Брат Волк
Шрифт:
Торак все падал, падал, падал, и вода заливалась ему в рот, в нос, в уши, и вокруг была только белая бурлящая вода и ничего больше. Река поглотила его, он был внутри нее, и сквозь него с ревом проходила огромная масса воды. В какой-то момент ему удалось вынырнуть на поверхность и хлебнуть воздуха, но река тут же снова утащила его в зеленые водовороты своих глубин.
Наконец грохот водопада стал стихать. Перед глазами Торака мелькали странные вспышки. Он тонул. Вода вокруг сперва стала синей, потом темно-зеленой, потом черной. Он опускался на дно, он был безволен и холоден, он
И вдруг он услышал негромкий булькающий смех. Чьи-то длинные волосы, похожие на зеленые водоросли, опутали его шею; совсем рядом скалились чьи-то жестокие липа, на него смотрели чьи-то безжалостные белые глаза…
– Иди к нам! – звали его Тайные Обитатели Вод. – Отпусти свои души, пусть себе плывут на свободе, без этого неуклюжего, тяжелого человеческого тела!
Голова у Торака кружилась, к горлу подступала тошнота, казалось, кто-то выворачивает ему кишки наружу.
– Гляди-ка! – смеялись Тайные Обитатели Вод. – Как быстро души покидают его дурацкое тело! Как они стремятся к нам!
Торака ворочало с боку на бок, точно дохлую рыбу. Тайные Обитатели Вод правы: душам нетрудно будет покинуть его тело и присоединиться к Обитателям Вод, которые будут вечно кружить их в своих холодных объятиях…
И вдруг сквозь эти последние мрачные мысли Торак услышал отчаянный вой Волка.
Он открыл глаза. Лишь серебряные пузырьки поднимались во тьме там, откуда только что исчезли Тайные Обитатели Вод.
И снова послышался зов Волка.
Он нужен Волку! И они что-то очень важное должны были сделать с ним вместе…
Заставляя онемевшие конечности шевелиться и превозмогая сковывающее отупение, Торак стал снова пробиваться на поверхность. Зеленый свет вокруг стал ярче. Этот свет манил его, притягивал к себе…
И он почти уже добрался до источника этого света, когда что-то вдруг заставило его посмотреть вниз – и далеко на дне он увидел ИХ – два слепых глаза, пристально смотревших на него из темноты.
Что это? Россыпи речного жемчуга? Глаза кого-то из Обитатели Вод?
Вспомнились слова пророчества. И та загадка: «Что прячется в бездонной глубине? Глаза реки, лежащие на дне».
Казалось, грудь у Торака вот-вот разорвется, если он немедленно не глотнет воздуха. Но если он сейчас не .нырнет и не достанет эти глаза реки – чем бы они ни оказались, – то навсегда потеряет их из виду.
Торак согнулся пополам, извернулся и, собрав последние силы, нырнул в глубину.
От холода стало больно глазам, но он не решался закрыть их. Он подплывал все ближе, ближе… Протянув руку, он коснулся дна – и сжал в кулаке горсть ледяного ила. Вот они! Удостовериться в этом окончательно возможности не было: вода сразу замутилась, да и руку он разжать не решался, опасаясь, что глаза реки выскользнут. Он снова извернулся в воде и стал пробиваться наверх, к свету.
Но сил у него совсем не осталось, и всплывал он ужасающе медленно. Да еще и мокрая одежда тянула на дно. Наконец над головой замелькали какие-то огни, но тут снова послышался смех водяных жителей.
– Слишком поздно, – шептали Тайные Обитатели Вод. – Теперь тебе никогда не увидеть
Торак почувствовал, как кто-то схватил его за ногу и потащил вниз.
Он яростно отбивался, но высвободить ногу не мог. Чья-то рука крепко сжимала его лодыжку. Торак попытался выкрутить ногу из этих тисков, но тщетно – хватка неведомого существа только усилилась. И к помощи ножа ему прибегнуть не удалось: он вспомнил, что перед тем как переправляться через реку, крепко привязал нож к ножнам, и теперь вытащить его было невозможно.
Гнев вскипел в его душе. «Оставьте меня в покое! – мысленно вскричал он. – Вам меня не получить! И Нануак тоже!» Как ни странно, это придало ему сил, он яростно рванулся, и хватка существа, державшего его за ногу, вдруг ослабла. Тот, кто только что пытался утащить его на глубину, завыл, забулькал и исчез, растворившись в темноте, а Торак стремительно стал подниматься вверх.
Он вылетел из воды в туче брызг, всей грудью судорожно глотая воздух. В ослепительном сиянии солнца он успел увидеть простор зеленой речной воды и нависшую над водой ветку дерева, которая стремительно к нему приближалась. Свободной рукой он попытался схватиться за эту ветку и… промахнулся. В голове сверкнула боль.
Он знал, что никто его не ударил. Он слышал плеск речной волны, свое собственное тяжелое дыхание, но ничего не видел. Он чувствовал, что глаза его открыты и смотрят вокруг, но ничего не видят!
Паника охватила его. «Только не слепота, – думал он. – Нет, нет, пожалуйста, только не это!»
Глава 16
Бесхвостая самка хныкала и беспомощно махала своими передними лапами, так что Волку это надоело; он оставил ее и бросился по тропе дальше.
Когда он учуял в ивняке Большого Бесхвостого Брата, то тоже принялся хныкать и жалобно повизгивать. Брат лежал наполовину в воде, уцепившись за какую-то ветку, и от него сильно пахло кровью. И он был совсем как неживой!
Волк лизнул его в холодную мокрую щеку, но Большой Брат продолжал лежать без движения. Неужели он больше не дышит? Волк поднял морду и завыл.
Сквозь заросли неуклюже пробиралась бесхвостая самка! Ну конечно! Ей-то что здесь нужно? Волк резко повернулся, собираясь защищать Большого Брата, но она, оттолкнув его, бросилась к Бесхвостому, схватила его за плечи своими передними лапами – прямо как когтями вцепилась! – и вытащила из воды.
Волк невольно восхитился ее решительными действиями.
И стал смотреть, как она, положив передние лапы на грудь Бесхвостому, все нажимает, нажимает на них, пока Бесхвостый не шевельнулся и не закашлялся. Это было хорошо! Это означало, что Большой Брат снова дышит, что он жив!
Но стоило Волку прыгнуть ему на грудь и радостно обнюхать и облизать ему лицо, как его снова оттолкнули! Противная бесхвостая самка, не обращая ни малейшего внимания на предупредительное рычание Волка, обняла Большого Брата за плечи, поставила его на ноги, и они, спотыкаясь, побрели прочь от Быстрой Воды, и Большой Брат шел так неуверенно, словно ничего не видел.