Бракованная

Рымарь Диана

Снимаю платье и швыряю на землю. Остаюсь лишь в открытой комбинации и нижнем белье, но мне почему-то не стыдно так стоять на улице. Наоборот, я рада, что стянула вещи, купленные на Царские деньги. Волосы закрывают полуголую спину и немного прикрывают перед, так что даже почти прилично выгляжу.

— Ты так никуда не пойдешь! — снова рычит Лев.

— Это ты так думаешь!

Поворачиваюсь и гордой походкой иду в противоположную от Льва сторону. Правда, далеко уйти мне не дают.

Слышу сзади, как Лев командует одному из своих:

—

Подгони машину!

А потом мне на плечи вдруг опускается пропахший Львом пиджак. Секунда, и я у него на руках.

— Отпусти! — верещу не своим голосом, старательно вырываясь.

Но Лев не из тех мужчин, кто легко отпускает.

Глава 39. Дура

Этим же вечером:

Эва

«Я дура… Нет, не просто дура, а королева дур планеты Земля! Да что там, императрица дурищ во всех близлежащих галактиках! И это я еще мягко, очень мягко…» — ругаю себя на все лады.

Зачем вспылила? Зачем дала выход эмоциям? Чего этим добилась? Я что, не могла спокойно улизнуть позже? После ужина, например, когда Лев укатил бы на свою встречу… Тогда телохранители уже не были бы такими бдительными. Но нет, почему-то мне понадобилось бежать из ресторана через окно как раз в то время, когда муж ждал моего возвращения. Разве это не самый глупый из поступков на всей Земле? На такой способна только полная дура!

Сижу, поджав под себя колени, на нашем супружеском ложе и наблюдаю за тем, как Лев рассматривает свое лицо в зеркале.

— Это обязательно было, Эва? — шипит он, разглядывая глубокие царапины, которые я оставила на его левой щеке.

Я не ограничилась только лишь побегом. Не обошлось без физических увечий: я разодрала мужу щеку в кровь. Еще у него расцарапаны шея и рука, также я умудрилась цапнуть его за плечо. После того как он затащил меня в машину, я брыкалась, кусалась, царапалась и кричала как обезумевшая… Мне будто крышу снесло.

К слову, на мне ни синячка, ни царапинки. В отличие от меня, Лев вел себя вполне интеллигентно, если не считать того факта, что укутал меня в пиджак и запихал в машину, забыв спросить разрешения.

— Сумасшедшая истеричка! — ругается Лев, продолжая разглядывать свою попорченную физиономию. — Ты же знаешь, у меня завтра важная встреча! Ты же помнишь, на этой неделе у нас фотосессия для журнала!

Я и сама себя продолжаю ругать. Лев теперь с меня глаз не спустит, наручниками к себе пристегнет…

Муж будто слышит мои мысли и говорит именно то, чего я так боялась услышать:

— Раз ты себя контролировать не можешь, следующие несколько дней проведешь в этой комнате, поняла? Когда меня здесь не будет, спальня будет запираться, чтобы тебе не приходили в голову разные дикие мысли…

— Прости, Лев! — вдруг слышу свой жалобный писк.

— Теперь тебе жаль? — хмурится он. — Поздновато!

— Не знаю, что на меня нашло… — пищу я, кусая губу.

— Ты своими извинениями ничего не исправишь!

Могла просто сказать, что не хочешь суррогатную мать, а не устраивать этот цирк!

— Я же пыталась, но ты не слушал…

После моей фразы он только еще больше хмурится.

— Ну поздравляю! Теперь я тебя услышал… — отвечает он зловещим тоном.

— Ты простишь меня? — спрашиваю с беспокойством в голосе.

— Когда-нибудь обязательно… Сегодня точно нет. И если ты просишь прощения только потому, что боишься наказания, не старайся, оно в любом случае будет.

— Я всё осознала, Лев… — говорю как можно более жалобным тоном.

— Осознала она… — рычит он. — Раз так, покажи, насколько тебе жалко! Ну? Встань, подойти и покажи!

— Показать? — переспрашиваю я, активно хлопая ресницами. — Как?

Лев упирает руки в боки, его левая бровь ползет вверх. Замечаю, как он совершает легкий толчок бедрами вперед. Нервно сглатываю, сообразив, что именно он имеет в виду.

— Струсила? — усмехается муж, прищурившись. — Больше тебе не жаль? Хоть раз прояви инициативу!

Он что, он хочет, чтобы я с ним того-с?.. Святые кисточки…

Инициатор постельных баталий в нашей паре исключительно Лев. Он ласкает, он заводит, он же выбирает позицию. Я — никогда. Но обычно мне это попросту не нужно. Успеть бы трусики стащить до того, как он потеряет терпение и сделает с ними что-нибудь нехорошее. А тут начать самой?! Как? С чего?

Лев явно ждет от меня каких-то действий. Смотрит исподлобья и будто бы начинает злиться. От этого я еще больше нервничаю.

Спокойно, Эва! Только спокойно…

Чтобы каждый раз не чувствовать себя использованным куском мяса после секса, в свое время я придумала одну штуку. Раз плотских утех всё равно не избежать, я разделила для себя обычного Льва (черствого, жестокого, надменного) и Нежного Мужчину, который почти каждую ночь занимается со мной любовью. Нежный Мужчина дарит мне массу удовольствий, он заботливый и милый, такой, какой нужно.

Тут же представляю, что удовольствие мне нужно доставить не Льву, а своему Нежному Мужчине. Тому, кто за меня в огонь и воду, которому важна каждая моя слезинка. Такого мужчину грех не порадовать, когда он просит, ведь так?

Я слезаю с кровати, нервно пушу волосы, развязываю полы банного халата. Под ним я всё еще влажная после душа, куда меня притащил Лев, чтобы я успокоилась. Влажная и голая… Такая к нему и иду.

— Серьезно? — усмехается он и буравит меня взглядом.

Я киваю, подхожу к Нежному Мужчине, обнимаю его за плечи, нежно прикасаюсь губами к расцарапанной щеке.

— Очень больно?

— Ерунда, Эва, — полурычит-полумурлычет он.

В его взгляде что-то неуловимым образом меняется, дыхание учащается. Я тянусь к пуговицам его рубашки, осторожно расстегиваю, провожу пальцами по голой груди, по тем местам, куда недавно стучала кулаками. Трусь о мужа щекой, прикасаюсь губами.