Больница «Линкольн»
Шрифт:
— Да. Просто чёртов кошмар. Где, на хрен, эта кретинка берёт информацию?
— Я не знаю. Я думал, у тебя есть идеи. Что теперь будем делать? Может, заморозим дела, пока всё не утихнет? — спросил Рейнольдс.
—Чёрт, нет. С ума сошёл? Мы не можем остановиться сейчас. Эти ублюдки должны заплатить за то, что сделали, Рейнольдс. Я думал, ты это понимаешь, — сорвался Киан.
— Успокойся. Конечно, я понимаю. Но никому из нас не нужно, чтобы это дерьмо свалилось на наши головы, — Рейнольдс понизил голос. — Киан, мы убиваем людей. Прямо здесь, в этой больнице, блядь, под носом у всех. А кто-то знает
— Чёрт подери, ты прав, это меня беспокоит. Это беспокоит меня настолько, что я готов найти крота и разобраться с ним немедленно. Ты прав, кто-то болтает, и когда я выясню кто, они пожалеют, что когда-то попались мне на пути. Я обещаю. — Оба направились через раздвижные двери в сумеречный свет заходящего солнца.
— Хорошо, если ты не хочешь прерываться на какое-то время, тогда нам нужно быть очень осторожными двадцать третьего числа. Осталось всего две недели, и я не хочу, чтобы в нашей операционной появились копы.
— Этого не случиться. Я собираюсь разобраться с этим шпионом, или кротом, или кто бы, чёрт возьми, это ни был, и ты мне поможешь. Собери всех завтра у меня. Я хочу видеть там всех, без исключения.
— Договорились. Киан, ты уверен, что ничего не заставит изменить твоего мнения и сделать перерыв? Я, правда, думаю…
— Нет. Как ты можешь такое говорить, Джон? Ты знаешь, насколько важна эта дата. Ты знаешь, почему мы должны продолжать. Если надумал уйти из команды, ладно. Тогда, чёрт возьми, просто скажи об этом, а не веди себя как слабак, рассказывая о перерыве. Мы, чёрт, не на свидании. — Самообладание Киана дало трещину, и он угрожающе придвинулся к Рейнольдсу, вторгнувшись в его личное пространство. Киан не часто называл его по имени, но этот незначительный факт показывал, насколько он был близок к потере контроля.
— Ты прав, извини. Нет, я не хочу уходить из команды, я все ещё верю в то, что мы делаем. Я просто хочу, чтобы всё это дерьмо улеглось.
Киан тяжело смотрел на Рейнольдса нескольких долгих мгновений, а затем пошёл к своей машине и рывком открыл дверь. Он прислонился к верхней части двери, и, когда заговорил, его взгляд был холодным:
— Ладно. Но не дави на меня больше. Я гарантирую, что тебе не понравится та часть меня, которая при этом вылезет наружу.
ГЛАВА 6
Два года назад
Киан вышел из больницы и поехал домой. По дороге ему пришла в голову гениальная мысль купить свежих маргариток и подарить их Ханне, своей красавице-жене. Так он и местному цветочному магазину поможет с бизнесом, и сможет заполучить одну из «специальных» улыбок Ханны, как она их называет, — ослепительную, припасенную вот для таких случаев, и, возможно, головокружительный секс-марафон немного позже в постели.
Через несколько месяцев у них будет годовщина — пять лет в браке. В такое время, и в его возрасте, — это достижение. Киан планировал сделай жене подарок — романтический круиз на Карибы. Ему осталось утрясти всего лишь несколько деталей в своем рабочем графике, и можно было бронировать билеты. Конечно, они бы поспорили из-за денег.
Их карьеры требовали много времени, а из-за плотных графиков такая роскошь как выходные была просто непозволительной. Поэтому этот отпуск можно было считать большим подвигом. К счастью, у Ханны был отличный секретарь, который придумал, как освободить её расписание и организовать сюрприз — круиз. Он с нетерпением ждал реакции жены.
Подъезжая к их дому в пригороде Нью-Йорка, он бросил взгляд на старую побитую Тойоту Королла жены и скривился. Ему нужно было всё-таки настоять и уговорить её купить другую машину. Какой-нибудь симпатичный небольшой внедорожник, такой, чтобы он был уверен, что по пути не отпадут колёса. Сколько Киан знал Ханну, она всегда была упрямой и волевой, но с золотым сердцем. Сострадание к другим, драйв и амбиции было тем, что притягивало его в ней большего всего.
Впервые, когда он увидел Ханну в очереди возле торговой палатки с едой на игре «Нью-Йорк Рейнджерс», он подумал, что девушка в раскраске цветов команды «Бостон Брюинз» выглядит просто восхитительно. Болельщица на игре Рейнджерс была очень напориста, охотно вставала и подбадривала свою команду во время игры на чужом поле, и в течение последующих нескольких месяцев Киан понял, что она очень боевая. Смех и улыбка Ханны на первой игре были такими заразительными, что у Киана не оставалось другого выхода, как очаровать её и пригласить выпить пива в местном пабе после игры и победы «Брюинз». С тех пор это стало их историей. Через шесть месяцев они поженились. У них была скромная свадебная церемония, на которой большей частью присутствовали её друзья и семья — у Киана было мало тех, кого он мог пригласить — и с тех пор они жили, как мечтали.
Киан вставил ключ в замок, открыл дверь и вошёл в дом. Дом был простым: три спальни и три ванные комнаты. Слишком большой для двоих, но они надеялись, что смогут стать настоящей семьей в ближайшие два года. Но их профессиональная занятость постоянно, казалось, ставила палки в колеса со сроками.
— Ханна? Детка? Ты где? — странно, что она не возилась на кухне с ужином. Они оба любили готовить, и кто первый возвращался домой, тот и готовил еду. Эта рабочая неделя было для него трудной, поэтому Ханна готовила сама всю неделю.
Киана смутила тишина в доме. Он положил букет на стол и прошёл в гостиную. Не найдя никого, он направился на второй этаж. Дом был какой-то тихий до жути, но он отмахнулся от этого ощущения, подумав, что после долгой смены в больнице разыгралось воображение. Он предположил, что, возможно, она захотела принять горячую ванну после длинного дня и открыл дверь в их спальню.
— Детка? Ты…, — Киан прервался на полуслове от увиденного и, зарычав, кинулся в комнату. Ханна сидела, выпрямившись, на их кровати, со связанными руками и ногами, во рту у неё был кляп. Она пыталась кричать сквозь носок, засунутый ей в рот, и по лицу текли слёзы. В ярости он бросился к ней, не замечая, что она неистово качает головой из стороны в сторону.