Бойцы Данвейта
Шрифт:
Возможно, этот дар пришел от Пола Коркорана, имевшего странные таланты – в том числе такие, которые сделали его великим флотоводцем. Определенного ответа не существовало, так как адмирал погиб в сражении с фаата в 2167 году, когда ему еще не исполнилось восьмидесяти. С передачей проклятия по наследству дела обстояли ясней: у обеих сестер Вальдеса, уже замужних, с ребятишками не задержалось. Но собственная его судьба и судьбы братьев были неясными. На братьев он надеялся больше, чем на себя; как-никак, они жили на мирной Земле, а не мочили дроми с риском переселиться в Великую Пустоту.
Маленький дракончик взлетел с его плеча как со стартовой площадки и исчез в густой листве. Инга сидела, не поднимая глаз; похоже, до нее дошло, что для беседы подходит не всякая тема. Но все-таки она не уходила, и Вальдес чувствовал, как в этом
– Они совсем как люди, – сказала Инга.
– Это, тхара, особая модель. Они рассчитаны на контакты с нами и очень адаптабельны – перенимают мимику, жесты, интонации, – отозвался Вальдес. – Те, что летают с караванами, выглядят совсем по-другому.
– И ведут себя иначе, – добавила Инга и вздохнула. – Не понимаю я наших Хозяев, Сережа. Зачем мы им? Для чего наемники, хапторы, дроми, люди? Они могут целое войско сервов наделать. Чем плохи боевые роботы? У нас ведь есть такие, да? В космическом флоте?
– Есть. – Вальдес кивнул. – Ты слышала о теореме Глика-Чейни? Ее еще называют Первой теоремой психокибернетики? Слышала, нет? Она утверждает, что искусственный разум с высоким интеллектом не способен к убийству и уничтожению. Есть определенный порог, выше которого нельзя поднять интеллект боевого робота, иначе он станет профессионально непригоден. А война такое сложное занятие, что требует отличных мозгов… Вот и получается, что туповатые роботы лишь помощники в бою, но не самостоятельная сила. Лоона эо это понимают. Их сервы не тупые, и потому не бойцы.
– Но они могли бы попытаться… У них больше знаний, чем у нас.
– А еще больше было у даскинов, создателей квазиразумных тварей, способных к ментальному обмену. Об этих ты слышала наверняка – бино фаата нашли их в каком-то заброшенном мире и теперь используют на всех уровнях технологии. Такой мозг, управляющий огромным кораблем и целым флотом модулей, тоже огромен, однако убивать не может. Он способен к уничтожению и убийству только в контакте с фаата, с живым разумным существом.
Инга обдумала эту мысль, потом, приложив к щекам ладони, повернулась к Вальдесу. В глазах ее стыла печаль.
– Тогда кто же такие мы, Сережа? Люди, фаата, кни'лина, хапторы, дроми, все остальные? Мы существа с высоким интеллектом, однако можем убивать и делаем это с охотой… Мы летаем к звездам, но несем в чужие миры смерть, разрушение и горе – то же, что принесли на Землю фаата в год Вторжения… Мы разумны, однако…
Он вскинул руку, прервав ее:
– Кроме интеллекта и разума есть подсознание, есть эмоции и чувства. Одни подчиняются логике, другие мы не способны объяснить логически, не можем запрограммировать, и это фундаментальный запрет. Самопожертвование ради хозяина-человека, верность, преданность, долг – с этим нет вопроса, это скорей порождено разумом, не чувством. Но страх, жестокость, храбрость, ненависть, любовь не имеют алгоритмов, и никому не известно, как заложить их в искусственный мозг. Если бы такое удалось…
Вальдес замолчал, пытаясь найти подходящие слова.
– Если бы удалось… – повторила Инга. – Что было бы тогда?
Он поднялся и пожал плечами:
– Не знаю, тхара. Наверное, то был бы не робот, а настоящий человек.
ПОРТУЛАН ДАСКИНОВ. Древняя трехмерная карта Галактики, на которой отмечены сектора и зоны влияния рас, достигших стадии межзвездных перелетов, и миры, в которых разумная жизнь уже существует, но находится на более низком уровне развития. Точный возраст Портулана Даскинов неизвестен, но можно предположить, что он фиксирует ситуацию, сложившуюся в Галактике в далеком прошлом, несколько миллионов лет назад.
