Брат короля
Шрифт:
Перед воротами дворца стража заранее расступается. Они могли не узнать меня издали, но не заметить несущий меня скелет лошади невозможно. Страх! Всюду, всегда, во всех окружающих глазах!
Даниэль:
На этот раз плащ не прячет детали. Тёмные волосы до плеч, как у короля, только растрёпаны и без очелья. Кожаный доспех с металлическими наплечниками да перчатки с короткими вставками – вот и все доспехи. Яростный, стремительный, неумолимый… Невысокий, но против своей природы опасный для любого гиганта.
Меня всегда восхищали мастера мечники. Ребёнком меня часто находили на самой верхней, самой северной галерее замка, на самом ветру. Оттуда можно было наблюдать тренировки приставленной к нам стражи. Меня будоражило их искусство! Но никто из них не владел мечом так, как герцог Агорда. Тот бой, что вершился на моих глазах минуту назад…
По дороге в ложу Рейли поднимает глаза и, кажется, останавливает взгляд именно на мне, несколько минут всматриваясь в меня пристально. Потом вдруг резко разворачивается, выбросив в сторону руку, и толпа с криками бросается прочь. А шагах в десяти от него на полу корчится, истекая кровью, какой-то человек.
Рядом со мной раздаётся ворчание короля:
– Опять отравитель? Когда ж они угомонятся!
Я замираю. И с каким-то благоговейным ужасом смотрю на этого человека. Я не боюсь крови. Боюсь лжецов и властителей, упивающихся своим могуществом. Опасаюсь! Но в маге, кажется, нет ни того, ни другого. Он силён, решителен и жесток, но и ни на мгновение ни от кого не скрывает этих качеств. Прозрачен и кровав… И это вызывает восхищение. Настолько, что я уже почти не жалею о своём статусе невесты. Почти нахожу возможным… не столь омерзительным… подчиниться порокам этого человека. Меня всё равно не спросят. Леди полагается молчать.
Он поднимается в ложу. Княжна рассыпается в восхищениях его воинским мастерством. А маг поворачивается ко мне и произносит с какой-то ядовитой усмешкой:
– Даниэль, а вы владеете мечом?
Зачем так?! Зачем рушить моё восхищение? Упиваться! Никто никогда не подпускал меня к мастерам военного дела ближе, чем посмотреть с верхней галереи замка! Был строгий приказ дяди. Он объявил, что мне без надобности такие науки…
В разговор вступает король:
– Да, я тоже слышал, что север Дарена настолько жестокий край, что там даже юные леди обучаются владеть оружием.
Приличное оправдание вопросу? Или моему возможному ответу? Притом, что, полагаю, всем присутствующим хорошо известно: Дарен весь, и север в частности, крайне патриархален. Единственное, что женщина имеет право произнести вслух без одобрения отца или мужа, это молитва. Да и старые книги твердят, что в Эганоре очень похожие традиции.
– Ваше Величество, герцог… моя рука никогда не прикасалась к мечу.
В глазах мага скорее разочарование. И, кажется, ни капли злорадства.
Я пытаюсь осознать это, не замечая, как король объявляет об окончании первого дня турнира. Как княжна вручает дары рыцарям победившего отряда.
Король
Глава 5. Традиции севера
Даниэль:
В торжественном зале душно, сильно пахнет вином и жареным мясом. Дуэнья шипит на меня, требуя есть неспешно и обязательно маленькими кусочками. Я старательно игнорирую её замечания. Послу не до нас, он вслушивается в беседу короля с братом княжны, стараясь ухватить хоть слово.
Место мага пустует. Сам он, захватив приличных размеров кусок индюшки, прогуливается между столами, всматриваясь в гостей. В какой-то момент останавливается, отбирая кубок у одного из рыцарей, и выливает содержимое на пол.
– Мои извинения, сер Лемора, но король Эганора не давал своего согласия на ваше умерщвление. А в этом замке запрещено убивать без его позволения.
Гости на несколько мгновений впадают в оцепенение, оглядываются, а потом начинают поздравлять рыцаря и громко смеяться.
Герцог так и не возвращается за стол. Он останавливается, скрестив руки на груди, в отдалении от пирующих. Как раз неподалёку от него седая женщина неторопливо играет на лютне, а длинный худой мужчина рядом с ней держит флейту, дожидаясь своего часа.
Оторвавшись от разговора с братом княжны, король тоже переводит взгляд в ту сторону. А потом вдруг с хитрой ухмылкой поворачивается к нам:
– О, посол Кагон, развейте мои сомнения. Мне приходилось слышать, что север Дарена – настолько суровый край, что там леди может сама пригласить мужчину на танец.
Леди сама пригласить на танец? Продолжаем фантазировать? И какая связь тут с природой края? Но Кагон охотно подхватывает инициативу владыки:
– Ну, Ваше Величество, не совсем уж сама. Дарен не настолько варварский край. Но передать своё приглашение через отца или опекуна северная леди может. Это верно.
Король переводит взгляд на меня. Тот же самый, пожирающий меня целиком. Он произносит почти шёпотом:
– Принцесса, пригласите герцога Агорда танцевать. Он терпеть этого не может, но вам не откажет. – И уже громко: – Всем танцевать! Дайте нам подходящую музыку!
Он наклоняется к княжне. Говорит что-то, протягивает руку… Меня одёргивает посол тихим ворчанием:
– Даниэль, ну же, пойдёмте. Вы же слышали: нам с вами велено пригласить герцога танцевать.
Я поднимаюсь. Кланяюсь присутствующим. Иду вслед за послом. Музыканты заводят быструю танцевальную музыку. В центр зала выходят король с княжной и ещё несколько пар.