Брачное объявление
Шрифт:
– Э! Фы што?!
– прервал пламенную речь стоматолога рык ошалевшего от всего услышанного Мырыдхая.
– Фы што? Хотыте мне шупы какохо-то пахойника фштафить?!
– А кого же ещё?
– удивился в свою очередь доктор.
– У Вас что, донор есть на примете, который Вам свои зубы продаст?! Я, знаете ли, серьёзный, уважаемый специалист, а не какой-то, прости Господи, эльф-шарлатан! Только эти собаки ушастые, вместо настоящих зубов, поделки, чёрт знает из какого материала, вставляют. У нас же всё по-честному. Нужны зубы? Получите! Настоящие зубы!!
– Вам, кстати, повезло, - немного успокоившись и поигрывая,
– Коренные зубы не пострадали, так что можно будет сделать Вам хороший надежный мост, и состояние Вашей пас... Вашего рта будет вызывать зависть у всех Ваших знакомых.
– Халашо, я па-па-тумайу, - промямлил Мырыдхай, с трудом выбираясь из кресла.
Он представил себе, как у него во рту бригада маленьких некромантов возводит ажурный мост, наподобие знаменитого Императорского моста и понял, что если он немедленно не покинет кабинет доктора Джинкса, то навсегда распрощается со своим рассудком.
– Подумайте, подумайте, - милостиво согласился доктор, - с Вас пять золотых.
– Са што?
– удивился Мырыдхай, зная, что на пять золотых империалов крестьянская семья могла прожить целый год.
– Как это за что?
– в свою очередь удивился доктор.
– За осмотр и консультацию, конечно.
– Тах ф лехламе хафарилош, шта консулташыя у Фас песплатныя, - попытался возразить гоблин, поражённый столь неслыханной наглостью.
– Правильно, она и есть бесплатная, - устало подтвердил стоматолог.
– Когда будем делать мост, эта сумма Вам зачтётся.
– А-а-а-а... фсе панятна, - протянул Мырыдхай, отсчитывая деньги.
– Шпасипа, токтол, плашайте.
– До свидания, господин гоблин. Не затягивайте с лечением. Мост - дело серьёзное!
Покинув на слегка дрожащих ногах кабинет учёного стоматолога, Мырыдхай в который раз подивился наивности своих соплеменников и поклялся себе, что его нога никогда больше не переступит порог этого кабинета, и ни одного рекламное объявление не заставит его вновь почувствовать себя дураком.
Вы, конечно, мне не поверили. Думаете, что я всё это придумал и что таких врачей не бывает? Конечно, Вы ведь не гоблины и не попадаетесь на рекламные трюки. Я за вас рад! Молодцы! Только, верите вы мне или нет, а всё так и было. Всё точно записано со слов Мырыдхая. Клянусь!
Глава 2.
Очутившись на улице, Мырыдхай взглянул на, дожидавшихся его возле колесницы, охранников и усмехнулся. Господин Несогласенподыхай, озабоченный долгим отсутствием сына и, в ещё большей степени, измученный причитаниями супруги, отчаявшейся увидеть любимое чадо живым и здоровым, запретил Мырыдхаю покидать дом без охраны и приказал в ближайшее время передвигаться по городу исключительно на колеснице. Не малую роль в принятии подобного решения сыграл, очевидно, тот факт, что родитель нашего героя опасался возможных последствий своего участия в разработанной эльфами операции.
Мырыдхай стоял у подъезда, наслаждаясь тёплым летним ветерком, обдувающим его разгорячённое и вспотевшее тело. Улыбаясь, он с интересом поглядывал по сторонам, подмечая, обращённые в его сторону, косые взгляды редких прохожих.
"Да,
– Принимают меня за какого-то..."
– Вот, бандитские морды! Совсем обнаглели! Накупили себе колесниц и разъезжают по городу, словно императоры какие-то, - с неожиданной злобой прошипела себе под нос проходившая мимо Мырыдхая небогато одетая старуха, однако гоблин, обладавший, как и все его соплеменники, отличным слухом прекрасно всё расслышал.
"И за что они так нас не любят?" - с досадой подумал он. Настроение было безнадёжно испорчено.
В воздухе вообще ощущалось непривычное для Транкевилля напряжение. Казалось, что за время его отсутствия что-то произошло или вот-вот должно было произойти. А, может быть, просто день с самого начала не задался и обычная обстановка воспринималась в дурном свете.
Мырыдхай досадливо крякнул, думая, чем бы ему заняться. Приближалось время обеда, но ехать домой ему совершенно не хотелось. До вечера, когда он по распоряжению отца должен был находиться в особняке, чтобы принять участие в назначенной на семь часов встрече с важными гостями, было ещё далеко. Поразмыслив немного, гоблин решил отправиться к своему приятелю Спилилелю. Мырыдхай прикинул, что он как раз успеет к обеду, а эльф, по мнению гоблина, наверняка обрадуется, если кто-то из друзей составит ему компанию.
"Отлично!
– подумал гоблин.
– Повар у него замечательный, да и соскучился я по эльфийской пище. Заодно узнаю последние новости. От наших только непроверенные сплетни услышишь, а эльфы точно знают что к чему... Хм, интересно, откликнулся ли кто-нибудь на моё объявление? Времени то много уже прошло. А папаня с меня точно не слезет, даже вчера эту тему не пропустил!"
Усаживаясь в колесницу и называя вознице адрес, он невольно припомнил подробности их, с Тырпырхаем, возвращения...
...Приближаясь к последнему, лежащему на их пути, городку автономии Тырпырхай приказал остановиться и сбить с карет украшавшие их гербы покойного барона Шприца. Будучи существом осторожным, он предположил, что появление в столице ватаги гоблинов и огров, разъезжающих в рыцарских каретах, может вызвать обоснованное подозрение у властей. Поэтому на ближайшем постоялом дворе гоблины поменяли роскошные средства передвижения на невзрачные гоблинские повозки. Хозяин двора не стал задавать лишних вопросов и с радостью согласился на выгодный обмен. Так что, в Транкевилль они въехали, не привлекая ненужного внимания и, к вечеру, благополучно добрались до особняка господина Несогласенподыхая.
Семья как раз закончила ужин и домочадцы, в подавленном настроении, вызванном пропажей наследника, покидали гостиную, когда в вестибюле особняка раздался непривычный шум и, вслед за бегущим с докладом мажордомом, показалась целая группа гоблинов весьма разбойничьего вида.
– Мырыдхай!
– воскликнула госпожа Несогласенподыхай, падая в обморок.
– Мырыдхай!
– радостно воскликнул Перебухай, бросаясь к старшему брату.
– Кхе-кхе-кхе, - удивлённо прокашлял стоявший на пути прибывших Проглот, не успевший разобраться в своих чувствах и думавший лишь о том, как не оказаться раздавленным этими, стремительно надвигающимися на него, дурно пахнущими после длительного путешествия, существами.