Боярин
Шрифт:
— Значит, ты ощущаешь только четко выраженные эмоции, направленные непосредственно на тебя. Это хорошо, иначе бы спятил ощущать всех вокруг. Это может быть полезно, особенно в том ключе, что за тобой охотится Братина.
— Пожалуй, — ответил Константин и толкнул дверь, колокольчик над ним негромко и очень мелодично звякнул, давая продавцу сигнал о приходе нового клиента.
Что ж, в таких специальных магазинах могут работать только настоящие мужчины. В крепыше было примерно метр девяносто, лихие усы, закрученные кверху, костыль под правой рукой, не повезло здоровяку.
— Чего,
— Милейший, мне нужен револьвер, хороший револьвер, и самое печальное — красивый револьвер, с которым не стыдно показаться перед благородными господами.
— Я вас понял, — склонив голову, произнес здоровяк.
— Да не смотрите вы на эту деревяшку, сударь, ногу сломал вчера, маг все вылечил, но велел денек не напрягать. Представляете, под машину попал.
Воронцов едва не заржал, да уж, в его мире это такая банальность, а здесь редкость.
— Ну что ж, начнем с обычных револьверов, — доскакал продавец до витрины в другой стороне зала. — Стандартные заводские железки, «Иволги», «Уланы», ну и редко покупаемые, длинноствольные, с устанавливаемым прикладом — «Есаулы». Раньше были популярны в кавалерийских частях. Патрон мощный, винтовочный. Поэтому стрелять с руки, как из обычного пистолета, не выйдет отсушит.
Константин кивнул, принимая информацию, но все на этой полке было обычным ширпотребом. На соседнем прилавке выставлены несколько магазинных пистолетов, в большинстве своем городские крохи, для того, чтобы в кармане таскать, идеальны для скрытого ношения, но и несколько вполне серьезных имелись. Были тут и подлинные «Императоры», изготовленные до тьмы, и «Монархи», и даже отдаленно напоминающий «Люгер» с длинным стволом. Вот только калибр у него был слабоват, на тварей с таким не пойдешь, зато людей валить — милое дело. Цены тут тоже кусались, самая дешевая железка — десять золотых. Зря он на покойного Пана грешил, у него цены вполне божеские, вот только он за эти деньги старье продавал, а тут новье, даже мухи не сношались.
— Пистоли не предлагаю, — продолжил здоровяк, — вы ж за револьвером пришли.
Константин кивнул.
— Мне нужна серьезная убойная машинка, чтобы, если что, и тварь свалить можно было, но при этом отдача не подбрасывала бы ствол на метр.
— И красивая, — задумчиво пробормотал оружейник. — Вы, Ваше благородие, меня озадачили.
— Сиятельство, — механически поправил Воронцов.
— Что? — не понял продавец.
— Если по титулу, то Ваше сиятельство, — пояснил бывший детектив, — боярин Константин Воронцов.
Немая сцена длилась минуту, потом продавец захлопнул рот и отвесил неуклюжий поклон.
— Слышал я про вас, — наконец, произнес он. — Весь город гудит. И взорвать вас пытались, и стрелять. Это вы помогли этого упыря Малка скинуть?
— Случайно вышло, — вполне честно ответил Константин. — Но давайте вернемся к револьверам. Есть у вас что-то для меня?
— Есть, только дорого.
— Показывай.
Оружейник не стал скакать к другим витринам, а вернулся за прилавок, порылся в стеллаже за ним и, наконец, выставил перед Воронцовым лакированный ящик с красивым вензелем.
— Вот,
Константин повернул ключик, торчащий из замка, и не спеша поднял крышку. Что ж, серьезное оружие лежало на красной бархатной подложке, украшено в меру, без особого пафоса. Красивые гравировки с медведями на барабане, пара рун, рукоять удобная из красного дерева, вот на ней уже золотые вставки, снова медведи. Ствол длинный, почти пятнадцать сантиметров. Красивое хромированное оружие. Константин вопросительно посмотрел на оружейника, и тот кивнул, разрешая взять.
Что ж, тяжелее его прежнего «Улана», калибр тот же, но семь патронов против пяти.
— Ствол переламываться и одновременно выкидываются гильзы, имеются скорозарядники, чтобы по одному не засовывать. Есть минус — выкидывается, как стрелянная гильза, так и еще не отработанный патрон.
Константин сдвинул большим пальцем рычажок слева, и револьвер переломился пополам.
— Да, вбок было бы лучше, — заметил он, — но имеем то, что имеем. А теперь — вопрос цены.
— Триста золотом, и без торга, Ваше сиятельство, — заявил оружейник. — Я его «Медведем» назвал.
Что ж, серьезная цена за револьвер, самый дорогой в его лавке стоил чуть больше ста.
— Хорошо, но мне нужен ремень и кобура.
— Еще пятьдесят, — последовал незамедлительный ответ.
И на столе появилось требуемое — темная толстая кожа со структурой, напоминающей рептилию, два встроенных справа кармана под скорозарядники, газыри под отдельные пули, кобура отделана серебром. И снова медведи, выполненные позолотой. Да, действительно, статусное оружие. Дорого, и если не вчерашний аукцион, он бы не стал даже связываться с подобным.
Константин достал залоговую книжку и, вписав в графу сумму триста пятьдесят золотых, подтвердил чек собственной печатью.
— Великолепно, — обрадовался продавец, который так и не назвался. Он выложил на прилавок четыре пачки патронов. — В подарок, усиленная навеска пороха, пули со стальным сердечником. Для тварей — лучше не придумать. Позвольте упаковать все это.
— С собой не возьму, — покачал головой Воронцов. — Доставите в гостиный двор «Вольница» на мое имя.
— Будет сделано, Ваше сиятельство. Больше ничего не интересует? Есть артефактные ножи, амулеты, держащие несколько выстрелов, карабины и винтовки. Прицелы, зачарованные на поиск сокрытого и показывающие защиту на противнике, если она есть.
На секунду Константин задумался, потом махнул рукой, снайперка с прицелом у него есть, надо, чтобы Лада глянула.
— Нет, пока это все, — покачал он головой. — Но я еще наверняка вернусь, хорошая лавка.
— Благодарю, Ваше сиятельство, — довольно осклабился оружейник. — К пяти часам все будет доставлено.
Константин кивнул и вышел на улицу. Что ж, хоть и дорого, но статусно, а ему статус надо держать. Как там его приятель говорил? Понты дороже денег, если они обоснованы. Вот у него именно такой случай.