Борден
Шрифт:
И всех их можно было убить.
Смерть и еда — вот две главные страсти в жизни Кристофа.
Ему нравилось есть.
Ему нравилось убивать.
Но он не мог убивать просто так, любого, того, на кого просто падал его взгляд. Ему нужно было, чтобы его направили. Указали цель.
Наверное, это тоже было странно, но Кристоф привык не обращать внимания на странности. Он научился извлекать из этого пользу и стал наемным убийцей. Возможно, лучшим из наемных убийц.
И теперь, когда ему указали очередную цель,
Он ел.
И он ждал.
И он дождался.
Ему только принесли десерт, когда перед глазами Кристофа повисло системное оповещение. Но он все же доел нежнейший бисквит, запил его ароматным чаем, и только после этого вышел на улицу и достал из инвентаря свиток.
Путь к новым убийствам был свободен. Проклятая планета снова вернулась в игру.
«Внемлите голосу высшего разума, жалкие смертные, внемлите и трепещите. Отныне для вашего мира началась новая эпоха, эпоха войн за личное возвышение. Становитесь сильнее или умрите. Жрите ближнего своего, или пожраны им будете. Бегите, прячьтесь или сражайтесь.
Сильные возвысятся. Слабые падут. Система поглотит и тех и других.
Поскольку ваша планета уже проходила инициацию, вы пропустите начальный этап большой игры и вторжение из других миров начнется прямо сейчас.
Сможете ли вы погасить пожар инопланетной экспансии или сгинете в этом пламени? Зависит только от вас.
Игра началась.
Удачи»
Нормально так выходной начинается, даже кофе попить не успел…
А ведь такие были планы… Друзья, дача, пикник, шашлыки, много мяса и пива, песни по караоке, беспорядочный, но все же безопасный секс…
Артур стоял перед окном своей квартиры и перечитывал сообщение. Кроваво-красные буквы на фоне реальности казались ему странно знакомыми. Да и голос, который зачитал в его голове тот же самый текст, вызывал стойкое ощущение дежавю.
Почему-то пребывая в твердой уверенности, что это сработает, Артур взглядом смахнул сообщение влево и оно исчезло. Вместо него появилось другое.
«Поскольку вы уже принимали участие в предыдущих раундах игры, вы можете создать новый аккаунт или воспользоваться одним из предыдущих».
Дальше было три кнопки на выбор.
Создать новый.
Посмотреть все.
Выбрать наиболее успешный.
Артур был любопытным молодым человеком, и ему, конечно же, хотелось посмотреть все варианты, но первое сообщение утверждало, что инопланетное вторжение начнется прямо вот сейчас, а может быть, оно уже началось, поэтому он не стал размышлять и ткнул взглядом в кнопку с выбором наиболее прокачанного варианта.
И в следующий миг на него обрушилась целая лавина системных сообщений, а на краях периферийного зрения появился игровой интерфейс, тоже подозрительно знакомый.
У него ушло некоторое время, чтобы со всем этим разобраться, но, видимо, оно того стоило.
— Йо-хо-хо, —
Артур, игрок триста шестьдесят восьмого уровня, так же известный, как Джокер, он же Роберт Полсон, Разрушитель Миров и контроллер класса «апокалипсис», отошел от окна.
В дверь позвонили.
Глава 27
Трое стояли у подножия невысокого холма, всего в нескольких шагах от призрачной завесы, закрывающей вход в данж, который никто никогда не проходил. Две внекатегорийные сущности и Гарри Смерть Борден, набивший свой инвентарь под завязку.
— Удачи, — сказал Кевин.
— Ни пуха, ни пера, — сказал физрук.
— Скоро буду, — сказал Гарри Борден и шагнул прямо через завесу.
Едва он скрылся в данже, как Кевин материализовал два удобных на вид кожаных кресла и столик с напитками.
— Разве нам не следует пойти за ним? — осведомился физрук.
— Зачем? — спросил Кевин, усаживаясь в правое кресло и наливая себе из графина. Из хрустального графина, содержащего ярко-красную жидкость, в небольшой пузатый бокал.
— Ну, чтобы подстраховать и всякое такое, — сказал физрук.
— Как ты себе это представляешь? — поинтересовался бог-император. — Там внутри сейчас потенциально самый опасный человек в системных мирах.
— Трое в любом случае лучше, чем один, — сказал физрук.
— Не в любом, — возразил Кевин. — Это адаптивный данж, подстраивающий уровень сложности под уровень игрока. Если бы мы вошли туда втроем, учитывая, что мы две те, кто мы есть, сложность подскочила бы настолько, что итогом прохождения могла бы стать сама гибель этой планеты. А на ней, между прочим, тоже живут люди.
— Да? — спросил физрук, оглядывая пустынную местность вокруг. — И где все эти люди?
— В западной части континента, — сказал Кевин. — Ты сядешь или и дальше будешь косплеить телеграфный столб?
— Сесть я всегда успею, — сказал физрук, но все же расположился в кресле и скептически осмотрел стол с напитками. — А что-нибудь безалкогольное здесь подают?
— Хочешь кофе?
— Да, спасибо.
Кевин повел рукой в воздухе, и на столике появился маленький кофейник, изящная чашечка, сахарница и молочник. Из носика кофейника шел пар.
Физрук налил себе кофе, бросил в чашку две ложки сахара, а молоком пренебрег.
Недоверчиво понюхал содержимое чашки, но пахло оно, как положено, и физрук решился сделать глоток.
— Неплохо, — сказал он. — Когда тебе наскучит управлять империей и насаждать покой и миролюбие железной рукой, можешь открыть ресторан.
— Говоря по правде, мне уже давным-давно наскучило, — сказал Кевин. — Я пару раз даже порывался бросить правление, инсценировав собственную смерть, подобно Оберону.