Бой после победы
Шрифт:
Пулеметная очередь Гольдина стихла. В левом подземном лабиринте либо атака сорвана, либо сержант расстрелял все патроны. Думать о том, что Михаила завалили, не хотелось. Николай, беспокоясь за судьбу друга, вызвал Гольдина по рации:
— Голь! Ответь!
Молчание! Николай повторил:
— Голь, прошу, ответь! Ты живой, Миша?
И тут в ответ:
— Ну, чего разорался? Не до тебя тут! Духов в тоннеле немерено, но хорошо, что хоть скопом не прут!
— А ты чего,
— Что, испугался?
— Да чего мне бояться?
— Как чего? Если меня завалят, кто ж вас от бандюков с левого хода защитит? Дух святой?
Николай хотел бросить крепкое словечко, но сдержался, спросив:
— Сколько патронов осталось?
— Нисколько! Один в кармане носил, так его сейчас и зарядил! Все, Колян! Хана боеприпасам. Ну, еще гранаты! Но мне кажется, духи сами какую-то подлянку готовят и на прямой штурм не пойдут!
— Считаешь, лупанут из гранатометов?
— Ага! А что им еще делать?
— Тогда уходи в отсек!
— Не могу. Пытался. Снайпер, сука, откуда-то из глубины бьет! Только высунулся из-за бревна, так он мне чуть ухо не срезал, козел. Так что отойти не могу, разве на тот свет?
Колян воскликнул:
— Ты мне это брось!
— Чего бросать-то, Колян? Отбросался, кажись! Но хорош болтать, покурю лучше!
Гольдин отключил рацию.
Николай выругался:
— Ну еж твою за ногу. Что же придумать? Нельзя же Мишку там оставлять! Хотя бы в отсек вытащить.
Константин оттолкнулся от стены:
— Ты вот что, Колян, держи мой магазин, а я в ход пойду. У Доронина ведь пистолет? Вот «ПМ» возьму и пойду. Отвлеку на себя снайпера, глядишь, Голь и проскочит!
— Обоих вас грохнут, Костя!
— Но не оставлять же Мишку!
Колян вздохнул:
— Ладно, иди!
В это время прекратилась стрельба и в ходе, прикрываемом разведчиками. Тоже патроны кончились? Довоевались! Но где же Юнус, матери его сто лет жизни!
И Алимов словно услышал возглас отчаяния Горшкова. Рация Николая издала сигнал вызова. Николай ответил, предполагая, что его вызывает либо Гольдин, либо разведчик Равиль:
— Высота на связи!
И тут вдруг бодрый с легким акцентом голос Алимова:
— Высота? Накат-1! Живы?
— Живы, черти вы полосатые! Заблудились, что ли, в лесу? Мы тут без патронов, на последнем, можно сказать, издыхании, а вы бродите где-то!
Колян говорил и говорил и не мог остановиться. Юнус, не перебивал его, понимая, что это ответная реакция человека, приготовившегося к смерти и внезапно получившего возможность жить дальше!
Наконец капитан перебил Горшкова:
— Поговорим об этом позже! Доложи лучше, как складывается
Николай будто очнулся:
— Хреново, Юнус! В обоих ходах боевики. Сколько их там, не знаю, но если предпримут штурм, мы не отобьемся!
— Теперь отобьемся! Будь готов. Сейчас к тебе спустится одно отделение, укажи командиру позиции своих бойцов. Мои ребята сменят твоих! Так же по отделению я запускаю в ходы с лесу! Как понял?
— Понял, Накат! Все понял!
— Принимай помощь! Отбой!
Колян обессиленно опустился на пол, прислонившись к стене. Он безразлично смотрел, как мимо пробежали бойцы первой штурмовой группы. И только старший лейтенант, командир отделения вывел Горшкова из состояния апатии:
— Лейтенант? Горшков?
— Ну?
— Где позиции постов прикрытия блиндажа?
Николай встал:
— Идем!
Через несколько минут в ходы ушли спецназовцы молодого старшего лейтенанта, Гольдин же, Костя и разведчики вернулись в отсек Байзеда.
Присели на топчан.
Колян отстегнул магазин от автомата. Положил оружие на кошму.
Закурил. Его примеру молча последовали и все остальные бойцы. Кроме Доронина, который откинулся на спину и устремил взгляд в потолок. В отсеке наступила непривычная тишина. Впрочем, длилась она недолго. Вскоре в глубине ходов раздались выстрелы. Затем все вновь смолкло. Из левого хода появился старший лейтенант:
— Ну, вот и все! А боевиков, лейтенант, оказалось не так и много. Больше трупов. Неплохо вы здесь поработали!
Николай кивнул:
— Неплохо!
Командир отделения приказал подчиненным вынести Доронина на поверхность, остальным также покинуть блиндаж.
Николай вышел одним из последних. В бункере и подземелье остались лишь саперы, приступившие к закладке зарядов для подрыва логова бандитских главарей.
Увидев Алимова, направился к капитану.
Тот в это время достал рацию:
— Ураган! Я — Накат «Удара»! Лагерь находится в квадрате… Оставшиеся в живых после штурма боевики отошли в западном направлении. Это квадраты… Можете начинать свою работу!
Отключившись, обнял Горшкова:
— Выстояли, лейтенант?
Колян усмехнулся:
— А куда б мы на хрен делись?
Земля вдруг вздрогнула. Метрах в пятистах западнее лагеря, насколько хватал взгляд, лес окутался огневыми грибами разрывов 122-миллиметровых снарядов систем залпового огня «Ураган»!
Реактивная артиллерия не оставила отступившим бандитам ни малейшего шанса выжить, накрыв гектары леса огнем сплошного поражения.
Николай, посмотрев на огненную стену, повернулся к Алимову: