Борден
Шрифт:
— Прости, бабуля. Если хочешь, я могу прийти завтра. Я освобожусь в шесть.
— Да, завтра в любое время, Эмма. Не хочу, чтобы пропало столько еды. Я сделала для тебя сосиски в тесте и куриную запеканку, часть которой ты можешь заморозить.
— Не могу дождаться.
— Почему твой голос такой грустный? Обычно ты бодрее, дорогая.
— Я просто… был тяжелый день, знаешь ли.
— Ну, береги себя. Не позволяй никому воспользоваться тобой. Особенно мужчинам. Ты сама себе хозяйка.
Я удивленно моргнула. Она считает, что у меня проблемы с мужчиной? Думаю, она не верила, что
— Не буду, — пообещала я. — Не беспокойся обо мне. Расскажи лучше, чем ты еще меня накормишь.
Она продолжила, рассказывая о том, что приготовила или собирается приготовить для меня. Ее не оставляли мысли, что я голодаю. Бабушка хорошо знала, что моей зарплаты недостаточно, чтобы ежедневно позволять себе хорошо питаться. Несмотря на то, что у нее самой было мало денег, все, что она имела, вкладывала в меня. Это очень ценно, и я не знаю, что бы делала без нее. Знаю, что завтра будет гораздо больше, чем просто заскочить к ней. Чтобы до нее добраться, необходимо больше часа и сменить два автобуса. Но я скучаю по ней и чувствую себя виноватой, что продинамила ее сегодня.
После телефонного разговора я долго лежала в ванной, пытаясь изгнать воспоминания предыдущего дня. Еще я была расстроена тем, что Лара, сука, не удосужилась даже позвонить мне, чтобы узнать, как я добралась до дома.
— Это был последний раз, когда я с тобой разговаривала, — бормотала я себе под нос, злобно качая головой и представляя ее улыбающееся лицо.
Готовясь ко сну, я получила несколько нетерпеливых сообщений от Блайт — своей лучшей подруги.
Блайт: Извини, я не смогла вернуться за тобой. Прошлой ночью у меня был сееееекс! Мужик — Адонис. У него шесть кубиков! Он прекрасен до жути, как мафиози, но… О. Мой. Бог. Засуха закончена, и это того стоило! Как прошла твоя ночь? Дай мне сплетен и, пожаааааалуйста, скажи, что тебе улыбнулась удача. ХХ
Я: Поздравляю с трахом =D По крайней мере, прошлой ночью удача улыбнулась одной из нас.
Блайт: Не похоже, что ты в порядке. Ты в порядке?
Я: Замечательно.
Блайт: ??
Я: Лара кинула меня. Использовала, чтобы выбраться из дома.
Блайт: Сука.
Я: Определенно.
Блайт: Мы должны закидать яйцами ее шикарную «Феррари».
Я: На самом деле, это «Ламборгини».
Блайт: Супер-сука.
Я: И не говори.
Блайт: Ну, я никогда не стала бы тебя использовать, детка. Если я ее увижу, то воткну ей вилку в глаз. Так нормально?
Я: Мило. На всякий случай сделай это в оба глаза. Она живучая маленькая сучка. Я иду спать. Увидимся завтра в раю. <3
Я закуталась в одеяло и ждала, когда сон сморит меня. Несмотря на смертельную усталость, я ворочалась до полуночи, вспоминая переулок и лицо Бордена. В один прекрасный момент я встала и подошла к окну. Выглянула сквозь жалюзи, сканируя улицу, высматривая
Я видела его губы.
Его глаза.
Мрачное выражение его лица.
Его красивый и одновременно страшный образ терзал мое сознание, пока в моем теле смешивались страх и возбуждение.
А затем я проснулась, ужасаясь мечтам о мужчине, который в два счета мог бы свернуть мне шею.
Глава 9
Эмма
В закусочной было необычно людно для утра понедельника. Вместе с двумя другими официантками, Блайт и Тессой, мне пришлось пропустить первый перерыв. Никого из нас это не порадовало.
Как обычно, Дэнни-мудак, наш биполярный мудак-босс, он же владелец закусочной, заперся в своем кабинете на весь день. Он сидел за своим компьютером, создавая видимость «работы», но в последний раз я засекла, что он дрочит на оргии в своем кабинете, а это не то, за что платят деньги. Ленивая задница просто кинул нас отдуваться одних, и кухня была не в восторге от этого.
В таком случае, неужели настолько трудно почистить свою веб-историю? Или хотя бы оттереть клавиатуру после того, как кончил? Там есть пятна настолько древние, что, я уверена, они могли бы соперничать с эпохой динозавров. Фу, блядь!
Только после обеда мы поняли, что у школьников начались каникулы, поэтому сюда пришло так много детей с родителями. Обычно мы очень хорошо относимся к завсегдатаям, поэтому они были весьма терпеливы, когда поток посетителей увеличился. Еда обычная, ничего особенного, обстановка довольно приветливая. Это лучшее место работы в настоящее время, особенно в сочетании с хорошим коллективом.
— Ты сегодня очень красивая, — сказал Джон, наш завсегдатай. Широкая улыбка расплылась на его морщинистом лице, когда я остановилась принять у него заказ.
— Спасибо, Джон, — ответила я, даря ему самую яркую улыбку, на которую способна. Я все еще немного не в себе, особенно после моих тревожных снов, но привычный рабочий ритм помогал восстановиться.
— Есть ли счастливчик, зарывающийся между твоих ножек, сладкая?
Я вздохнула, пытаясь терпеливо отвечать на его сегодняшнюю порцию вопросов. Он обычно спрашивал снова и снова одно и то же, и я сомневалась, что он даже осознал это.
— Пока нет, — я попыталась уйти от темы. — Вам как обычно? Сэндвич с ветчиной и кофе?
— Конечно, — ответил он, пристально разглядывая меня с головы до ног. Джон был потрепанным старым хрычом. Ты не можешь называться официанткой, если хотя бы раз не натыкалась на такого. На мою голову такие сваливались регулярно.
— Досадно, так досадно. Знаешь, если тебе когда-нибудь потребуется хорошая смазка, — он подмигнул. — То я всегда здесь для тебя.
Я зажала рот на мгновение, борясь с подступающей к горлу тошнотой. И выдала натянутую улыбку.
— Буду иметь это в виду, Джон, спасибо.