В Сан-Суси меж горбатых тропинокТам, где мраморы белых богов,Я брожу, как обманутый инокИ томлюсь от несказанных слов.В Сан-Суси, в зеленеющем паркеДышит миртами солнечный день:Но позвал меня образ твой яркийВ глушь далеких родных деревень.В Сан-Суси, где пропели беззвучноЛебединую песню века,В след за мною бредет неотлучноМоя русская злая тоска.Красота сразу стала постылой,И тюрьмою глядит Саи-Суси.Я томлюсь и тоскую по милой,По далёкой, далёкой Руси! —
«Брожу один я целыми часами…»
Брожу один я целыми часамиИ
вспоминаю все свои грехиИль, вдаль глядя печальными глазами,Опять шлифую старые стихи.Мой край родной и ты, моя малютка,Вы далеки и тут со мной, во мне:Вот отчего мучительно и жуткоЯ сам с собой борюсь наедине.Я не хочу от прошлого уступок,Тоскует дух, и дико стонет плоть.Себя убить? — кинжал мой слишком хрупок,Чтоб память сердца мог он расколоть!Изгнанье — смерть. Но где моя могила?Я возвращусь? о, Боже мой, навряд!.. —Очнулся… Женщина прохожая спросила,Хочу ль купить я сыр и виноград.
«Мне подарили цветы вы…»
Мне подарили цветы вы.Что за безумный порыв!Сделались вдруг молчаливы,Очи и сердце закрыв.Бросил бы вам наудачуМаленький глупый вопрос,Ах, но боюсь, что заплачуГорько и больно, без слёз!Впрочем, не буду стыдливым, —Тон мой нелепый знаком:Не показались цветы вамБелым надгробным венком?Сердце молчит не без цели, —В нём погребальный хорал?..Боже, как вы побледнели…Видите: я угадал!
«Но если старое вам кажется ничтожным…»
Но если старое вам кажется ничтожным,Пусть будет новое и светлым, и большим.Так сказка детская с ее эффектом ложнымУходит в прошлое; но мы тогда грешим!..
«Скучный, ненужный и бледный портрет…»
Скучный, ненужный и бледный портрет:Смяты и порваны вещие нити,Жило, но умерло; было, и — нет…— О, не глядите!
«Спи, мой лучик, спи, голубка…»
Спи, мой лучик, спи, голубка,Баю — баюшки — баю…Счастье наше, верь, не хрупко:Жить не век в чужом краю.Мы — в нзгнаньи. Я виною,Я сгубил твой нежный сон…Ты томишься здесь со мною,А в Москве — пасхальный звон!Как давно родная крошкаНе видала русских нив…Подожди чуть-чуть, немножко…Ах, я сам не терпелив!Все слова, я знаю, немы,Но забудь свой детский страх!Слушай: хоть и на земле мы,Но земля — на небесах.Не случайно был я встреченНа твоём больном пути.Миг — любовь, но миг тот — вечен,А поэтому — прости…Люди, что вы так грустите?Время — морок, Смерти — нет;Всюду жизни светлой нити,Божьей лаской мир согрет.Не напрасны, не без целиДумы, слёзы, кровь и труд:Всходы старые сгорели, —Всходы новые взойдут…Не забылась? — Спи, мой лучик;Сам истерзан я тюрьмой.Не ломай озябших ручек, —Скоро в путь — туда, домой…Мы вернемся к милой маме,Будем снова на Руси…Сжалься, Господи, над нами:Нас и родину спаси!
«Вы были только маленьким сюжетом…»
Вы были только маленьким сюжетомДля летних песен, поводом для грёз.Страдал и пел, — что значит: был поэтом.Потом — конец, и вихрь меня унёс!Я пошутил: игра была опаснаИ для меня, поверьте, и для вас.Вам всё равно? Не больно? — И прекрасно;Но, Боже мой, как мне смешно сейчас!Нет, нет: не верь! — Любил, люблю, скрывая,Чтоб не смутить души твоей опять. —За то, что смел изгнать себя из Рая,Умру без слов, чтоб более не лгать!
«Как хорошо родная песня льётся!..»
К — ы м.
К —
ы м.Как хорошо родная песня льётся! —Я вижу в полусне родимые поля,Звенит ведро в час утра близ колодца,И дышит вся в цветах чуть влажная земля…Церковный звон и тихие могилы,Размашистых цепов на ниве бодрый стукИ нежный взгляд такой глубокий, милый —Напомнил разом всё мне русской песни звук.России нет! мелькнувши тучкой синей,Исчез мой чудный край, — он больше мне не зрим.И плачу я под песню на чужбине,Как узник-сирота, как вечный пилигрим.
«Я — маленькая Таня…»
Я — маленькая Таня,Семнадцатый мне год;Нашли меня крестьянеВесною у ворот.Кто папа мне, кто мама,То знает Бог один:Быть может, это — дамаИ знатный господин.Живу у старика яНа пчельнике в саду,Как девочка простая,Привычная к труду.Где светится зигзагомРодимая река,Брожу я по оврагам,Глядя на облака.Милей всего мне ниваДа наш угрюмый пруд.Болтают, я — красива:Чай, шутят али врут…За нашею деревнейБольшой-большой пустырь,За ним, на горке — древнийЗабытый монастырь.Святая там ЦарицаВ ограде над ключам.До слёз люблю молиться,Не ведая о чём.На Лик Ее знакомыйГляжу, и грустно мне. —А милый далеко мой,В неведомой стране.Ночь каждую мне снитсяТаким, какой ушёл.Небесная Царица,Спаси его от зол!Его сама прогнала, —Как плакали мы с ним:Казалось мне, что малоОн мною был любим.Теперь всё поняла я,Хотела бы вернуть,Да как — сама не знаю,И ноет-ноет грудь!Прости меня, о, Боже,Совсем я молода;Вернется он, быть может, —Я буду ждать года…Коль нет, пойду в черницыАль брошусь я в реку:Мне страшный грех проститсяЗа лютую тоску!..Ему, знать, не чета я,И нам дороги нет:Я — девочка простая,А милый мой — поэт…
«Я сгораю на чужбине…»
Я сгораю на чужбине;Гаснет жизни скучный сон.Ты прислала крестик синий, —Будет мне для похорон.Крестик, пишешь, береги ты:Я прижал его к губамИ, как знак любви разбитой,В небе Богу передам.
«Глянул в круглое окно я…»
Глянул в круглое окно яСквозь просвет гардины;За ночь стало все другое:Зимняя картина.Поле дремлет в белых красках,Каркают вороны,Дети мчатся на салазкахС горок под уклоны:Пышут жаром губы, щёки,Словно в поле маки;Там забрались в снег глубокийРезвые собаки.Всё сверкает белизноюТак, что глазу больно,А над белой пеленоюБлещет колокольня.Луч играет на гардине.Холодно? — Не знаю. —Так приснилась на чужбинеРодина святая.
«Весь мир — фантом и морок…»
Весь мир — фантом и морок,И холод жутких встреч.Жди Вечности, будь зорок,Не дай себя увлечь.Душа горит от злобы,Мечту свою я сжёгИ, кажется, кого быЕщё любить я мог…На небе, в сердце — тучи;Погасла солнца медь. —Кому любовь наскучит.Обязан умереть…Всё было, всё знакомо,И прошлого не жаль,И в мареве фантома —Надзвёздная печаль…