Братство рун
Шрифт:
Итак, это было лишь совпадением?
Она в своем отчаянии и одиночестве хотела увидеть взаимосвязь, которой в действительности не существовало?
С другой стороны, здесь была старая служанка, которая имела такое сбивающее с толку сходство с Калой. И так много совпадений в ее судьбе и Гвеннет Ратвен. Все эти сны, которые приснились ей и оказались такими реальными…
Значит, старуха была права? Мэри и Гвеннет Ратвен на самом деле были родственными душами? Духовными сестрами, чья связь была такой тесной, что она длится столетия? А колдунья и та таинственная служанка действительно
Мэри покачала головой. Это было чересчур фантастично и невероятно, чтобы поверить в это. Единственным человеком, который мог сказать ей, было ли это все на самом деле, была старая служанка. Если Мэри хотела определенности, то она должна поговорить с ней и потребовать от нее прояснить ситуацию.
Мэри была убеждена, что это было самым разумным поступком. Но был в этом решении один недостаток: чтобы расспросить служанку, ей нужно было выйти из башенной комнаты.
Ей стоило немалых усилий преодолеть себя, чтобы подняться и подойти к двери. Ее ноги онемели от холода, руки замерзли и не подчинялись. Осторожно она приложила ухо к двери, чтобы прислушаться. Затем она наклонилась и посмотрела через щель между дверью и полом. Воздух был прозрачен.
Мэри глубоко вздохнула. Она знала, что не может вечно прятаться в этой башне, но, по крайней мере, прошлой ночью эта комната стала для нее надежным убежищем. Она вспомнила, что старая Кала назвала башенную комнату одним из немногих мест в замке, в которые еще не проникло зло. Возможно, это и было причиной тому, что Мэри преодолела все препятствия, чтобы нажать на заржавевшую ручку двери и выскочить наружу.
Перед дверью действительно никого не было. На цыпочках она неслышно спустилась по лестнице. Колчан с записками Гвеннет она плотно прижала к себе, как бесценное сокровище. Это было все, что у нее осталось, единственное утешение.
Судя по солнечному свету, который падал через высокие узкие отверстия, уже был полдень. Ей не принесли еду, вероятно, хотели вынудить ее добровольно покинуть место ссылки. Если бы речь шла о голоде, то Мэри еще долгое время оставалась в башенной комнате. Она была терпелива, и лишения не причиняли ей беспокойства. И без того она бы предпочла страдать от голода, нежели сидеть с Малькольмом Ратвеном за одни столом.
Тихонько она скользила по коридорам, по которым в панике бежала ночью. Она все еще испытывала страх. Мэри не тратила время на то, чтобы искать свою комнату, а отправилась на кухню, где обедала чернь. В присутствии слуг, надеялась она, Ратвены не позволят себе ничего и оставят ее в покое.
Столовую, где, вероятно, сейчас обедали Малькольм и его матушка, она обошла и спустилась вниз по, узкой крутой лестнице, которой пользовались только служанки и камеристки. Таким образом она попала в ту часть замка, где обычно не ступала нога важных господ.
Здесь не было гобеленов или картин, и малочисленная мебель была грубо сколочена, стояли убогие шкафы. Из кухни доносился запах свежеприготовленной дичи, от чего в желудке Мэри заурчало от голода. Служанка, которая вышла ей навстречу с подносом, чуть не выронила его из рук, когда увидела Мэри.
— Миледи! — в ужасе закричала она.
— Тихо, — приказала
— Как миледи пожелает. — Служанка, молодая девушка, около семнадцати лет, поспешно поклонилась. — Что я могу сделать для вас?
— Я ищу кое-кого, — объяснила Мэри. — Старую шотландку, которая служит здесь.
— Старую шотландку? — Девушка взглянула на нее странно. — Как ее зовут?
— Этого я не знаю, — ответила Мэри немного смущенно. — Я думала, что она может находиться здесь. Она очень старая, и у нее седые волосы.
Служанка ненадолго задумалась, потом покачала головой.
— Здесь нет никого, кто бы выглядел так, — ответила она просто.
— Но я не раз встречалась с ней.
— Мне очень жаль, — пробормотала служанка. — Миледи ошибается. — И прежде чем Мэри что-то смогла возразить, она шмыгнула с подносом уже в коридор и исчезла за поворотом.
Мэри не знала, как поступить дальше. Ну, девушка была молода, возможно, она недавно работает в замке Ратвен и не знает всех слуг. Мэри уговорила себя, что так оно и есть, и пошла дальше по коридору на кухню. При этом она попала в комнату, где ели слуги — темное помещение без окон с покрытым сажей и плесенью потолком. Длинный грубо сколоченный из досок стол и засаленные стулья составляли убогую обстановку, пара свечей на столе излучала скудный свет.
Мэри почувствовала подавленность при мысли, что Китти пришлось есть за этим столом. И хотя она скучала по своей камеристке и была бы рада иметь подле себя подругу, очевидно, было лучше, что Элеонора отправила ее домой. По крайней мере, она не должна была все это сносить.
За столом сидели молодые парни и хлебали пустой суп. От дичи, которой лакомились господа, им не перепало и кусочка. Одним из молодых мужчин был Шон, ученик кузнеца, на свадьбе которого присутствовала Мэри. Но когда он увидел ее, то весь сжался и вскочил, чтобы поклониться. Другие парни хотели последовать его примеру, но Мэри умоляюще подняла руки.
— Пожалуйста, — сказала она быстро, — оставайтесь сидеть и продолжайте есть. Я не хочу вам мешать, я ищу кое-кого.
— Кого, миледи? — поднялся Шон. — Возможно, я могу вам помочь.
Мэри снова описала женщину, которую искала — старую служанку в черном одеянии и с седыми как лунь волосами, всю в глубоких морщинах, запавших в обветренном лице. Но на физиономии парня отразилось непонимание.
— Мне очень жаль, миледи, — сказал Шон, — но я не знаю такую служанку.
— Ты явно ошибаешься, — настаивала Мэри. — Я неоднократно разговаривала с ней. Она навещала меня в моей комнате.
Шон обменялся смущенным взглядом с другими парнями.
— Мне очень жаль, миледи, правда, — сказал он еще раз и опустил взгляд. Его грубые, но честные черты лица были не предназначены для того, чтобы кого-то обмануть. Мэри прекрасно видела, что он что-то скрывает от нее.
— Это не устраивает меня, — заявила она. — Я хочу знать, что это за служанка. Если тебе что-то известно, то ты должен рассказать мне, Шон.
— Нет. — Молодой кузнец покачал головой. — Я прошу вас, миледи, не требуйте этого от меня.