Брежнев
Шрифт:
Хрущев любил неожиданные решения. В 1962 году он поставил главного редактора газеты Полякова заведовать отделом сельского хозяйства и сделал секретарем ЦК. Это назначение никому, кроме Хрущева, не нравилось. Полякова вернули в журналистику – заместителем главного редактора еженедельника «Экономическая газета».
Возможно, это не сразу стало заметно, но все назначения Брежнев делал с учетом личных отношений с новым руководителем. Он позаботился о том, чтобы во главе Казахстана стал его друг Кунаев.
В ноябре 1964 года среднеазиатские
Брежнев ответил:
– Ты не нашел общего языка с членами Центрального комитета компартии Казахстана.
Объяснил, что в ЦК КПСС поступает много жалоб на первого секретаря республики, никто его не поддерживает, в таких условиях невозможно работать на столь высоком посту. Юсупов все правильно понял и сразу же написал заявление об уходе.
– Ты не обижайся, – утешал его Брежнев, – я сам приеду на пленум, сделаю так, чтобы ты ушел достойно.
Рассказывали, что Юсупов был крут. Приехал к первому секретарю одного из сельских райкомов, спросил:
– Сколько у тебя сегодня комбайнов на полях работает?
– Я еще сводку не смотрел, – ответил секретарь.
– Обстановкой не владеете. Освобождаетесь от должности, – немедленно решил Юсупов.
Впрочем, Юсупова Леонид Ильич убрал по другой причине.
Через несколько дней всех членов бюро ЦК компартии Казахстана и заместителей председателя Совмина республики пригласили в Москву. Принял их Брежнев, сообщил, что Исмаил Юсупов подал заявление об уходе, и спросил:
– Кого будем рекомендовать первым секретарем? Юсупов предложил направить в Казахстан кого-то из членов президиума ЦК, чтобы поднять авторитет республиканского руководства. Но Брежнев идею Юсупова отверг:
– Во главе республиканской партийной организации должен стать кто-то из местных товарищей.
Тогда прозвучало имя Кунаева.
Брежнев сразу сказал, что ЦК КПСС не станет возражать против такого предложения.
Юсупова сделали председателем облисполкома в Уральске. Но и на таком низком посту Кунаев не позволил ему задержаться, в 1966 году перевел начальником Казспецвинтреста – республиканского треста виноградарских совхозов Казахстана. А в пятьдесят семь лет отправил на пенсию…
Исмаил Юсупов пережил Кунаева и обиженно рассказывал журналистам:
– Кунаев помогал Брежневу в сближении с женщинами. А Брежнев был настоящий развратник…
Кунаев сразу избавился от Михаила Соломенцева: позвонил Брежневу и заявил, что второй секретарь ЦК республики «потерял авторитет перед общественностью и продолжать работать с подмоченной репутацией не может». Злые языки рассказывали, будто у Соломенцева был роман с
Леонид Ильич сделал приятное другу и убрал из Казахстана Соломенцева, сказав Кунаеву:
– Если он только за одной женщиной неудачно поухаживал, от этого социализм не пострадает. Мы его переведем на работу в другую область.
Михаил Сергеевич отправился первым секретарем в Ростовскую область. Через два года, в декабре 1966 года, Брежнев сделал Соломенцева секретарем ЦК и заведующим отделом тяжелой промышленности – вместо рано умершего Александра Петровича Рудакова. Выдвиженец Хрущева, Александр Рудаков ведал в аппарате ЦК тяжелой промышленностью двенадцать лет.
Остался пока в составе президиума ЦК, но покинул Москву Леонид Николаевич Ефремов.
Ефремов окончил Воронежский институт механизации сельского хозяйства, всю войну проработал на Воронежском авиационном заводе № 18 имени Ворошилова, который выпускал штурмовики Ил-2. Потом его перевели на партийную работу. Еще при Сталине Ефремова назначили первым секретарем обкома в Курск.
В Курской области вырос Никита Сергеевич Хрущев, который не забывал односельчан, живо интересовался жизнью курян и чем мог помогал родной деревне Калиновке. Разумеется, первый секретарь Курского обкома не мог не обратить на себя внимание Никиты Сергеевича заботой о его родной деревне. Хрущев перевел Ефремова в Москву и назначил своим первым заместителем в бюро ЦК по РСФСР и одновременно председателем бюро ЦК по руководству сельским хозяйством России.
Осенью 1964 года особое расположение к нему Никиты Сергеевича обернулось против Ефремова. Его как верного Хрущева, разумеется, не поставили в известность о готовящемся заговоре. Накануне снятия Хрущева Ефремов неделю находился в Тувинской АССР – вручал орден Ленина по случаю юбилея вхождения в состав России – и ни о чем не подозревал.
Когда на заседании президиума ЦК снимали Хрущева, то досталось и Ефремову как его верному стороннику.
Дмитрий Полянский, заместитель председателя Совета министров СССР, отвечавший за сельское хозяйство, напомнил о том, как с родной деревни Хрущева Калиновки в нарушение закона списали все долги, и сказал, что в этом виноват тогдашний первый секретарь Курского обкома Ефремов. После пленума Ефремов пошел к Брежневу жаловаться на Полянского. Леонид Ильич был настроен миролюбиво:
– В полемике, в напряженной обстановке всякое бывает. Обсуждать тут нечего. И заниматься тобой сейчас нет никакой необходимости. Я сижу на телефоне: надо звонить в соцстраны, объяснить, в связи с чем принято решение о снятии Хрущева. Нужно, чтобы все поняли. Это главное. И внутри страны члены президиума разъезжаются в парторганизации, чтобы все объяснить людям.
Ефремов стал горячиться:
– Я хочу написать заявление в президиум ЦК с просьбой обсудить этот вопрос, затрагивающий мою честь коммуниста.