Богатство
Шрифт:
А я осталась дальше страдать от мук совести. Но теперь я терзала себя другими мыслями. А что если Гирем решил, что это для меня статус важнее него? А вдруг он мне, правда, важнее? Я ведь думала об этом. Тогда, в самом начале… Да, и на его вопрос я так и не ответила…
Весь день у меня все валилось из рук. И даже новости о том, что с раннего утра аристократы забронировали столики на две недели вперед, не радовали. Как и документы о создании гильдии промышленников, которые мне принесли вскоре после ухода Гирема. Я держала в руках долгожданные распоряжения о назначении меня главой, но не чувствовала никакой
— Мам, можно? — в кабинет заглянула Анни и, получив разрешение, подбежала ко мне и взобралась на колени. Обняла, заглянула в глаза и заявила, — я тебя люблю. Ты моя мама. И я не хочу другую.
— Анни, — выдохнула я, чувствуя, как мгновенно намокли ресницы, бросила бумаги, которые все еще держала в руках и обняла ребенка, — доченька….
Мы замерли.
Это было именно то, что мне нужно. Держа в объятиях дочь, я отчетливо поняла, что ничего кардинально не изменилось. Я просто придумаю, как обмануть всех еще раз. И герцога Форента. И Третьего советника. Я не знаю, чего они хотят, но они совершенно точно этого не получат.
А Гирем… ну, я же знала, что он связан с Третьим советником и его сыном. С чего я решила, что его побег что-то изменил? Возможно, они просто договорились… Словно читая мои мысли, Анни зашептала мне в ухо:
— Мама, камешек сказал, что дядя Гирем хороший. Глупый, но хороший… и он всех нас любит.
Это прозвучало так забавно, что я не выдержала и рассмеялась. И сразу как-то стало легче. Отпустило. Мы еще немного пообнимались с дочкой, потом Анни убежала, а я, наконец-то, смогла заняться делами.
Гильдейские документы я изучила внимательно. Вроде все было верно. Но, чтобы быть абсолютно уверенной, решила обратиться к господину Элдию. Уж этот старик на таких документах собаку съел. Если где-то есть подвох, который устроил мне барон Грац, то он его найдет. Я в этом уверена.
Старик по обыкновению сидел у небольшого камина в гостиной. Ему полюбилось это место, и он проводил там почти весь день. Жил господин Элдий тоже на первом этаже, в комнате рядом с кухней, в которой обычно живет прислуга. Я пыталась поселить его наверху, в гостевой комнате, рядом с лекарем Алисом, но вредный дед отказался. Сказал, что у печки теплее, а его старые косточки не переносят сквозняки и сырость.
— Господин Элдий, — отвлекла я бывшего гильдейского секретаря от созерцания пламени в камине, — мне нужна ваша помощь. Если вы не против, то я попросила бы вас ознакомиться с этими документами. Все ли здесь правильно?
Он медленно повернул голову, хмуро взглянул на меня из-под насупленных бровей, недовольно пожевал губами и заявил таким тоном, словно я попросила у него отказаться от одной почки:
— Что там за документы? — Я уже хотела уйти. Не собиралась навязываться. Но старик совершенно неожиданно, молниеносным движением вырвал листки у меня из рук и, прищурив глаза, вчитался. — Так-так-так… что тут у нас, — бормотал он себе под нос, пробегая глазами по строчкам. — гильдия промышленников, значит. Организована… ага… обязательства… пополнение королевской казны… кто тут у нас глава… ага…
Он читал быстро, хмыкал, тер нос, чесал за ухом, невольно выдавая свое волнение. А я, тяжело вздохнув, подумала, что этот старикан с мерзким характером, скорее всего, не зря проводил все дни напролет в этом кресле, забыв
И он точно знал, что я приду к нему за помощью. И ждал. А я даже отказаться не могу, потому что у меня больше нет людей, которые могут помочь в этом деле.
Когда все листки были прочитаны, господин Элдий поднял на меня взгляд и сказал, подтверждая мои догадки:
— Ты хотела, чтобы я сказал, все ли верно? — Я кивнула. И он продолжил, — документы оформлены по всем правилам. Ты теперь глава гильдии промышленников. Не буду спрашивать, зачем тебе нужно это, — он потряс бумагами, — не слепой, не глухой, понял уже. Но без человека, который разбирается во всех нюансах гильдейский дел тебе не обойтись. Обманут, как пить дать. Гильдиями управляет народ ушлый, хитрый, местами мерзкий… тебе там трудно придется. Но я, так уж и быть, — тяжело вздохнул господин Элдий, делая вид, что я стою перед ним на коленях с умоляющим видом, — помогу тебе. Возьму на себя всю бумажную работу. Сделаешь меня своим заместителем. И мы еще всем покажем. Они думали, что извели меня? Как бы не так! — хохотнул он, — я, Еляна, тебя еще главой Дома гильий сделаю. У меня здесь, — он постучал пальцем по лбу, — компромат на каждого найдется.
— Давайте пока остановимся на том, что есть, — вздохнула я забирая документы, — господин Элдий, у меня к вам будет большая просьба. Не предпринимайте ничего не посоветовавшись со мной. Я не хочу, чтобы вы своим желанием доказать свою значимость гильдейским чинам, испортили мне будущее. Я получила эти документы про запас, пока я не собираюсь ничего предпринимать, — умолчала я о том, что у меня просто нет денег. Я в долгах, как шелках, и мне нужен год или два, чтобы с ними рассчитаться. — А на документы я попросила вас взглянуть только потому, что исправить ошибки сейчас гораздо легче, чем потом…
— Ты хочешь сказать, что тебя не интересует должность главы дома Гильдий? — нахмурился старик. — Я тебе не верю! Я не мог так ошибиться!
— Интересует, — вздохнула я. Еще один серый кардинал у меня под боком. Развелось, как тараканов. — Но не прямо сейчас. А чуть позже.
Господин Элдий недовольно хмыкнул. Его совершенно не устроил мой ответ. Кажется, он ждал, что я прямо сейчас с шашкой наголо побегу устранять всех конкурентов.
— Но сначала мне нужно, чтобы гильдия промышленников набрала силу в Грилории. Я открою мануфактуры. Соберу единомышленников, которые поверят в мои идеи и тоже захотят открыть механизированные производства. А вот потом, когда моя гильдия станет большой и сильной, мы с вами пойдем выше.
— Ты хочешь сказать, — буркнул недовольный дед и ткнул пальцем в бумаги в моей руке, — это не только для того, чтобы войти в совет глав гильдий? Ты на самом деле хочешь работающую гильдию промышленников? — Я кивнула, отвечая на оба вопроса. А господин Элдий, вместо того, чтобы поддержать меня, проворчал, — это бесполезная затея. Мануфактуры… придумала тоже… тут тебе не Абрегория… не нужно нам этого…
Я ушла. А он продолжал бубнить, жалуясь то ли камину, то ли огню в нем на бестолковую молодежь, которой лишь бы все менять. А зачем менять то, что и так хорошо работает…