Браслет силы
Шрифт:
— Измерьте её, а то этой худышке ни одна нормальная одежда не подходит. И поторопитесь с нарядами.
Девушка обмерла. Всё-таки решили приодеть, к чему бы это? Швеи шустренько снимали мерки, о чём-то переговариваясь на туранском. Закончив, они вышли. Атарс смотрел на Верли с брезгливой усмешкой. Он откровенно не понимал, зачем это невзрачное создание привезли в гарем Великого шаха. Ну ладно бы в служанки, а то в наложницы. Да, волос редкой окраски, но это всё! Больше не произнеся ни звука, он ушёл. Лена с облегчением выдохнула. Она заметила выражение его лица, и оно её очень обрадовало. Если Великий зиран так недоволен внешностью новенькой, то ей ещё не скоро «повезёт»
* * *
Прошло несколько дней. Голова болеть перестала, синяк чуть отливал желтизной, припарки лекарки сделали своё дело. Айлия, осмотрев её рано утром, велела начать занятия. Одежду уже доставили, принеся аккуратным свёртком прямо в комнату. Рассмотрев принесённое, девушка не смогла сдержаться от усмешки. Три костюма, состоящие из туники с длинным широким рукавом и шароварчиков, были сшиты в серой гамме и отличались только вышивкой. Очень похожий наряд на тот, который она носила в гостях у смотрителя. Стало немножко легче, эта ткань совсем не просвечивала, а значит, пока её как соблазнительницу использовать не будут.
Смотрительница гарема внимательно наблюдала за тем, как девушка одевается. Эта одежда не болталась на худенькой девчонке, да и серый оттенок подчёркивал цвет глаз.
— Хорошо, — довольно заметила старуха, — Теперь ты будешь трапезничать в общем зале. После завтрака два часа обучения языку. После обеда два часа вышивки, после ужина — три часа танцев. После того, как объявляют, что невольницам пора спать, уходишь в свою комнату и не появляешься из неё до утра. Первое время, тебя будут запирать, а когда убедятся, что ты привыкла к гарему и всем довольна, то дверь будет оставаться открытой. Сейчас подбери волосы, умойся и иди кушать.
Лена тут же начала изображать китайского болванчика, непрестанно кланяясь и благодаря столь заботливую даму. Заколов волосы серебряной заколкой, подаренной Великим зираном, она сполоснула лицо и руки и пошла по галерее. Комнаты наложниц занимали полностью весь переход, выходя на него на всех трёх этажах. Чем выше поднималась наложница в статусе, тем выше располагалась её комната. Впереди открывался великолепный вид на основное здание этого царства женщин. Балконы, открытые и закрытые террасы, множество двориков с цветочными клумбами, деревьями и фонтанами. Вереница дверей, выходящих из покоев наложниц, закончилась входом в большой зал. Потолок, выполненный в виде купола, расписан цветами и звёздами, колонны, подпирающие его, задрапированы длинными полосами ткани, а вдоль трёх стен возвышение, сплошь покрытое узорчатыми коврами. В зале уже сидело множество девушек, выбирающих себе лакомства с низких столов.
— Эй, новенькая, идём к нам, — почти рядом с входом сидели три молоденькие девчонки в полупрозрачных рубашках. Одна из них, красавица с тёмно-малиновыми волосами призывно махала рукой.
Мысленно пожав плечами и нацепив смущённо приветливую улыбку, Верли засеменила к ним.
— Садись с нами, давай знакомиться, — защебетала черноволосая смуглянка, — Меня зовут Хииса.
— Лена, — назвалась иномирка и села рядом, скрестив ноги, — А много у шаха, ну...
Девушка замялась, не зная, как правильно назвать невольниц.
— Так можешь посчитать. Старшая жена, мать первого престолонаследника Байлина, госпожа Ирис, вторая жена, мать второго и третьего престолонаследника, Ларисса. Две фаворитки и шестьдесят семь обычных наложниц. Жён наш повелитель посещает по понедельникам, одну на одной неделе, другую на другой, а остальных вызывает сам или приглашает по выбору
«Ага», — мрачно подумала Верли, набивая рот едой, чтобы был повод немного помолчать и собраться с мыслями, — «Ещё кому расскажи. У тебя около уха полоска чешуи проблёскивает, а значит, ты чистокровная туранка. Хвала книжному духу, сунул носом в параграф». А вслух спросила:
— А зираны, это кто?
— Зираны — это специальные евнухи, обученные искусству любви. Они вполне полноценные мужчины и очень хороши в постели, только потомства от них быть не может. У нас же есть и отказные наложницы, это те, кого шах больше года не приглашает в свои покои. Вот они могут брать в любовники зиранов, но только с согласия Великого зирана Атарса. Шах очень беспокоится о том, чтобы у его женщин всего было в достатке, и любви в том числе, — ответила белокожая Майлика, потряхивая малиновыми кудрями, — Хотя, если повелитель не приглашает нас в свои покои, то и мы пользуемся их услугами. Ты можешь намекнуть Киссу, и сегодня же ночью он будет у тебя.
Лена молча жевала завтрак. От таких откровений воротило с души, а еда становилась безвкусной. Вот вспомни о чём-нибудь плохом, и оно тут же появится. В зал бесшумно вошёл Кисс, сияя лёгкой таинственной улыбкой. Хлопнув в ладоши, он возвестил об окончании завтрака и тут же направился в их сторону. Девушка помрачнела, видеть эту скользкую физиономию совсем не было желания.
— Лена, тебе пора на занятия по языку.
Девушка встала, изобразила виноватую улыбку своим «подружкам» и послушно засеменила на занятия, усиленно разглядывая мозаичный пол.
С освоением нового языка практически сразу начались проблемы. Из-за особого произнесения шипящих ей никак не удавалось уловить ни слова, которые ей говорили, ни попытаться что-то сказать самой. Промучавшись пару часов, с загудевшей от умственного напряжения головой она вернулась в свою комнату и с размаху плюхнулась на жалобно скрипнувшее ложе. Это ей очень не нравилось. Язык знать нужно! Самое главное, чтобы понимать, что о ней и при ней говорят. Самой можно говорить с пято на десято, не важно. Плохо, плохо! С вышивкой тоже, скорее всего, ничего не получится. Нет, пуговицу пришить она, конечно, умела, ну и носки заштопать, оторвавшуюся подкладку поставить на место, но не больше. Остаются танцы. С танцами есть другая опасность. Если она будет стараться и учиться, как следует, то её отправят в группе танцовщиц развлекать шаха и его сыновей. Кто его знает, что им после этого может в голову ударить? Отказываться от учёбы? Ни в коем случае! Это может пригодиться потом, мало ли куда занесёт её судьба. Значит, нужно учиться старательно, а вот требования выполнять не все, недоделывать…
Как она и предполагала, с шитьём тоже получалось откровенно плохо. Исколов пальцы иголкой, и заработав злобный взгляд от учительницы рукоделия, девушка с облегчением пошла на ужин. Её змеиные «подружки» уже вовсю болтали.
— Лена, что же ты так огорчаешься? Ничего страшного, научишься и языку и вышиванию. Танцам в первую очередь учиться нужно, сможешь красиво двигаться, будешь на всех праздниках участвовать.
— Кстати, — вмешалась Хииса, — завтра парадный смотр гарема. Конечно, тебя на него не выведут, но посмотреть сможешь из-за решётки. Это так красиво. Мы надеваем лучшие одежды и украшения, танцуем, поём, услаждая слух и взгляды семьи повелителя. Приглашают лучших певиц, самых искусных музыкантов.