Бог-Император
Шрифт:
— Да, — подтвердил Сергей. — Получалось, либо они, либо я… Так уж вышло.
— Где они? — напряженно спросил Илья.
— Их нет. Их никто никогда уже не найдет. Мне пришлось и этого гнома, и его сообщника столкнуть в чан с расплавленным металлом. Пш-ш-ш!.. — Волков изобразил руками облачко пара, и они содрогнулись, живо представив, как это случилось.
— И ты мне не рассказал! — с упреком воскликнула Лена. Она задним числом испугалась за Сергея. Что заметил и Илья, внимательно поглядев на нее.
— Оставим, — попросил Сергей. — Лучше посоветуйте, как мне добраться до его резиденции.
— Ты полетишь? Я тебя не
— Вынужден присоединиться к совету Лены, — сказал Илья. — Мираб готовит западню.
— Вот сам в нее и попадется, — возразил Сергей. — Я чувствую, что Мамедов многое знает о покушении на отца Николая. Если не все.
— Откуда?.. — начал Илья, но Сергей перебил его:
— Я в этом уверен. Если хотите, моя интуиция…
— Могу помочь, — вдруг сказала Лена. — Если тебе обязательно надо лететь, то возьми мою яхту.
— Вы даете ему свою яхту? — недоверчиво спросил Илья.
— Не только даю, но и сама с ним отправлюсь, — решительно объявила девушка.
— Нет, — отрубил Сергей. — За яхту спасибо, но полечу я один. Мне Мираб не страшен, а вот тобой я рисковать не намерен.
— Да по какому праву!.. — возмутилась Елена. — Моя яхта, что хочу, то и делаю!
— Тогда лети без меня.
— Нет!
— Ты останешься здесь! — настаивал Волков.
— Я лечу с тобой!
— Хватит! — остановил их Илья.
Они переглянулись.
Все, конечно, вышло так, как хотел Сергей.
Глава 11. ТЕРМОЯДЕРНЫЙ АД
Сергей улетел в темный предрассветный час, ни с кем не прощаясь. Правда, он мысленно помахал рукой тем неясным фигурам, что стояли где-то, устремив глаза в небо, зная или только угадывая путь его яхты.
Волкову понадобились сутки на то, чтобы ознакомиться с устройством и управлением яхты, наметить примерный план действия, и отговорить, Лену лететь с ним вместе.
Яхта оказалась чудом инженерной мысли, примером того, что может сотворить человеческий гений, силы которого направлены на создание удобства для отдельно взятого человека. Этот маленький космический корабль, названный «Мечтой», и в самом деле являлся материализованными грезами человека, желающего путешествовать в одиночку или с небольшой группой гостей.
Со стороны «Мечта» напоминал эллипсоид, а постоянно действующее защитное поле создавало аналогию с непрерывно струящейся поверхностью. Казалось, этот небольшой, вмещающий от силы десять-пятнадцать человек корабль омывал постоянный поток водных струй. Поверхность словно бы стекала, непрерывно и незаметно для глаза меняя форму.
Внутри иллюзия изменчивости сохранялась. Это объяснялось тем, что тысячи сенсорных датчиков мгновенно реагировали на скрытые и явные желания пассажиров, тут же принимаясь изменять стены, пол, потолок, а также цвет поверхностей, мебели, самого воздуха.
Конечно, Лена показала в полной мере свою любовь к нему. То, что она с такой легкостью передала Сергею одну из самых роскошнейших яхт в Империи, его поразило. И заставляло задуматься.
Он понял, что до сих пор в отношение к ней примешивалась память о тех месяцах в ином мире, когда она была поражена любовью к кнехту — воспоминание, причинявшее боль и удивление. Как могло такое случиться? А если и было, то не является ли любая привязанность случайной, основанной на приоритете. Он не
Нет, такого просто не могло бы быть.
Когда яхта находилась уже в стратосфере, Сергей увидел пожелтевшее на востоке небо. Он словно бы одиноко висел над поверхностью планеты — без костюма, скафандра или корабля, — изображение экранов было настолько совершенно, что глаз не замечал подмены. По небу между тем ползло несколько тучек, и звезды, все еще цепляющиеся за выцветшее ночное небо, напоминали ему капли росы.
На «Мечте» оказалась богатейшая библиотека учебных гипнограмм, и те несколько часов, что еще до взлета ему удалось утаить от Лены, он посвятил обучению. Теперь, взлетая, он намечал план на те двое суток бортового времени, что он вынужден будет провести в полете.
Подчиняясь приказам голоса, яхта разгонялась, пока время и пространство не прекратились для его личного восприятия. Он преодолевал путь, измеряемый тысячами световых лет.
Перед полетом Лена, убежденная Сергеем остаться дома, дала ему в дорогу целый арсенал всяческих приспособлений, которые могли, с ее точки зрения, обеспечить ему безопасность. Разобравшись с подарком, Волков понял, что это как раз то, что ему сейчас нужно.
В медицинском отсеке, обезболив себя уколом, Сергей рассек кожу под ногтями левой руки и подсадил в ранки лазерные кристаллы и несколько пьезоэлектрических микробатарей. Закрыв разрезы, полтора часа держал руку в аппарате ускоренной регенерации. Внешне ничего не было заметно. Если понадобится этим воспользоваться, боль будет мгновенной и, возможно, один-два ногтя испарятся, но зато, стоит ему теперь вытянуть напряженно сжатые вместе пальцы — из кристаллов вырвется луч, способный пробить метровую бериллиевую плиту.
Внутренне посмеиваясь, а возможно, просто из детского желания поиграть в войну, Сергей подготовил еще несколько сюрпризов своему противнику. Например, замаскировал в волосах полутораметровой длины нить, молекулярные связи которой были усилены настолько, что ею можно было без труда перерезать руку, ногу или шею гипотетического врага.
Остановился Сергей лишь после того, как вживил в себя ген, позволяющий телу почти мгновенно (правда, с огромными затратами энергии) мимикрировать в «ситуациях, угрожающих целостности организма», как было сказано в сверхсекретной инструкции к препарату, неведомо как приобретенному Леной.
В общем, Волков готовился к этой встрече основательно.
Потом послышался гул, перешедший в визг, звезды вдруг посыпались огненным дождем и неподвижно залили обзорные экраны. Одна из них, особенно яркая, повисла впереди.
Теперь яхта двигалась в обычном режиме, и два часа спустя Сергей уже рассматривал свое местоназначение — опаловую планету со сверкающими на солнце морями, множеством заливов, островов, фиордов, буйной растительностью на двух тропических континентах, с прохладными лесами и многочисленными озерами на трех континентах в умеренной зоне. Здесь не было очень высоких гор, но присутствовало большое количество холмов, разделенных семью небольшими пустынями — как видно, для сохранения разнообразия. Была здесь и длинная, извилистая река в половину континента. Планета чем-то смутно напоминала (хотя и в произвольном исполнении), древнюю Землю, впрочем, Сергей не мог понять, чем.