Боль
Шрифт:
— Благодарно. Я благодарна, что он достаточно волновался, чтобы прийти сюда. Кроме этого ничего. Я ничего к нему не чувствую, Хейден. В моем сердце есть только один человек, и это ты. Только ты.
Его черты лица разгладились, когда правда дошла до него, и облегчение разлилось по моей груди.
— Я ненавижу его. Я так хочу надрать ему задницу.
Я схватила его за руку.
— Мне плевать на Матео, так что тебе не нужно так к нему относиться. Хейден, он уже в прошлом. Я не хочу быть с ним снова. Я совершила ошибку, даже начав с ним отношения.
Его
— Так что ты думаешь о том, чтобы начать отношения со мной?
Я перестала дышать, недоверие и волнение проникали в меня. Мое сердце наполнилось из-за того, как он посмотрел на меня — с потребностью и надеждой.
— Отношения с тобой?
Его рука поднялась по моей руке и остановилась на моей шее, нежно держа ее, пока его большой палец гладил мою щеку. Покалывания пробежали по моей коже, и мои губы приоткрылись. Он наклонился и поцеловал меня, его язык скользнул по моим губам, прежде чем он встретился с моими, и это было все, что мне было нужно, чтобы снова стать полной. Его другая рука сжала мою талию, и он придвинулся ближе ко мне, его поцелуй поглотил меня своей жгучей интенсивностью.
Его пальцы переплелись с моими волосами, когда он отстранился. Его горячие глаза удерживали мои, наши сердца бились в унисон.
— Я люблю тебя. Я был так близок к тому, чтобы потерять тебя. Так чертовски близко. Когда я увидел, что эта винтовка направлена на тебя… Все просто перестало существовать. Я был чертовой оболочкой, уже в реальности, в которой тебя не было, и больше ничего не было.
Я схватила его лицо.
— Я здесь. Я полностью в порядке.
Он закрыл глаза, нахмурившись. Когда он снова их открыл, ярость в них охватила весь мой мир, и я падала. Я падала так глубоко.
— Увидев тебя в тот момент, я наконец понял, как ошибался, отталкивая тебя. Я так боюсь потерять тебя. Я люблю тебя, Сара. Я устал убегать от этого. Я не хочу убегать от тебя. Я знаю, что иногда я буду сложным, черт, я, вероятно, заставлю тебя ненавидеть меня, но я хочу, чтобы ты помнила, что тот Хейден на самом деле не я, и я всегда буду пытаться бороться с ним. Неважно, что я говорю или делаю, помни, что ты для меня самое дорогое, и я люблю тебя. Я хочу быть счастливым с тобой и сделать тебя счастливой, Сара, так что, пожалуйста, будь моей девушкой.
Я провела пальцами по его щеке. Я чувствовала так много, и я хотела сказать ему так много вещей, но я боролась со словами. Я любила его. Я хотела сделать этот последний шаг через мост и дотянуться до него.
Я притянула его лицо к себе и поцеловала, пытаясь донести до него, как много он для меня значит.
— Да, — прошептала я, мои губы коснулись его губ.
— Да?
— Да, я буду твоей девушкой. — Я крепко держала его, не отрывая от него глаз. — Я твоя, Хейден. И я никуда не уйду.
ГЛАВА 26
—
Сегодня утром меня выписали, так как Кармен посчитала, что мне больше не нужно оставаться в больнице. Она сказала мне, что Патрисия поправляется и все под контролем, но она все еще выглядела измученной, а синяки на ее лице сегодня приобрели более отвратительный цвет.
Она посмотрела сквозь меня, как будто на самом деле не видела меня.
— Обезболивающие делают отвратительную работу. Все так чертовски болит.
Я подняла руки, чтобы заправить волосы за уши, но потом остановилась, вспомнив, что у меня нет волос.
Она заметила это, и ее глаза прикрылись.
— Что случилось с твоими волосами? — Она наконец решила признать меня.
Моя грудь сжалась от давления. Я не хотела говорить с ней об этом. На самом деле, чем больше я оставалась рядом с ней, тем больше нервничала.
— Я решила, что пришло время подстричься.
Она подняла брови.
— Тебе не кажется, что это слишком радикально? Тебе нравились твои длинные волосы.
Боль в груди удвоилась, и мне пришлось заставить себя думать о Хейден. Я была не одна. У меня были люди, которые заботились обо мне. Я просто пожала плечами, не имея ни малейшего представления, что еще ей сказать.
— Ты никогда не была хорошей лгуньей. Что случилось? — Продолжала настаивать она.
Почему это имело значение? Ей, конечно, было все равно, поэтому рассказывать ей о своих самых глубоких чувствах и страхах было бессмысленно. Я отвернулась, сосредоточившись на простом виде за окном.
— Просто какие-то девчонки, которым я не очень нравлюсь. Они играли с зажигалкой, так что ты можешь понять, что произошло.
— Надеюсь, ты вернула им долг.
Я резко повернула голову, потрясенная, услышав эти слова из ее уст.
— Ты серьезно?
Она пожала плечами, ее холодные глаза показали, насколько нормальной для нее была эта идея.
— Тебе нужно перестать быть такой слабой. Просыпайся. Это реальный мир. Если они нападут на тебя вот так, что ты собираешься делать? Прикрываться, как маленькая трусиха, и надеяться, что это пройдет? Люди просто ждут, когда ты покажешь им свою слабость, чтобы они могли использовать ее против тебя.
— Сделать с ними что-то варварское — это не выход.
Она наклонила голову набок, ее глаза насмехались надо мной.
— Тогда просвети меня. В чем выход? — Я глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие и не отвечать на ее провокации.
— Их исключили, но я всегда могу подать на них в суд.
— Ну, удачи с этим.
И вот так она оставила эту тему. Еще одно доказательство того, как мало ее это заботит. Ее глаза обвели мое тело.
— А как насчет тебя? Я слышала о твоем огнестрельном ранении. Как ты себя чувствуешь?