Богиня мщения
Шрифт:
И тут ему подвернулась Винус. Хорхе было только девятнадцать (Винус думала, что — двадцать), но опыт жизни на улицах подсказывал ему, что эта роскошная платиновая блондинка — его шанс добиться успеха. Как именно он должен действовать, Хорхе пока не решил. Одно он знал твердо: ему необходимо сделать что-то, чтобы укрепить их связь.
Для этого у него был целый уик-энд. Не так уж мало, если разобраться.
Пытаясь взять себя в руки, Макс вошла в лифт, который поднял ее на нужный этаж. Гарри и Пако задержались внизу — они зашли в аптеку, чтобы купить… Да черт их разберет, что им вдруг понадобилось, этим двум голубкам.
Бетти сидела на своем месте за конторкой, и Макс порывисто обняла ее.
— Куки приехала? — спросила она.
Бетти кивнула, но в ее внимательных глазах сверкнул неодобрительный огонек.
— Приехала. С новым бойфрендом.
— Я знаю. Это Фрэнки. — Макс кивнула с умным видом. — Куки повезло.
— На мой взгляд, этот парень староват для твоей подружки, — заметила Бетти. — И к тому же он очень себе на уме.
— Ну, ты же знаешь Куки!.. — рассмеялась Макс, хватая с конторки пригоршню конфет «Эм-энд-Эмс». — Пусть уж лучше у нее будет Фрэнки, чем десяток случайных знакомых, которых она будет таскать сюда каждый вечер.
— Мне никогда не нравилось, как ведет себя эта девчонка. — Бетти неодобрительно покачала головой. — Интересно, кто ее воспитывал и куда смотрят ее родители?
— Ты отлично знаешь, куда они смотрят, — нетерпеливо перебила Макс. — Я тебе уже говорила… И никто ее не воспитывал, так что имеем то, что имеем. Кстати, будь готова: Гарри тоже приволок с собой приятеля. Они вот-вот поднимутся.
Брови Бетти поползли вверх.
— Приятеля?.. Это в каком смысле?
— В хорошем, Бетти, в хорошем… — рассмеялась Макс. — Не притворяйся, тебе прекрасно известно, что Гарри — гей.
— Вот как?
— Да, вот так. И не надо меня дразнить, милая Бетти. Лучше пожалей меня, ведь завтра — мой день рождения, а я буду на нем одна. У всех моих друзей есть приятели, а у меня — нет. Здорово, да?..
— Не переживай, дорогая. Все образуется, и ты прекрасно проведешь время, — ответила Бетти, думая о Тузе, который специально приехал из своей глуши, чтобы сделать Макс сюрприз.
— Хорошо бы… И все равно спасибо, Бет. — Макс вздохнула и двинулась по коридору к своему номеру. Там она вставила магнитную карточку-ключ в замок и толкнула дверь.
— Привет! — выкрикнул Туз, бросаясь ей навстречу. — С днем рождения, Макс! С восемнадцатилетием!
Глава 32
Арман был оскорблен до глубины души. Его вышвырнули из отеля. Еще никогда с ним не случалось ничего подобного. Когда Фуад сообщил, что их выселяют, Арман сначала не поверил — он просто не представлял, что подобное может случиться на самом деле. Но когда к нему в президентский люкс явились четверо крепких охранников, чтобы сопроводить к выходу, Арман наконец осознал, что все это происходит в действительности.
Его ярости не было предела. Бороться с охранниками он не стал ввиду их численного перевеса, но в выражениях Арман не стеснялся. Он бранился на чем свет стоит, угрожал выгнать всех, как только станет владельцем отеля, и даже заставил Фуада записать фамилии охранников, посыльных, горничных и носильщиков, которые собирали его вещи, чтобы вынести следом за ним. Их он поклялся уволить без выходного пособия в самое ближайшее время и даже обеспечить каждому «волчий билет».
От
Фуад заранее позаботился о том, чтобы внизу Армана ждал лимузин. Он был уверен, что из отеля они сразу отправятся в аэропорт, и даже послал Пегги эсэмэску, в которой предупреждал, что в ближайшее время за ней заедут. Но у Армана были другие планы.
— Ты действительно думаешь, что после такого оскорбления я смогу вернуться в Нью-Йорк? — рявкнул он, когда Фуад смиренно поинтересовался, что они будут делать дальше. — Не надейся. Пусть другие поджимают хвост и танцуют перед этой сукой на задних лапках! Я добьюсь своего, слышишь?! Она еще пожалеет, что вообще родилась на свет.
— Но, может быть, лучше… — начал было Фуад.
— Никаких «но»!.. — Арман окончательно рассвирепел. — Я уничтожу эту Сантанджело, но прежде она сама отдаст мне отель. Ты просто дурак, Фуад, если думаешь, что я отступлюсь от своего! Особенно теперь.
«Да, — подумал Фуад. — Действительно, только дурак будет столько лет терпеть оскорбления и унизительные приказы. Но теперь — кончено. Как говорится, пора и честь знать».
— Сними для меня номер в «Кавендише», — распорядился Арман. — Мне нужно лучшее, что у них найдется. И выслушай внимательно, что я тебе скажу, потому что повторять я не буду… — Он сделал паузу, которая показалась Фуаду достаточно зловещей. — Мы не уедем из Вегаса до тех пор, пока я не стану официальным хозяином «Ключей». Этой шлюхе Сантанджело меня не одолеть. Если она попробует сопротивляться — тем лучше. Я сделаю так, что она умрет. Ты понял меня, Фуад? Она умрет в любом случае.
Много лет назад Пегги приняла решение: если она узнает, кто настоящий отец Армана, она ничего никому не скажет, и в первую очередь — самому Арману. В Акрамшахре его считали законным сыном эмира, и Пегги такое положение дел вполне устраивало. Если бы вдруг выяснилось, что отцом Армана был другой мужчина, последствия могли оказаться очень серьезными, и в первую очередь для нее самой. Кто знает, как поведет себя эмир? Законы Акрамшахра в отношении блудниц были весьма суровы — таких женщин публично побивали камнями; в лучшем случае уличенная в прелюбодеянии женщина могла угодить в тюрьму на несколько десятков лет.
Пегги, однако, возвращаться в Акрамшахр не собиралась. Хватит с нее восточной экзотики. Жизнь в Америке ее более чем устраивала. Вот если бы еще подцепить подходящего мужчину… Немного удачи — и она устроится так, что прочим охотницам за счастьем останется только завидовать.
Вегас в этом отношении был местом благодатным, и не беда, что ей уже за шестьдесят. В Нью-Йорке выбор был не в пример беднее. Конечно, и там попадались обеспеченные мужчины ее возраста, однако они, хотя и принимали «Виагру» горстями, предпочитали тридцатилетних, в крайнем случае — сорокалетних женщин. Нет, только в Вегасе, а точнее — в его многочисленных казино, где любили проводить время люди по-настоящему состоятельные и солидные, можно было надеяться, что кто-то из игроков по достоинству оценит рыжеволосую красавицу в самом расцвете… Нет, не молодости, конечно. Просто в расцвете.