Бог неудачников
Шрифт:
– Постой, – пробормотал я, – но с чего ты взяла?
Но рыжая, не дослушав меня, подхватила под локоть другую девчонку – с иссиня-черной крашеной гривой, и обе они, дружно прыснув, выбежали из студии.
–Ты куда? Подожди! – Крикнул я, но рыжая даже не обернулась.
Я понял, что мне ее все равно не догнать, а потому так и остался стоять в дверях, обтекаемый со всех сторон разгневанными женскими массами.
В кармане у меня завибрировал телефон, звук которого я отключил на время передачи. Звонил Кирилл:
– Ну, как
– Лучше некуда, – фыркнул я.
В этот момент мимо меня осторожно протиснулся мой «сын» в желтой майке.
– И ты бросаешь папочку! – желчно бросил я ему вслед.
Тот, обернувшись, развел руками:
– Я же для вашего рейтинга старался!
И на всякий случай прибавил шагу.
Глава XVI
Между прочим, «Миг удачи» с собственным участием я так и не посмотрел, хотя ассистентка Зоя потом перезвонила и сообщила дату и время эфира. Больно мне надо любоваться на свою глупую физиономию в ящике! Она мне и в зеркале надоела. А в тот колготной день сразу с телевидения отправился к Сереге. Не буду скрывать, мне хотелось поделиться с ним пережитым перед камерами, но было опасение, что он неправильно меня поймет. Сочтет за примитивное хвастовство.
Тем более что встретил меня Серега не то чтобы слишком радушно. Открыл дверь, сказал, не глядя, «А, это ты» и пошлепал назад – к компьютеру.
– Что, сроки поджимают? – поинтересовался я, скромно пристроившись на подоконнике. Другого свободного местечка в Серегином бедламе для меня просто не нашлось. Впрочем, мне ли привыкать?
– И они тоже, – набычившись, молвил Серега, после чего перевел на меня довольно мутный взгляд, – а живые классики, я вижу, не урабатываются… Кстати, с чего это ты так вырядился? На маскарад, что ли, собрался?
– Уже оттуда, – хмыкнул я. Тут только я вспомнил, что не в меру «расфранчен», а объяснять, с какой стати мне совсем не с руки. Так же как комментировать Серегины подковырки насчет живого классика, хотя они мне порядком надоели. Поэтому я их молча проглотил.
И правильно сделал, потому что Серега сразу подобрел, приволок из кухни полбутылки перцовки, две рюмки и колбасу в нарезке.
– Хоть дух перевести! – объявил он, швырнул все это добро на заваленный чем ни попадя стол и немного передвинул ноутбук, открытый на странице с тремя оборванными на полуслове сиротливыми строчками.
– Не идет? – Посочувствовал я самым подхалимским тоном.
– Даже не спрашивай! Вот где у меня все это! – Серега стукнул себя кулаком в кадык. – Сроки горят, из издательства звонят, а у меня уже буквы кончились!
– Понимаю, – поддакнул я осторожно. Уточнять, до какой степени мне самому знакомы Серегины муки, я не стал. Мы оба были напряжены. Приятель мой мог в любую минуту взорваться, а я сдетонировать. Такое с нами уже было. Потом мы полгода друг на друга дулись и с большим трудом помирились. Причем, я в отсутствие Сереги страдал больше, чем он без меня.
После первой рюмки мы оба немного
Серега положил на язык тонкое до полупрозрачности колечко колбасы и откинулся на спинку стула:
– Весной вообще плохо работается. Авитаминоз, наверное… И эта… нехватка тестостерона. Может, пора уже какую-нибудь замещающую гормонотерапию проводить, как думаешь?
– Не знаю, – пожал я плечами и тоже положил на язык колечко колбасы. Мне вдруг стало удивительно легко, а в такие моменты о чем-либо думать – преступление.
Серега, похоже, настроился на ту же волну.
– А еще, я слышал, для тестостерона нужно солнце, – протянул он мечтательно, – поэтому южные мужики могут для глубокой старости.
– Ну, да, наверное, –отозвался я лениво, – а еще – деньги.
– А вот это – в первую очередь! – с воодушевлением подхватил Серега. – По себе знаю, когда в кармане что-нибудь заведется, дефицит тестостерона ощущается меньше. Вот и представь, какие половые гиганты наши олигархи!
– С другой стороны, – не удержался я чтобы не ввернуть, – воображение в этом деле тоже немалую роль играет. Так что, нашему брату-писателю еще грех жаловаться…
Эх, и кто меня только за язык дернул поминать всуе нашу общую принадлежность к сомнительному клубу избранных! Серегу сразу как будто перемкнуло.
– Так тут все зависит от размера таланта! – Ехидно заметил он. – Сам знаешь, у кого он больше, у кого – меньше.
В воздухе снова запахло грозой, поэтому я взял на себя роль гостеприимного хозяина, о которой забыл Серега, и разлил по рюмкам перцовку:
– Давай-ка лучше еще по чуть-чуть!
Отказываться от выпивки Серега не стал, но, вопреки моим ожиданиям, с обоюдоопасной дорожки не свернул и тут же завел свою ревнивую волынку:
– Сапрыкин, ты бы хоть раскололся, о чем оно, твое замечательное произведение?
Перцовка сразу встала у меня поперек горла. Кое-как откашлявшись, я все-таки попытался увернуться от запущенного в мой огород булыжника:
– Как известно, писать можно только о двух вещах: о том, что знаешь очень хорошо, или о том, чего не знает никто. Лично я выбрал второй вариант, поэтому писал о себе.
–Так я и знал! – как мне показалось, удовлетворенно хмыкнул Серега. – А чего? Тема хорошая. В конце концов, не ты первый, не ты последний. Хотя, конечно, некоторые пишут и про других… Или другое…
Стало ясно, что с выбранной им скользкой дорожки Серега уже не свернет. Все, что мне оставалось, затаиться и наблюдать, что будет дальше. А дальше Серега стал что-то искать на своем заваленном хламом столе, и вскоре вытащил из вороха бумаг книжицу карманного формата. Мне хватило мгновения, чтобы сфотографировать ее название «Завтрак саранчи» – красными буквами по черному глянцу.
– Вот, купил тут на днях… Занятная вещица. Молодой автор. Олег Спиридонов. Не слышал про такого? – Нарочито бесстрастно молвил мой вероломный приятель.