За этот период многие звездные народы исчезли, другие, поднявшись из дикости, создали могучие цивилизации, третьи еще существуют, но пришли в упадок. Однако, несмотря на древность карты, она не потеряла своего значения –
Портулан Даскинов известен, вероятно, всем технологически развитым расам. Попытки определить его возраст путем сравнения звездных координат на древней карте с современным положением светил успеха не имели. Гипотезы, объясняющие этот феномен, таковы. Первая: вращение Галактики вокруг ядра и перемещение звезд в пространстве подчиняются более сложным законам, чем известные нынешнему галактическому сообществу. Вторая: даскины с неизвестной целью регулировали перемещение звезд, и учесть их вмешательство в естественные процессы невозможно. Существует легенда, что Портулан не был обнаружен случайно, но передан нескольким расам Владыками Пустоты, эмиссарами даскинов. Оценить достоверность этого предания не представляется возможным. На Землю Портулан попал благодаря лоона эо (передан в дар сервами при первом контакте на Плутоне).
Источники информации: Сведения, полученные от лоона эо и кни'лина.
Глава 6
У терминала Планировщика
Они сидели около длинного узкого стола. В дальнем конце стол расширялся, превращаясь в слегка вогнутую дискообразную поверхность, над которой висел тонкий хоботок голопроектора. Полусферическое помещение, запрятанное в глубины башни на седьмом этаже, напоминало камеру: ни окон, ни дверей, кроме ниши гравилифта, редкие светильники на потолке, сумрак, тишина, покой. Здесь находился терминал Планировщика, контактный комплекс, предназначенный для наемников, с которыми искусственный интеллект общался при помощи звуков и голографических изображений, Вальдесу случалось тут бывать не больше дюжины раз за четыре года, когда обсуждались планы крупных операций.
Кроме Вальдеса, Кро и, разумеется, Ришара, присутствовали четверо. Жакоб, бывший десантник и капитан бейри «Сид», считался мастером абордажа и тому подобных акций, где с противником сходились грудь о грудь. Юиро Асаи с «Восходящего солнца» был инженером, специалистом по жизнеобеспечению, служившим на двух крейсерах и боевой заатмосфериой станции, что защищала Роон. Юрий Татарский, некогда первый помощник на легендарном «Тибуроне», пользовался славой умелого тактика; ни один компьютер не мог с ним сравниться в искусстве предвидеть вражеский ход и врезать по уязвимому месту. Глеб Прохоров, носивший, как и его бейри, кличку Летучий Голландец, отличался редкой хитростью; по этой причине или по воле благоволившей ему фортуны, он уничтожил девяносто кораблей, вдвое больше, чем Вальдес. В этой компании не только Жакоб мог похвалиться орденами и почетными венками; все тут были людьми заслуженными, прошедшими войну с фаата от первого хрипа «красной тревоги» до последнего выстрела.
Сейчас они в молчании следили за призрачной конструкцией, медленно и плавно вращавшейся над вогнутым диском и как бы повисшей на конце голографического луча. Она походила на приземистую широкую ступку, из которой, довершая сходство, торчал длинный, круглый в сечении пестик с темнеющим в свободном конце отверстием. То было изображение космической цитадели за Шестой факторией, одной из четырех, захваченных дроми в момент разрыва контракта. Хозяева, будучи существами мудрыми и дорожившими покоем, выстроили многослойную оборону, причем не только у внешних рубежей. Розовая, или Внутренняя, Зона охранялась особыми подразделениями, часть из которых была сосредоточена вблизи астроидов и внутренних планет. Патруль Голубой Зоны крейсировал в приграничном пространстве, где не исключались атаки и диверсии вражеских судов. На самой Границе висели укрепленные фактории числом несколько десятков; тут собирались караваны, хранился ценный груз и находились гарнизоны, способные не только защитить фактории, но оказать, при случае, помощь Патрулю. Однако оборона не исчерпывалась этими тремя слоями – за Границей, на стратегически важных направлениях, что проходили около торговых трасс, было семнадцать автономных крепостей. Их строили в течение тысячелетий, и потому они различались конструкцией и внешним видом, но каждый из этих форпостов был несокрушим. В этом в разное время убедились лльяно, шады, хапторы и пара-тройка других воинственных рас, искателей богатств и славы.