Боги Стикса
Шрифт:
Шпилька окончательно растерялась.
— Бери, говорю, — надавила на неё Барракуда. — Зуб даю, не одну жизнь она тебе сэкономит. И вот ещё.
На стол лёг пистолет в кобуре и обычный целлофановый пакет чёрного цвета.
— Беретта, девять миллиметров. Самая обычная, без модификаторов и без возможности их установки. Хочешь — пользуйся. Не хочешь — продай и купи себе что-нибудь ещё. Тоже Крабу принадлежала. Тут, — пальцем указала Барракуда на пакет, — спораны. Что-то около пятисот штук. Двести — твоя доля, остальные в качестве ещё одного извинения
Уговаривать трижды Шпильку не пришлось. Она подпоясалась ножнами, вытянула из них саблю, покрутила — в руку клинок лёг как влитой. Старательно отмахнулась от воспоминаний о «старшей» — та тоже когда-то ей помогла и оставила пару жизненно необходимых подарков. А потом превратилась в безумное чудовище…
Мысленно пожелав Барракуде оставаться собой, Шпилька убрала саблю обратно в ножны. Прицепила кобуру, проверила, как выходит пистолет, щёлкнула обоймой, проверяя патроны.
— Я не знаю, как тебя благодарить… — начала она.
— А никак, — ухмыльнулась Барракуда. — Выживи и останься на свободе. Я давно уже не при делах, но поверь — таким, как мы, на Континенте сделать это ой как непросто. И удачи в поисках твоего друга.
Глава 43
Плюсы и минусы бытия моральным уродом
Пять минут растянулись на целых пятнадцать, в течение которых Шайтан просто не смог заставить себя встать. Наконец, бросил эту затею и попросту подполз к «Штайну». Развернулся к трупу спиной и принялся шарить по карманам. Ему повезло — искомое оказалось в наличии. Выщелкнув лезвие мультитула, перерезал путы, с наслаждением растёр опухшие запястья.
Потом долго вытирал с лица кровь рубашкой, доставшейся от убитого торговца оружием. Ссадины, понятное дело, всё равно его выдадут, но Шайтан уже успел придумать, чем их оправдает. Дальше дело оставалось за малым.
Оттащив труп «Штайна» к стене, Шайтан с некоторой брезгливостью принялся его раздевать. Снял даже наручные часы, оставил только исподнее. Сам принялся раздеваться.
Одежда двойника ожидаемо села на майора, как влитая. Своя, рваная, грязная и окровавленная, так же отлично села на двойника. Оставалось только чуть подрихтовать труп, чтоб окровавленная рубашка смотрелась гармонично с посиневшим лицом.
Вооружившись кастетом, Шайтан принялся за дело.
— Нет смысла, — тихо подсказал Жнец. — Труп минут через пять-десять превратится в труху.
— Особенность Континента? — догадался Шайтан. — Тем проще.
Кастет был сразу убран в карман — настоящий Штайн такие игрушки с собой никогда не носил и не пользовался, но в нынешней ситуации может и пригодиться. Разрезанные путы майор носком ботинка отшвырнул ближе к трупу. Помог освободиться Жнецу, убрал мультитул. Оправил китель, подражая двойнику, сложил руки за спиной и поморщился от пронзившей
— Ну как?
— Как после пьяной драки, на которую ты каким-то образом не забыл взять сменную одежду, — ухмыльнулся Жнец.
Он сам, кстати, уже выглядел уже намного лучше, чем каких-то полчаса назад.
— На него свалю, — кивнул на труп двойника Шайтан.
И решительно направился к выходу.
Дверь бункера, к его удивлению, не была заперта, а за ней царила ночная темнота. Шайтан приготовился к объяснениям с охраной, но снаружи никого не обнаружилось.
Ах да, «Штайн» же говорил, что всех отпустил. Охренеть самоуверенность! Надо взять на заметку и вести себя так же.
Снова оправив китель, Шайтан зашагал по направлению к палаткам. Ориентир держал на свет мелькающих то тут, то там налобных фонариков.
— Доброго вечера, герр майор, — поприветствовали его у крайней палатки.
Шайтан, приостановившись, кивнул и двинулся дальше. Судя по тому, что разговор, стихший при его приближении, возобновился — его реакция на приветствие была вполне нормальной.
Таким образом майор обошёл весь лагерь, мысленно подсчитывая количество личного состава. Возле фуры и пикапа его снова поприветствовали, на этот раз — двое солдат, явно стоящих в карауле. Шайтан кивнул и вознамерился было двинуться дальше, но один из караульных вдруг решил продолжить разговор.
— Герр майор, разрешите поинтересоваться?
Шайтан остановился, смерил караульного долгим изучающим взглядом и снова кивнул:
— Разрешаю.
— Как там пленники, герр майор? Удалось узнать, кто они такие? Тот, который пытался себя за вас выдать, действительно очень похож, даже манера речи точно такая же, как у вас. Герр майор, если бы вы не командовали лагерем, я бы точно бы ему поверил. Может, следует доложить в штаб?
Шайтан нахмурился. Постоял немного, сверля караульного взглядом, потом вызвал инфопанель над его головой.
Ну да, ну да, всё тот же Миллер. Любопытная, мать его, Варвара! Оторвать, что ли, нос, что точнее соответствовал этой русской поговорке? А заодно и яйца — уже для полной идентичности.
Шайтан едва сдержался, чтоб не ухмыльнуться. А караульный воспринял затянувшееся молчание по-своему.
— Герр майор, простите, не моё дело.
— Не твоё, — наконец, решил заговорить Шайтан. — Особенно в свете того, что ты не можешь отличить подделку от оригинала. Хочешь знать, в чём разница?
Тон Шайтан выбрал довольно угрожающий, так что караульный заметно съёжился.
— Простите, герр. Виноват…
— А разница в том, Миллер, что твой герр майор никогда не стал бы, будучи пленником, разговаривать с таким тупицей, как ты! — вошёл в раж Шайтан. — Не назвал бы тебе своё настоящее имя! Не попался бы так тупо! И, уж тем более, не стал бы лезть в лагерь, где в этот момент находится тот, кого он должен незаметно прикопать за лесочком и занять его место! Понимаете, Миллер? А возможные последствия вашей глупости осознаёте, а?