Борт № 1
Шрифт:
Кэп поднес к глазам «лейку». Из гостевого дома, а также из хозяйственного строения на террасу выбрались «душки» – все в «разгрузках»; вооружены автоматами, двое со «снайперками». Пригибаясь, стали перебегать через небольшую, частично открытую площадку к лестнице. Четверо залегли на террасе, на верхней «полке». Остальные рассредоточились по этой спускающейся к мосту лестнице… Тоже залегли, по два или по три… Камуфляж и хорошо выбранные укрытия существенно затрудняют наблюдение за ними. На звонницу поднялся еще один наблюдатель… На крыше гостевого дома появилось двое…
Эти залегли у пулемета; ствол заметно опущен и развернут в сторону
«Ну ни ф-фига ж себе?! И кого из вас теперь мне держать, долбаные басмачи? – думал про себя Силаев, пытаясь сообразить, кого из этих почти двух десятков материализовавшихся разом «духов» валить первым, если что-то пойдет не так. – Надо «держать» тех, кто залег на верхней террасе, – решил он. – У них наилучший обзор, и они первым увидят тех, кто вывернет «из-за угла»…
Кэп тоже напрягся. Такая встреча точно не входила в их планы. Предполагалось, что группа из пятерых человек сможет проскочить незамеченной до лестницы. Как минимум до этой каменной лестницы… Силаеву нужно было – если бы все пошло по плану – «держать» тех двух, что расположились на крыше дома для паломников.
Но удерживать на мушке по меньшей мере два десятка боевиков, часть которых укрылась в оборудованных огневых точках, попросту не представляется возможным…
В проходе, смахивающем на заячью губу, возник экипированный в камуфляж мужчина. Голова повязана клетчатым платком-«арафаткой»… Автомат держит на изготовку. Сместился к самому краю выступа… Вышел – ступая на подпружиненных ногах, готовый «спикировать» в любую секунду – на открытое место… Вскинул автомат; смотрит через прицел на ближайший – южный – склон. Спустя какое-то время опустил оружие… Присел на корточки; достав из кармашка «разгрузки» рацию, поднес ее к губам и стал с кем-то переговариваться.
– В «нашей» группе такого «душка» нет, – шепотом сказал Кэп. – Это чужой.
– Один из басмачей на верхней лестнице говорит с кем-то по рации, – доложил Силаев.
– Похоже, что переговаривается с тем «духом», который появился из расщелины…
Силаев повел стволом в сторону.
– Те, за кем я наблюдаю, направили оружие на наш склон…
В эти мгновения командир спецгруппы «Бастион» остро пожалел, что с ними сейчас нет Крякера и еще двух сотрудников. Две «снайперки», да в умелых руках Ветрова и Алисы, им бы тут не помешали… Ну а Пашка, будь он здесь, обеспечил бы надежный перехват чужих переговоров в УКВ-диапазоне. И тогда старшему группы «Бастион» не пришлось бы гадать, о чем говорят по рации с криптопрошивкой засевшие в монастыре «духи» с теми, кто вышел с ними на связь.
«Разведчик», закончив переговоры по УКВ – они заняли не более минуты времени, – сунул рацию в кармашек разгрузки. Его было отлично видно в бинокль – во всех деталях. Он среднего роста; голова повязана «арафаткой», но не наглухо, можно разглядеть лицо. Оно смуглое, щетинистое… Ему лет двадцать пять или около этого. Экипирован довольно серьезно: автомат с «обвесом», наколенники, на бедре чехол со штурмовым ножом. На поясе кобура с пистолетом. Разгрузка не из дешевых, не брезентуха.
Обернувшись, «дух» махнул кому-то рукой, ну а сам, лишь чуть пригнувшись, побежал трусцой к лестнице, чьи ступени вытерты подошвами тысяч и тысяч паломников, посещавших в разные годы это древнее культовое сооружение.
Из расщелины близ моста, повторяя маршрут «разведчика», к лестнице, с небольшими промежутками,
Женщина, одетая в бесформенное длинное платье, с повязанной платком головой, поддерживала прихрамывающего на правую ногу боевика, чье лицо скрывает шлем-маска. Другой моджахед страхует с противоположной стороны; он же несет автомат раненого или травмированного бойца.
Третий «дух», на плече у которого висит дорожная сумка, кажется, тот самый «крот», внедренный «Мухабаратом» в банду джихадистов, которого включили в последний момент в группу Шамановой – Технаря… Вещь, кстати, знакомая с виду, – это дорожная сумка «врача-волонтера» с бельгийским паспортом.
Группа людей, среди которых Кэп отфиксировал Шаманову, уже поднималась к монастырю, когда показались еще четверо. Боевик, похожий по описанию на «контуженного» «духа», припустил к лестнице от уступа первым…
Так… а вот это уже не очень хорошо. У «фрилансера» связаны руки сзади; один из боевиков толкнул его в спину, вынуждая тем самым прибавить хода… Тоже побежали к лестнице…
Эти четверо были последними из той группы, что на глазах у пары наблюдателей смогла проникнуть в осажденный лоялистами городок Маалула.
Кэп засек время – не для рапорта, поскольку он не обязан ни перед кем отчитываться, а сугубо по въевшейся с годами привычке.
«Проводник» потерялся: либо убили парнишку, либо сбежал. Ну что ж… Двое его людей – Шаманова и Технарь – в компании с непонятно откуда взявшимися моджахедами прошли-таки в монастырь. Следовательно, операция, начало которой было положено несколько дней назад, продолжается.
Глава 8
Ларнака, Кипр
Серебристый «Лексус», кативший по шоссе в направлении западного берега Aliki – Соленого озера, свернул на местную дорогу. По обе стороны двухрядки, частично скрытые пальмами и живой изгородью, разбросаны песчаные и терракотовые кубики с плоскими крышами – частные дома и коттеджи. Дорога заканчивается у самого берега; здесь оборудована бесплатная стоянка на полсотни машин. Мужчина легко нашел свободное место для своего «Лексуса»; в это жаркое послеполуденное время публика не очень охотно посещает такие места.
В салоне «Лексуса» витает легкий приятный аромат с восточными нотками. Кондиционер гонит прохладный воздух. Ионидис взял с кресла пассажира несессер. Открыл его; покопавшись в одном из отделений, извлек тюбик с тональным кремом… Глянул в зеркало – веки припухли, под глазами можно заметить тени… Выдавив из тюбика крем, принялся втирать его в кожу лица – под глазами. Закончив эту нехитрую процедуру, вновь посмотрел в зеркальце. Ну вот, теперь синяки под глазами почти незаметны…
Первую половину дня Костас провел как в тумане. Он принял антиаллергическое средство, действующее на него обычно и как успокоительное. Но затем, когда вдруг стали слипаться глаза, вынужден был выпить две чашки крепчайшего кофе… Кажется, его сотрудники – а в его агентстве работают еще шесть человек – не заметили в поведении или во внешнем виде шефа ничего необычного. Да и некогда им разглядывать начальство. Риелторов, как и волка, ноги кормят – сотрудники Ионидиса получают свой процент от каждой оформленной сделки.