Бог одержимых (сборник)

Яценко Владимир

— Ну, как знаешь, — пожал плечами незнакомец. — Обращаться ко мне будешь Захар. На вопросы отвечай быстро и коротко. Я понятно излагаю свои требования?

— Вполне, — кивнул Леонид.

— Отлично. Вопрос первый: как зовут?

— Леонид.

— Неплохо, — одобрительно кивнул Захар. — Имя девушки, фамилия, в каких вы отношениях?

— Жена, Кристина, Иванковы мы…

— Какие у вас дела с Кусинским?

— Никаких!

— Что делали у него на территории?

— Он задержал мою жену. И мне приказали за ней приехать.

— И?

— Я приехал, мы стояли на солнцепёке. Он спросил,

кто мы такие и чем занимаемся. Я ответил. Потом мы собрали свои вещи и уехали.

Захар из внутреннего кармана пиджака вынул пачку сигарет.

— Куришь? — спросил он.

— Нет.

— Молодец, — Захар сделал несколько затяжек и вернулся к прерванному разговору. — И кто же вы такие, и чем занимаетесь?

Леонид покачал головой: рутинное поручение исполкома оборачивалось кошмарной стороной.

— У нас предписание от управления земельных ресурсов Герасимова Алексея Викторовича. Маркшейдерская съёмка сильно пересечённой местности: склоны, овраги, катакомбы, заброшенный недострой… всё что угодно. Если результаты нашей новой методики им понравятся, обещали озолотить и обеспечить работой.

— Озолотить? — ухмыльнулся Захар. — А что за методика?

— Мы делаем отряды самоходных аппаратов, которые непрерывно позиционируют себя по отношению к другим аппаратам. Плюс результаты сканирования ультразвуком окружающей местности. В результате получается точная пространственная модель поверхности, по которой они движутся.

— Роботы? — нахмурился Захар, и Леонид сжался, понимая, что этому человеку известно о двух трупах в катакомбах и разбросанных вокруг тел обломках самоходки.

Но Захар спросил не о покойниках.

— И что же не понравилось Кусинскому?

— Что мы проводили испытания вблизи его полей. Боится за свой рапс. У него через две недели уборка. Опасается пожара.

Захар засмеялся.

Он засмеялся неожиданно и зло. Было слышно, как в машине несколько человек поддержали его смех, но юмор был очень далёк от Леонида. Он и не пытался понять. И не улыбнулся даже из вежливости. Просто стоял и ждал, когда сильные и удачливые в должной мере выразят свою радость и перейдут наконец к делу.

— Не парься, — сказал Захар отсмеявшись. — Просто представил себе, как запылают его плантации конопли, а ветер понесёт облака дури на посёлок. — Захар кивнул на указатель "Искин". — Представляешь, сколько народу за раз "подсядет"? Вот это бизнес!

— Почему конопли? — удивился Леонид. — У него там рапс растёт. Он сам так сказал.

— Ну, да, рапс… вперемешку с коноплёй. А чтоб один сорняк другого не давил, мы ему даже оптимальное соотношение подобрали: один к трём. И сорта специальные вывели: конопля пониже, рапс повыше, с примерно одинаковым вегетативным периодом. Перестраховщик! Кому это надо: присматриваться, что там, в десяти метрах от края поля делается?

— Он говорил, что из рапса дизтопливо гонит. Показывал экстракторы, сепараторы…

— "Говорил…" — передразнил Захар. — Работа у него такая, говорить. Главный "говорун" фермерского кодла "Крестьянский кайф". А ещё, наверняка, свою депутатскую программу спел. О том, что анашу нужно свободно в аптеках продавать. Угадал?

— Было, — кивнул Леонид. — И как-то складно…

— Разумеется, "складно", — улыбнулся Захар. — И "нужно".

Тогда при отлаженной схеме, Кусинский на следующий год всю коноплю в стране под себя возьмёт. И рапсовое прикрытие ему будет до задницы. И на севооборот ему плевать: эта зараза растёт на чём угодно и после чего угодно. А в катакомбах что ты делал, Лёня?

Переход от мирной аграрной беседы к допросу был столь стремителен, что Леонид растерялся.

— То же самое, — стараясь казаться спокойным, ответил он. — Кибермаркшейдер, апробация, у меня и направление от облисполкома есть, в машине. Могу принести, показать.

— Конечно, — кивнул Захар. — Принеси. И жену успокой. Всё в порядке, птенчики. Не за вами охота…

Леонид под равнодушными взглядами бойцов вернулся к "восьмёрке".

— Куда мы предписание положили? — спросил он у Кристины.

— Здесь, сейчас, — она схватилась за сумку ноута. — Я нарочно сюда спрятала, чтоб не потерять. А что им от нас нужно?

— На кой ляд мы им сдались? — уверенно сказал Леонид. — Мы же никто, Тинка! Босота. Пыль под ногами. Они Кусинского пасут. Оказывается, он наркодепутат. И все поля, что мы видели, наполовину коноплёй засеяны. Вот он и боится пожара. Сиди спокойно, малышка. Сейчас разберёмся и уедем.

Он вернулся к Мерседесу и отдал предписание.

Захар внимательно прочёл документ, потом несколько минут разглядывал карту предлагаемой к апробации местности.

— Кто такой Герасимов?

"Началось!" — обречённо подумал Леонид.

— Почём я знаю? Человек из кабинета.

— Но связь с ним есть?

— А как же… он сам мне полтора часа назад звонил.

— И что сказал?

— Ничего не сказал. Связи не было. Я же внизу был, в катакомбах.

— Почему не перезвонил?

— Потому что Кусинский забрал телефон жены. Вот, зараза! — Леонид всплеснул руками. — Мы же у него телефон забыли! Двадцать долларов! С ума сойти…

— Не думаю, что оно того стоит, — усмехнулся Захар. — Но со своей мобилы ты можешь ему перезвонить?

— Кому?

— Герасимову.

— Разумеется.

— Давай.

— Что?

— Звони Герасимову, — безмятежно уточнил Захар.

Леонид набрал номер. Ему ответили:

— Лёня, ты где?

— Уехал от Кусинского…

Но Захар, неожиданно легко высунувшись всем телом из окна автомобиля, выхватил трубку из его рук.

— Здравствуйте, меня зовут Павлов Захар Петрович, юрист Зиминой Ольги Степановны, ЧП "Интерша". Представьтесь, пожалуйста… приятно познакомиться. Алексей Викторович, объясните мне, почему облисполком проводит какие-то исследования вблизи наших промышленных коридоров, не поставив нас об этом в известность?.. Нет. Никакого уведомления не было. Учётом поступающей документации занимаюсь я лично. Уверяю вас, уведомления не было… что значит: "тогда не наше дело"? У нас международные договора: компост и мицелий отправляем в Россию, Румынию, Болгарию, Турцию. А ещё селекция и генетика зерновых и масличных: сорта, гибриды. А вы ведёте геодезию в коридорах, параллельных нашим лабораториям. Я же вижу по вашим схемам, что это не может быть случайностью… Обязательно, приеду, не сомневайтесь. Я этого так не оставлю. Сегодня нет. Завтра до обеда… нет, не нужно. Уверен, что найду вас, всего доброго…