Бремя
Шрифт:
Поэтому остается одно: стараться погибнуть быстро. Например, я обожаю, когда мне отрезают голову. Самая медиативная смерть. Вот страж размахивается огромным мечом, а я не отскакиваю, наоборот — сдвигаюсь влево! Лезвие обрушивается на шею. Вжик! Небо и земля несколько раз меняются местами — и я, если повезет, могу взглянуть на небо и немножко передохнуть.
Да, поначалу мучения нестерпимые, мир горит, нервы гудят, пытаясь справиться с той информацией, что мое тело, дрожа и избавляясь от дерьма, находится в
Иногда смерть не приносит ничего, кроме страданий. Например, ненавижу, когда меня, словно курицу на вертел, нанизывают на длинный меч. Есть у стражников такой грешок: порой великан не рубит, а протыкает меня и поднимает в воздух. Поначалу я пытаюсь сопротивляться, цепляюсь голыми руками за лезвие, но сил и воли хватает на пять-десять ударов сердца. В какой-то момент я больше не могу бороться и позволяю ситуации разрешиться самой: скольжу по лезвию гигантского меча до тех пор, пока не упираюсь в эфес.
Количество переходит в качество. После тридцати-сорока смертей я умудряюсь выбрать себе гибель полегче. И — о чудо! — даже удается отбить три-четыре выпада. Главное вовремя уворачиваться. Так как клинки у стражей донельзя тяжелые, сила инерции работает на меня. Поэтому после очередного широкого взмаха я подскакиваю к гиганту и вонзаю саблю аккурат в зазор меж доспехов. И вот тут-то ждет новый сюрприз. За панцирями-то камень. Каменные — мать его! — стражники! Совсем вылетело из головы, когда получил квест.
После ста смертей начинаю подмечать, что бьют-то меня всегда одинаково. Те же приемы, те же выпады, те же движения… И уже умудряюсь продержаться в бою не пять ударов сердца, а сто. Сто ударов сердца — это уже целая жизнь с её переживаниями, победами и проигрышами.
Дальше… я прохожу через некую границу, которая позволяет нащупать слабое место врага. В мозгу сверхновой взрывается мысль: у четырех стражей на спинах пульсируют алые рубины. Как можно было этого не заметить?
И вот я экспериментирую. Бью саблей прямехонько в драгоценный камень. Гигант вскрикивает, облако тьмы поглощает его, а когда оно растворяется в холодном сыром воздухе, на траве появляется часть ключа. И я на шаг ближе к цели…
Не стоит радоваться раньше времени. Ведь даже если стражи повержены, то не надо недооценивать других врагов. Например, гулей! После пятидесятой смерти я это хорошо понял. Благо лезвие не тупится, а помимо сабли есть и другое оружие: камни, ветки, в конце концов, оторванные конечности или собственные ногти…
Тяжело дыша, я рухнул на колени. Тело саднит, кажется, на мне нет живого места. Куда ни посмотри — везде кровь, ссадины, царапины. Но ведь не сдох в этот раз! Не сдох, мать его!
Черная свинцовая туча по-прежнему
Поздравляем! Вы получили новые очки опыта!
Уровень: 1 (Опыт: 41 из 1000)
Невесело ухмыльнувшись, я поплелся собирать раскиданные части ключа. Они сделаны из мрамора, по форме напоминают миниатюрный куб, на гранях которого есть неглубокие выемки и зубцы. Наощупь неприятно холодные, будто пролежали во льду не один десяток лет.
Когда собрал все части ключа, раздался хлопок, воздух на поляне задрожал, запахло паленым. Четыре абсолютно черные сферы медленно закружились передо мной. Я коснулся кончиком лезвия ближайшего шара, но ничего не произошло.
Ханшван, ты проходил этот квест? Пожалуйста, скажи. Я попробую договориться с модератором, чтобы тебе изменили наказание. Нет ответа. Наученный горьким опытом, я не спешу прикасаться к чернильным сгусткам.
Потер виски средним и большим пальцами, пытаясь придумать что-нибудь получше, чем запихнуть неизвестно куда руку. Затем вспомнил про амулет, сжал его. Никакой реакции.
— Ну нет, меня так не проведешь, — пробормотал я.
Неестественная тишина леса давит на нервы. Сферы продолжают кружиться вокруг меня.
— Наверняка же ловушка…
А если нет?
Я протянул свободную руку к шару, но когда почувствовал легкий холод, так и застыл. Не могу. Так просто квест не пройти. Память тут же подкинула воспоминания позавчерашней давности. Старая Алнурия дала же легкое задание. Напряги извилины! Что я тогда сделал? Всего лишь переночевал в заброшенной избе. Никаких драк, никаких загадок.
— Ладно-ладно. Выбора всего равно нет.
Задержав дыхание, я опустил руку в сферу и… Заорал от дикой, уничтожающей рассудок боли. Обжигающие укусы игл впились в локоть. Раздался противный хруст. Я потянул руку на себя, больше не думая ни о чем, однако что-то не даёт мне этого сделать. Словно в замедленной съемке увидел, как брызнула кровь, как сломанная лучевая кость порвала плоть.
БОЖЕБОЖЕНЕТКАКБОЛЬНОБОЛЬНО!
Захлебываясь криком, я вонзаю саблю в сферу, но попадаю в пустоту.
ХВАТИТПОЖАЛУСТАХВАТИТ!