Бойня в Майами
Шрифт:
Бальдерон улыбнулся и повесил футляр через плечо.
– Я сам отнесу, на крышу вам со всем этим не пройти. А где моя пресс-карточка? Человек в авиационной униформе нахмурился.
– Вы же не собираетесь устраивать оттуда стрельбу?
– Этот аппаратик нам нужен для страховки, если что-нибудь не получится. С ним мы сразу залатаем все дыры.
Бальдерон усмехнулся и ушел в сопровождении своих людей. Итак, майамский капкан был установлен и ждал добычу.
Глава 3
ПРОНИКНОВЕНИЕ
В сером предрассветном
Внутри здания аэропорта пятьдесят - шестьдесят пассажиров ждали посадки в самолет, некоторые дремали в креслах. Обычно оживленная торговля в ресторане приутихла. Казалось, все замерло в ожидании рассвета.
За парапетом над наблюдательной комнатой два человека вели наблюдение. Внизу летное поле в мощный бинокль осматривал крупный мужчина в небесно-голубом костюме. Опустив бинокль, спросил в микрофон маленькой рации:
– Как насчет здоровяка, который только что приземлился? Сразу же прозвучал ответ:
– Рейс компании "Истерн" из Нью-Йорка. Делал посадки в Вашингтоне и Джексонвилле.
– Простая проверка, - толстяк вздохнул и протер глаза.
Снова взяв бинокль, стал наблюдать за самолетом. Из прохода вышел человек в форме носильщика и подошел к нему.
– Кофе не желаете, сэр?
– Нет, ну его к черту, - ответил Бальдерон.
– Мое дежурство заканчивается. Сменщику я скажу, чтобы позаботился о вас. Надеюсь, у вас получатся хорошие фотоснимки.
Бальдерон пошарил в карманах, нашел купюру и сунул ее носильщику.
– Скажи сменщику, чтобы не давал скапливаться зевакам там, где делаем съемку.
Носильщик пробормотал "Спасибо, сэр" и ушел. Бальдерон снова прильнул к биноклю, но тут прозвучал сигнал вызова по рации.
– Чартерный рейс из Феникса вошел в зону радиолокационного контроля Майами. Причина его задержки пока не совсем понятна, но минут через десять он совершит посадку в аэропорту Майами.
– О'кей, я пока проверю пассажиров с рейса "Истерн".
Бальдерон прошел сразу же к терминалу компании "Истерн". Пассажиры только начали входить в здание. "Инстинкты, заявил Порточи. Ха-ха! Уж чего-чего, а интуиции у меня хоть отбавляй, даже сравнивать нечего с этим выскочкой Джонни Порточи. Тот вошел в дело, когда все катилось легко и весело. А любой старый ветеран, как Вин Бальдерон, к примеру, крутился в трудные далекие времена, и он уж знает кое-что об инстинктах".
Вин расположился в узком проходе так, чтобы каждый прибывший пассажир не смог пройти незамеченным. Потом достал фотокамеру. Вспышка камеры будет сигналом: любой пассажир, освещенный вспышкой Вина, будет потом допрошен в одном из уединенных помещений аэропорта людьми Бальдерона с фальшивыми удостоверениями сотрудников таможни. Никакая стрельба здесь, в помещении аэропорта, нежелательна. "Майами интернэшнл" и так уж на плохом
Первой мимо Бальдерона прошла группа оживленно болтающих девушек. Мафиози даже не взглянул на них. Потом прошли две пожилые пары. Среди пассажиров он искал глазами одиноких. У парней были волосы до плеч и бороды. Разноцветные повязки мелькали на руках и ногах. Некоторые были босы, другие же обуты в высокие индейские сапоги или мокасины. Бальдерон вдруг ощутил смутное чувство опасности. Он быстро поднял камеру и встал на пути группы.
Бородатый парень мгновенно заметил Бальдерона, вышел из толпы и закрыл рукой линзы камеры.
– Мир, брат, - произнес мягким голосом, - где это написано, чтобы крутые музыканты позволяли себя фотографировать бесплатно в любом аэропорту?
Движение замедлилось, и сзади уже раздавались возмущенные возгласы. Бальдерон постарался скрыть свое раздражение, оглядел юношу и улыбнулся.
– Почему бы вам не сфотографироваться для прессы? Появитесь на обложке "Ньюсуик".
Из группы вышел еще один парень в кожаных штанах, с широкой кожаной повязкой вокруг головы. За спиной болталась небольшая гитара. Лицо гладко выбрито, но покрыто татуировкой по всему подбородку.
– Пусть снимает, - предложил он бородатому, - и пусть правильно запишет название группы. Мы - "Семья любви". Эд Салливан представлял нас просто как "Влюбленных"...
Тем временем другие пассажиры стали проскальзывать мимо Бальдерона, а это старого мафиози совсем не устраивало.
– Да, да, подождите меня снаружи, сделаю вам снимки, - быстро проговорил он, прижимаясь к стене.
– Мы загораживаем дорогу, проходите, проходите.
Парни обменялись недоуменными взглядами и медленно направились к выходу. Вин проклинал себя за то, что столько времени потратил на группу безобидных хиппи, и сейчас внимательно вглядывался в лица идущих людей. Вот и последний пассажир прошел. Он подал сигнал ближайшему человеку из своей бригады, чтобы тот организовал обыск прибывшего самолета, сам же бросился к выходу, где его ждал служебный автомобиль. Они обогнули грузовые тележки и помчались в служебную зону. Выскочили на боковую дорогу, ведущую к месту посадки частных самолетов, как раз в тот момент, когда изящная бело-красная "Сессна" коснулась колесами посадочной полосы.
– Вот он, - прозвучало в рации, - тот самый четвертый рейс. Через пять минут он буде! в зоне ангара.
– Болан должен быть на нем!
– резко бросил в микрофон Бальдерон.
– Не высовывайся до моей команды. Все должно пройти без лишнего шума.
Красно-белая "Сессна" не спешила появиться в служебном ангаре. Дважды она останавливалась на рулевой дорожке, а сейчас замерла ярдах в пятидесяти от места стоянки частных самолетов. Из служебного ангара появился человек в белом комбинезоне и подошел к ней, с любопытством поглядывая на маленький самолетик. Как только он приблизился, "Сессна" покатила вперед и съехала с дорожки в служебный ангар.