Бойня в Майами
Шрифт:
Перестрелка Джиро сейчас совсем не волновала. Он уже мертвец, и он сам это прекрасно сознает. Это была великолепная идея, кроме Джиро, никто бы до этого не додумался. Но чертов Болан все испортил. Если бы он нанес удар на двадцать секунд раньше или на двадцать минут позже, все бы сложилось чудесно. Так нет же. Проклятый сумасшедший появился в самый неподходящий момент.
С такими невеселыми мыслями сидел Лавангетта, тупо уставившись на экран, когда вошел один из братьев Талиферо. "Выглядит, как сама смерть", - тоскливо подумал Джиро.
Джиро сказал:
–
– Привет.
– Похоже, ты повредил плечо. Там кромешный ад, да?
– Да, там горячо, Джиро. Ты ведь знаешь, зачем я пришел, верно?
– Думаю, да, Пат и Майк.
– Майк. Как ты хочешь умереть, Джиро?
– Достойно, Майк, как я прожил всю жизнь. Хочу, чтобы это было прямо между глаз. Вот я сижу, смотрю телевизор, виски в руке. В общем, достойно, Майк.
– Так и будет, Джиро. Напомни обо мне парням с той стороны, хорошо?
– Обязательно, Майк, и не сомневайся.
Пуля попала точно между глаз Джиро, голова его сначала дернулась назад, а потом бессильно склонилась на грудь, и король Аризоны принял достойную смерть.
***
Выпустив последний снаряд из М-79, Болан вставил в М-16 новый магазин. Может, он и не достиг своей цели, но на этот раз наступление пора сворачивать. Задача на данный момент заключалась в проведении тактического отступления. Сейчас противник после первоначального смятения перегруппировал силы и, похоже, собирался броситься в контратаку. Они обходили его с флангов и наступали в центре. Мак снова уловил какое-то движение внизу у стены, и сразу же последовал знакомый рев автомата "томпсон". Еще один "томпсон" заговорил с правого фланга. Болан перекатился назад, дал короткую очередь в сторону стены, быстро крутанулся влево, дал еще одну и откатился на прежнее место.
Два человека попытались подняться по трапу. Мак скорее услышал, чем увидел их, быстро перекатился и несколькими пулями срезал нападавших. Лихорадочно думая о возможном пути отхода, Мак заметил приближение новой опасности. Целая колонна синих огней двигалась по пляжу прямо по отметкам уровня отлива; тем временем бой приобретал все более ожесточенный характер.
Когда Мак уже начал серьезно взвешивать возможность прорыва вниз по трапу, он вдруг уловил еще один звук, перевернувший все его мысли. Среди бесконечных выстрелов и взрывов, длинных очередей "томпсонов", свиста пуль прорывался слабый, едва слышимый какой-то мистический призыв. Голос, передаваемый через громкоговорители, искаженный шумом ветра, заглушаемый грохотом боя, постоянно повторялся: "Эль Матадор".
Мак отбросил тяжелый М-16/М-79, пробрался к корме, намереваясь спрыгнуть с нее в воду. Полицейские машины были уже в сотне ярдов от него, и Мак заметил, что огонь со стороны пляжа прекратился.
Совершенно неожиданно на корме появился симпатичный человек со светлыми волосами и в мокром вечернем костюме. Его внимание на мгновение было отвлечено воем полицейских сирен, быстро приближающихся к галеону. Каждый в одно и то же время понял, что он на корабле не один.
На какую-то долю секунды Болан среагировал раньше. Одной
Стилет торчал из плеча Мака. Он вытащил его, быстро наложил повязку. Рана была колотой и кровоточила не сильно, но работоспособность руки была нарушена.
Слабый голос со стороны океана продолжал вызывать Эль Матадора. Мак не знал, как далеко находится этот голос и сколько может проплыть человек с раной в плече, просто другого выхода у него не было. Он решился и прыгнул в воду. Опять Мак плыл в неизвестность, и только призрачный голос вел его.
Глава 18
ПОСЛЕДНИЙ УДАР
Болан уже не мог пользоваться левой рукой, потому что боль в плече усиливалась. Мак греб одной правой, стараясь плыть точно на далекий голос. Проплыв ярдов пятьдесят, Мак оглянулся назад: мелькали синие огни, были слышны звуки продолжающегося боя.
Мак быстро уставал, дыхание его сбилось. Болану вспомнились рассказы об акулах, издалека чувствующих человеческую кровь. Перевернувшись на спину, он попытался расслабиться и восстановить дыхание. В воде Мак уловил вибрацию от работы мощного двигателя корабля.
Вдруг огромная волна вынесла его наверх, и где-то совсем рядом он услышал голос Торо, быстро отдающего команды по-испански. Мак подумал, не лишился ли он сам рассудка. Потом темная глыба нависла над ним, и шум возбужденных голосов вернул ему чувство реальности. Мака окружили плывущие к нему кубинцы. Кто-то с силой надел на Мака спасательный круг, его куда-то тянули, а потом подняли, положили на что-то твердое, и встревоженное лицо Торо склонилось над Экзекутором. Мак понял, что спасен.
***
Болан лежал на мягких подушках в каюте корабля. Торо прочищал рану на плече Болана чистым спиртом. Болан слабо улыбнулся, наблюдая, как кубинец перевязывает ему плечо.
– Кажется, я немного устал от боев, надо немного отдохнуть.
– А Маргарита, амиго? Болан опустил глаза.
– Она следовала за мной, Торо. Я должен был ее заметить, но... Торо кивнул и объяснил Болану:
– Мы так и думали. Она же кошка, сеньор. Вы даже не почувствуете...
– Была, Торо.
– Сеньор?
Болан сказал глухим голосом:
– Маргарита мертва.
Кубинец посмотрел на Мака долгим взглядом, потом похлопал его по здоровому плечу, поднялся на ноги, сказал что-то по-испански собравшимся вокруг него кубинцами, и, пошатываясь, стал ходить взад-вперед по каюте. Остальные кубинцы, тихо переговариваясь между собой, медленно поднялись наверх.
Болан осторожно встал с кровати.
– Ты же знаешь, как я относился к Маргарите, - обратился он к Торо.
– Да, амиго, я знаю.