Боровой
Шрифт:
– А как ещё? У них, может, и подельнички тут сидели, подсобили. Ну, Кухарь, верно говорю?
– Если бы кто помогал – в-в-вокруг следы были, – тихо проговорил Круве.
– Ну, значит, двое было. Как есть двое.
– Будь их двое да каждый на одной ноге прыгал, мы догнали б их в два счёта, – презрительно протараторил Зубрав, серчая на бестолковость товарища.
– А у меня и получше объясненье найдётся, – развернулся лицом к тому Бобёр. – Слушай внимательно, а перо есть – запиши! Чтоб потом дурить людям головы сподручней было. Дух, …
– Так, – принял вызов Зубрав.
– …захватил
– А почему правая в селезня? – не понял Славко.
– …с тех пор его и не видал никто, – помогая себе руками изобразить праведный трепет, закончил Бобёр.
– Вот ты как со мной заговорил, – сузил до щелей глаза Зубрав. – Ну, добро. У меня тогда тоже объяснение есть. Тебе полюбится. Скакали эти умники каждый, знач, на своей ноге. А с деревьев их дружочки, ткачи-циркачи верёвками страховали. Чтоб те на одной ноге-то не попадали. На каждом дереве по татю с канатом, как клещей.
Бреган в перепалку не вслушивался. Он снова склонился к земле и тронул кончиками пальцев отпечатки. Взглянув на Круве, как на представителя самого из них среднего сложения, командир соображал, как сильно углубился бы в почву след, если бы он взвалил такого седока себе на спину. И смог бы он с таким грузом перепрыгнуть тропу с помощью палки.
– … ни ума, ни верёвок, ни людей не пожалели, – продолжал тем временем Зубрав. – И всё оно для того только, чтобы нас пятерых с панталыку сбить. От же хитрецы!
– Да неее, то конечно и превсяко дууух лесной был, – ответствовал со всей страстью Бобёр. – Он ведь только спит и видит, как твоими кишками рябину украсить, шоб поярче была!
– Разделимся, – произнёс командир.
Остановленные на скаку, Бобёр и Зубрав в миг оторвались друг от друга. Заслышав в голосе предводителя решимость к действию, они бросили доказывать друг другу свою правоту.
– Славко с Круве, – стал делить отряд капитан.
– Мож я с Мордастым? – предложил Бобёр.
Зубрав смотрел на командира так, будто тот спятил.
– Бреган, – вновь выпучил глаза он, подбираясь поближе. – Дурной след. Дурной, слышишь?.. Мы за ним… как утки за зерном… Отступим. Леший с нами играется. Отступим, пока живы.
– Пришибу, – тихо, но веско пригрозил Бреган, не имея сейчас ни времени, ни воли на то, чтобы снести зубравскую горячку.
Развернувшись резко и убравшись в сторону, Зубрав в отчаянии сплюнул наземь. Он просунул руки под рубаху и, нащупав на груди среди разных оберегов мешочек на верёвке, запустил в него пальцы. Набрав неизвестной смеси, он принялся втирать её в шею и виски. Бобёр неотрывно следил за всеми его действиями с большим интересом и выражением физиономии глумливым до безобразия. Бреган не стал мешать Зубраву в его попытках защититься от неизвестного чесноком. Вместо этого он поторопился раздать указания воинам.
Тот, кто диковинным образом разделил след, совершенно точно хотел замедлить таким образом наёмников или вовсе отвратить их от дальнейшей погони, рассудил Бреган. Позволить этому случиться командир никак не мог. До заката они были обязаны настигнуть если не самого вора,
– Давай топай, – мотнул Славко коротко бритой головой Кухарю. Тот ответствовал ему взглядом нечитаемым, но двинулся по следу, оставленному правой ногой.
Парочка быстро скрылась за деревьями. И Бреган, доверившись всем своим навыкам и способностям, повёл оставшихся товарищей за собой.
Все чаще высокие ели заслоняли мохнатой зеленью свет, которого и по естественным причинам становилось вокруг всё меньше. Бреган ускорился. За отделившуюся двойку он не переживал, так как знал, воинами они были весьма искусными, к тому же вооружёнными до зубов. Случись Мордастому и Круве быть обнаруженными, они сражались бы не на жизнь, а на смерть. И командир не сомневался, если только среди преследуемых нет генералов Бычьего Рога или самого возродившегося Полуночника, – разбойникам не поздоровится. В самом же крайнем случае, коим являлось обнаружение именно бандитского лагеря, двое соратников вернулись бы по следам обратно к развилке.
Зубрав и Бобёр преодолевали путь в сосредоточенном молчании. Смеркалось настойчивей, и отпечатки становилось всё труднее счесть. Почти смирившись с тем, что с минуты на минуту придётся разворачивать людей и идти обратно ни с чем, Бреган вдруг остановился. За деревьями справа кто-то был. Этот кто-то двигался в темпе, близком к их собственному, но звуки из-за деревьев исчезли, как только капитан замер. Очевидно, неизвестный за ветвями проделал то же самое. Бреган медленно потянулся за оружием. Зубрав вытащил нож из сапога. Как ласка изогнулся он, напрягая зрение и слух.
– Командир, – послышался вдруг знакомый придушенный голос.
Бреган распрямился, выдохнув. Из-за веток показались короткостриженые головы. Круве обнаружил себя, только когда убедился, что перед ним свои.
– Тихо ходите, – ухмыльнулся в воротник следопыт. – Я уж думал…
– Как поняли, что это мы?
– По чесночной вони, – раздался гогот Мордастого.
– Тишина, – потребовал Бреган. – Следы. Будь они неладны … Снова сошлись.
Чистая правда заключалась в том, что наёмники вновь встретились только потому, что две ноги, очевидно, решили вновь прирасти к одному туловищу. Следы плавно соединялись в привычную для глаза вереницу шагов, где правая ступня сменяла левую. Зубрав захлопал себя ладонями по щекам. Бобёр вдохновился было помочь ему в этом деле, но командир дал приказ не останавливать ход. Скудное освещение осложняло следопыту работу, но Бреган был намерен выжать из сегодняшнего дня всё возможное и велел продолжать идти по следу.
Долго идти, однако, не пришлось. Не минуло и десятка саженей, как следы левой и правой ног снова разошлись в разные стороны. Бреган остановился.
– Издеваются над нами, сучата, – заозирался по сторонам он. Солнце скрылось почти полностью и продолжать поиски в кромешной тьме смысла не имело. Требовалось подыскать место для стоянки. – Встанем здесь, – махнул он рукой в сторону валежника неподалёку.
– Здесь? – не поверил своим ушам Зубрав. – Прямо на проклятых следах??
– Здесь, – подтвердил командир. – Знаю я, как они их путали.