Бой тигров в долине. Том 2

Маринина Александра

Колосенцев бывал дома у следователя много раз и с ее дочкой был знаком. А вот Роман Дзюба увидел Лену Рыженко впервые.

Увидел – и обалдел от восхищения.

Надежда Игоревна заметила, что Ромчик впал в ступор при виде Лены, но решила не обращать внимания. У молодых все так быстро проходит… Моментально влюбляются и так же скоропалительно «выпадают из любви». Хотя если бы Ленка обратила на мальчика внимание, Надежда Игоревна не была бы против. Ромка – надежный, такому не страшно дочку доверить.

Гена Колосенцев играл первую скрипку, докладывая о беседах с наследниками Чернецова, а Роман то и

дело встревал с какими-то дополнениями и уточнениями, которые Геннадию не казались существенными. Он грубо обрывал Ромчика, иногда добавляя что-нибудь язвительное или издевательское. Когда дело дошло до Валерии Михайловой, Роман вмешался и стал рассказывать о своих находках. Гена болезненно морщился и кривился, и тут Рыженко не могла с ним не согласиться.

– Рома, нам это не нужно, – устало сказала она. – Мало ли кого мужья бросали? Всем тяжело. Конечно, баба переживает, но это нормально. Любая бы на ее месте переживала. Даже если Михайлова в доску сумасшедшая, это ничего не дает нам с точки зрения раскрытия убийства Аверкиной.

– А вдруг она шлет проклятия тем, кто был виновником аварии? А вдруг она что-то против них замышляет? – горячо возражал Роман.

– Против кого – против них? – сердито отозвался Геннадий. – Думай, чего лепишь. Виновником признан только водитель, его пьяные пассажиры в аварии не виноваты. А ты же говоришь, что там написано: будьте ВЫ прокляты. Вы, а не Ты.

– А может, она вежливая и обращается к незнакомому человеку на «вы»? А вдруг она собирается ждать, когда он освободится, и убить его? Или подкупить кого-нибудь, чтобы его прямо на зоне грохнули? – не отставал Дзюба.

– Ромчик, уймись, тебе всюду мерещатся заговоры.

– Я понял! Она шлет проклятия врачам, которые ее изуродовали! Вот почему «вы». Она хочет их убить, чтобы отомстить за свое уродство.

Колосенцев обреченно вздохнул, всем своим видом показывая, что изнемог в борьбе с неуемной фантазией своего молодого коллеги.

– Ромчик, возьми себя в руки! – сказал он умоляюще. – Ты начитался дурацких книжек и насмотрелся дурацких фильмов, в которых мстят врачам, лазят в окна в черных трико и в масках и подкарауливают за углом. Это творческие закидоны. А в жизни всё куда проще и прозаичнее. И скучнее. Тебе придется к этому привыкнуть. В твоей работе никогда не будет так, как в книжках и в кино, это все бредни писателей и режиссеров.

Надежда Игоревна поймала вопрошающий и совершенно несчастный взгляд Ромчика и, подавив невольную улыбку, кивнула, мол, так и есть, Гена правду говорит.

Роман вроде бы несколько успокоился, однако, когда речь снова зашла о том, что среди наследников уже три убийства, он возбужденно вскочил с места и забегал по комнате:

– Надежда Игоревна, я понял! Это маньяк!

Рыженко прыснула, но тут же взяла себя в руки. Нельзя смеяться нал Ромчиком, это грех. Пусть мальчик фантазирует в полную силу, только на пользу пойдет. Геннадий сделал выразительную мину и ехидно прищурился.

– Ну, и какой же у него мотив? – вопросил он. – То есть почему он убивает именно наследников Чернецова?

– Например, он ненавидел самого Чернецова и теперь мстит его наследникам. Или Чернецов передал по наследству деньги, которые этот человек считает по праву своими.

– Тогда почему же он не отбирает эти деньги? – вполне резонно, на взгляд следователя, возразил Колосенцев. – Это было бы логично. А он – видишь – деньги Аверкиной даже не тронул. И на деньги женщины, которую убила

собственная дочь, тоже никаким образом не посягал. А у завсегдатая казино Фролкина их вообще уже не осталось, там и убивать-то не из-за чего было. И прими во внимание, что два убийства уже раскрыты, виновные находятся под стражей, так что нет никакого маньяка.

– Черт! – Роман расстроился, да так искренне, что Надежде Игоревне даже стало жаль парня. – Ты прав. Обидно! А хорошая версия, правда? Красиво было бы.

– Типун тебе на язык! – рассердился Гена. – Хуже нету, чем маньяков искать. Запаришься. Кто хоть раз с этим столкнулся, больше такой радости не захочет.

– А мне интересно было бы!

– Ну и дурак, – беззлобно констатировал Колосенцев.

В комнату то и дело заходила Лена, приносила чай и пряники, потом сделала свежую заварку, потом унесла остывший чайник, чтобы подогреть воду. Надежда Игоревна видела, какие взгляды девочка бросала на красавца Колосенцева и какие взгляды, в свою очередь, кидал на нее рыжий Ромчик.

После ухода оперативников Лена выглянула из своей комнаты.

– Мам, а Гена женат?

– Нет, – пряча улыбку, ответила Надежда Игоревна.

Она давно заметила, что Колосенцев нравится ее дочери, но до сегодняшнего дня Ленка не осмеливалась ни о чем спрашивать и обнаруживать свой интерес. А сегодня вот решилась. Почувствовала себя взрослой, что ли?

– А почему он не женится? – спросила девушка. – Он такой красивый, и вообще…

– Что – вообще?

– Загадочный, вот что. Интересный.

– Ленок, если тебе нужны интересные люди, по-настоящему интересные, я бы тебе посоветовала общаться не с такими, как Гена, а с такими, как Роман. Вот он действительно интересный человек, неординарный.

– Рома-а-ан? – недовольно скривилась Лена. – Этот рыжий клоун? Да мне все слышно было, когда вы разговаривали. Я чуть со стула не упала от хохота! И как таких нелепых придурков берут на такую серьезную работу? У них в розыске что, кадрового отбора не существует?

– Ленок, – очень серьезно ответила Надежда Игоревна, – у Гены Колосенцева нет никаких перспектив в этой работе, толку из него в конечном итоге не будет, а вот Роман – настоящий бриллиант, уж ты мне поверь. Ты просто еще маленькая и глупая, ничего не понимаешь в людях.

Девушка обиделась и ушла к себе, хлопнув дверью. Характер. Возраст. Взросление. Созревание. Господи, как все это трудно! И как все это пережить с наименьшими потерями?

Умудренная опытом Надежда Игоревна Рыженко точно знала, что без потерь все равно не обойтись. Но хотелось бы их как-то минимизировать.

Настроение у Геннадия Колосенцева с самого утра было превосходным, хотя вообще-то для него это большая редкость: в первой половине дня он из-за постоянного недосыпания чувствовал себя разбитым, во второй же начинал злиться, боясь не успеть к началу вечернего сражения. Конечно, онлайн-игры велись круглосуточно, и в принципе не было никакой разницы, в десять вечера присоединяться к команде или в полночь, но в их клане было несколько высококлассных игроков, которые по различным причинам садились за компьютеры не раньше девяти вечера и выходили из игры не позже двух часов ночи, а для Геннадия, имевшего ник Пума, было жизненно важным играть именно с ними, причем как можно дольше. У него были свои предпочтения и только одному ему ведомые цели, и все, что мешало достижению этих целей, вызывало недовольство и даже злобу.