Брачный приговор

Колычев Владимир Григорьевич

Капитан пытался казаться важным человеком, но вел себя не совсем уверенно. Давали о себе знать комплексы из недавней юности. Или же с ним приключилась беда, которая заставила его усомниться в себе.

– Вас интересует Валерия Калинина? – предположил Игнат.

– Да, Калинина.

– Она вам ничего не расскажет. У нее амнезия.

– Потеря памяти?

– Надеюсь, что временная. Память – штука вредная. – В словах Игната звучал намек, но капитан этого не заметил.

– Да, наверное, –

сказал он и повернулся к Игнату спиной.

– Кстати, тут у нас военторг недалеко, – заявил вдруг Каратаев.

Полицейский остановился, повернулся к нему, глянул с насмешкой и недоумением. Какой военторг?.. Ты что, парень, совсем сумасшедший?

– Минут десять пешком, – продолжал Игнат. – Вы же не на колесах?

– Почему вы сказали про военторг?

– А почему вы не спросили про Калинину? Откуда я про нее знаю?

– Откуда вы про нее знаете?

– Я был на месте преступления, видел следы ее крови.

– Да?

– На нее напали. Возможно, пытались убить. Это не было случайностью.

– Нападение на военторг? – Капитан усмехнулся.

– Военторг – это для вас.

– Для меня? – Парень смотрел на Игната, как психиатр на потенциального пациента.

– Машины у вас нет, фуражку оставить негде, а голова у вас пустая.

Капитан торопливо провел рукой по голове, дернулся и застыл в ступоре.

– Наверное, вы положили ее куда-то, когда ели мороженое.

– Мороженое?! – Молодой человек рванул к выходу и исчез из виду.

Минут через двадцать он появился снова. Уже в фуражке.

Офицер делал вид, что ничего не произошло, но на этот раз представился.

– Капитан полиции Райков!.. Что вы говорили про Калинину?

– Преступник подкараулил ее в подъезде наземного паркинга, подкрался к ней сзади, нанес удар по голове. Он бил на поражение, но Калинина осталась на ногах, убежала и попала под колеса автомобиля.

– В подъезде есть следы крови?

– И зеркало, – сказал Игнат.

– Какое зеркало?

– Волшебное. Если, конечно, на нем остались пальчики преступника.

Не вдаваясь в подробности, Игнат рассказал о подозрительном зеркале, изложил свои предположения на этот счет.

– Вы думаете, что преступник мог оставить пальчики на зеркале?

– Я думаю, что преступник мог засветиться на видеокамерах, которые расположены в парковочных зонах. Надо бы вам разобраться в этом, посмотреть.

– Разберемся. – Райков исчез в глубинах нейрохирургии.

Он побывал у Калининой, поговорил с врачами, затем повернул назад и не прошел мимо Игната. Его интересовало место, где все произошло, и он получил координаты.

Не успел капитан уйти, как появился Миронников. На этот раз он выглядел

безупречно. Наглаженный, начищенный, без раздражения на коже.

– Что скажешь, детектив? – спросил сей господин, с интересом разглядывая Игната.

Он явно заметил изменения, произошедшие в нем, и они его почему-то насторожили. Во всяком случае, так показалось Игнату.

– Ярослав Николаевич, твои предположения подтвердились. Калининой действительно проломили голову.

– Кто?

– А кто уполномочивал меня искать преступника?

– Ну да. – Миронников задумался.

– Полиция уже работает.

– Вот и хорошо.

– Мать Калининой не знает про тебя.

Игнат продолжал «тыкать» Миронникову в ответ на его запанибратское к себе обращение. К тому же их деловые отношения, судя по всему, прекратились, толком не начавшись. Не похоже было, что Миронников собирался озадачить его розыском преступника.

– Мать Калининой? – Мужчина нахмурился, непонимающе глянул на Игната.

– А вот Ирочка про тебя слышала.

– Кто такая Ирочка? – озадаченно, с искренним любопытством спросил Миронников.

– Школьная подруга.

– Не знаю, не видел.

– Она тоже хочет знать, какое отношение ты имеешь к Лере, почему проявляешь участие в ее судьбе.

– Потому что мы с ней друзья, – сказал Миронников, достал из внутреннего кармана пиджака тонкий портмоне, вынул оттуда пятитысячную купюру и протянул Игнату.

Но тот на деньги даже не глянул.

– Не надо.

– Почему? – спросил Миронников и внимательно посмотрел на него. – Мы же договаривались, а работу ты сделал. Или я чем-то перед тобой провинился?

Игнат пожал плечами. Действительно, незачем настраивать против себя человека, который мог помочь ему в расследовании. Он хотел продолжить дело. Неважно, просят его об этом или нет.

Игнат взял купюру и скупо кивнул в знак благодарности.

– Тебе интересно знать, какие отношения связывают меня с Лерой, – в раздумье проговорил Миронников.

Игнат промолчал, подчеркивая этим свой интерес.

– Это ведь все, что я тебе заплачу. – Миронников кивнул на купюру, которую Игнат продолжал держать в руке.

– Дело не в деньгах.

– А в чем?

– Просто интересно.

– Хорошо. С Лерой у нас деловые отношения, которые еще только перерастают в личные. Она девушка интересная, а я мужчина холостой.

– Это как-то связано с ее работой? – спросил Игнат, наблюдая за женщиной, которая выходила из неврологического отделения.

Интерес интересом, а служба службой.

– Она работает помощником нотариуса, – сказал Миронников. – Через которого мой начальник заключил брачный договор.