кузов, подгоняя прикладами. Рядом с нами уселись и мрачные стрелки в хаки.
Сам Павлин вместе с дылдой в кожаной куртке уселись на переднее сиденье, отгороженное от кузова пуленепробиваемым затемненным стеклом.
«Шоколадный король сдержал свое обещание, – думал я, трясясь в машине на потрескавшемся пластиковом сиденье, зажатый с одной стороны Бубой, с другой бойцом в защитной форме, – наверняка он следил за мной и тем самым спас мне жизнь».
Впрочем, не исключено, что ребята Павлина держали под наблюдением квартиру на Циолковского. Шутка ли! Пропала подруга такого босса!
«Тойота» летела, как стрела, пракически по осевой, не обращая внимания на знаки ограничения скорости и красный сигнал светофора.
Через пятнадцать минут показались заводские корпуса, потом пошли хрущевские
Когда мы вышли из машины, Павлин с отвращением посмотрел на гипсовые колонны и дал знак своему подручному в кожаной куртке.
Тот внимательно осмотрел дверь, примерился и одним ударом ноги вышиб замок.
Все тотчас ввалились внутрь – первым парень в кожанке, который тотчас же бросился в комнату, на ходу выхватывая орудие, затем мы с Бубой, перетасованные молодцами в защитнй форме.
Последним вошел Павлин.
Нас с Бубой тормознули в прихожей. Пока ребята шоколадного короля проводили мгновенное сканирование жилплощади, я имел несколько минут, чтобы понаблюдать за Бубой – этот юноша начинал казаться мне все более и более значительной фигурой в деле Французовой. Не в плане его величия, разумеется, а чисто функционально.
Мой несостоявшийся палач снова превратился в испуганного подростка – Буба часто шмыгал носом, пытался унять прерывистое дыхание и даже пару раз машинально помассировал ладонью в области сердца. Правы были Горбачев с Карнеги, ох как правы: деловые люди, не умеющие бороться с беспокойством, умирают молодыми.
Наконец, о нас вспомнили. Парень в кожаной куртке высунулся из-за занавески и сделал нам знак присоединиться к честной компании.
За время моего отсутствия обстановка почти не изменилась. Господин Горбачев по-прежнему восседал за столом возле самовара, а Леля стояла рядом с ним. Вот только на Пал Палыче теперь не было штанов, – его ноги облегали натянутые впопыхах шерстяные кальсоны с начесом, а бюст Лели вываливался из выреза маечки. Похоже, мы ворвались в самый неподходящий момент.
– Только не надо мне ля-ля, – раздраженно говорил Павлин, расхаживая по горнице, заложив руки за спину. – Не надо терять время и убеждать нас, что ты – безобидный пенсионер и знать не знаешь – ведать не ведаешь про девушку и старуху.
Павлин развернулся прямо напротив Горбачева и сунул руку в карман. Я уже знал, что означает этот жест и приготовился к звуку выстрела. Хозяин дома, однако, оставался совершенно спокоен.
– Я в курсе некоторых деталей твоей биографии, – устало проговорил Павленко. – Знаю и про Нижний, и про Пензу. То, что ты теперь на покое, как у вас говорится, еще не означает, что тебе время от времени не хочется тряхнуть стариной. Стал бы ты иначе держать вокруг себя всю эту кодлу. Кстати, одного пришлось положить.
– Бывает, – флегматично отозвался Пал Палыч Горбачев. – Найдем замену.
Павлин только хмыкнул.
– Где де... девка, – шоколадный король неожиданно начал заикаться.
Я с удивлением отметил, что, несмотря на явный пат, Горбачев держится как победитель. Интересно, какие козыри у него спрятаны в рукаве?
– Я буду говорить на эту тему, когда старуха отдаст мое барахло, – едва слышно отозвался Горбачев. – Пока могу только сказать, что ваша Катя жива и здорова.
– А если я тебе сейчас мозги вышибу? – достал пушку Павлин.