Боевой эксперимент
Шрифт:
– Тогда почему бы вам не перехватить его самим? – негр взмахнул рукой. – Зря, что ли, здесь постоянно ходят ваши военные корабли?
Несколько секунд белый размышлял над чем-то. При этом в глазах его явно читалось желание придушить несговорчивого собеседника прямо тут же, сейчас.
Однако тот ни капельки европейца не боялся. Предводитель одной из самых крупных и удачливых на здешнем побережье банды пиратов чувствовал себя в этом гостиничном номере полностью защищенным. За дверью, в коридоре и холле, постоянно болтались его люди – человек пятнадцать, не меньше. С оружием – «президентская
Ну, а что предводитель пиратов внешне не похож на Джека Воробья… Так, опять же, времена другие. И к тому же предводитель не стоит у штурвала брига или каравеллы. Он, знаете ли, сидит в офисе, дебет с кредитом сводит. Оружие покупает, горючее, боеприпасы… Людям своим зарплату платит. Информацию собирает полезную. Как в этот момент, к примеру.
– Мне не нужна такая сделка! – уверенно заявил пират. – Конечно, за тебя просили очень серьезные люди… Но мне не хотелось бы попасть в какую-нибудь неприятную историю. Поэтому давай сделаем так – мы с тобой расходимся. Никаких обид и неисполненных обязательств между нами нет, поэтому…
– Хорошо! – перебил разговорившегося пирата европеец. – Я не считаю, что это хорошая мысль, но, если ты настаиваешь, объясню. Нам не нужен груз. Мы и так знаем, что там. Нам нужен тот, кто придет его выкупать.
– Так-так, – заинтересовался негр. – То есть ты хочешь, чтобы мы захватили это судно?..
– …И на какое-то время задержали его у себя, здесь. – Европеец ткнул рукой в окно, в сторону порта. – А потом, когда к вам обратятся с предложением выкупа, вы сдадите нам того человека, от которого будет исходить предложение.
– Подожди, – опять взмахнул руками пират. – Но если мы его вам отдадим, то не получим своих денег!
– Получите, – отрезал европеец. – В саму сделку мы не полезем. Вы свои деньги получите сполна. Я не буду тебе рассказывать, как там будет и что. Но дальнейшие события станут разворачиваться далеко отсюда и без вашего участия.
– Так-так, – пират задумался. – Если ты знаешь, что там за груз… Сколько мы можем запросить, чтобы получить наверняка?
– Я думаю так, что два миллиона – это будет нормально, – после секундного размышления сказал европеец. – Они смогут их выплатить.
Негр с задумчивым видом прошелся по комнате, потоптался перед окном. Без особой на то необходимости поправил узел галстука. Потом обернулся к европейцу:
– Ну, что же… Должен сказать, деньги неплохие… Но ведь мы помогаем вам? Правильно?
– Чего еще тебе надо? – устало спросил собеседник пирата.
– Раз мы оказываем вам услугу, значит, неплохо было бы и вам не остаться в стороне, а дать нам что-нибудь… – хитро ухмыльнулся пустившийся в торговлю негр.
– Так мы и даем, – теперь и белый улыбался в ответ. – Вы уже получаете очень, очень много!
– И что же?
– Пока вы делаете то, что мы вам говорим, наш флот сюда не придет… – Европеец вроде бы и улыбался, но только сейчас он как-то вдруг разительно изменился. Ничего не осталось от недавней расслабленности и усталости, да и его улыбка больше была похожа на оскал хищника. –
Пират отступил на пару шагов, покачал головой. Улыбка сразу же исчезла с его лица. Все было более чем понятно – шутки кончились. То, что сейчас произнес европеец, не было даже намеком. Это была прямая угроза. И главарю пиратов надо было бы возмутиться, стать в позу… Но только он не стал этого делать, а спросил серьезным деловым тоном:
– Как название судна?
– «Королева грёз», – ответил европеец.
5
Город Артема поразил. Как там, в «Бриллиантовой руке»?.. «Англия – страна контрастов», кажется?.. Так вот, столица этого уже давно не существующего государства тоже… город контрастов, блин. Вроде бы на первый взгляд современный полис. Так же как и везде – многоэтажные дома, бары, отели… Но все это соседствовало с немалыми кучами мусора. Аборигены отличались некоторым инфантилизмом и непосредственностью в вопросах санитарии, и городские службы, малюсенькие и плохо оплачиваемые, не в состоянии были справиться с очисткой улиц от мусора.
Довольно много машин. Так же как и в Афганистане, здесь популярны японские внедорожники разной степени «свежести». Есть старенькие, совсем уже убитые, непонятно как перемещающиеся. Есть поновее. Вон хотя бы как тот «крузак» у гостиницы. Рядом с ним – еще несколько, но уже постарше. И вокруг них толкутся местные. Одеты как попало – яркие шорты, майки, какие-то панамы и шляпы. Оборванцы – иначе не скажешь. Зато у каждого автомат. И вообще, в городе очень много оружия. Может, даже больше, чем мусора.
Впрочем, что тут удивительного? Насколько знал Артем, страна уже почти двадцать лет находится в состоянии гражданской войны. Точнее, страны нет. Есть кучка анклавов, в каждом свой собственный царь или князь, свои законы – ну, или представления о них. По сути, страна поделена на сферы влияния многочисленными бандами. С одной стороны – лакомый кусочек для внешнего агрессора. Вводи войска и последовательно, район за районом, область за областью бери территорию, уничтожая местечковых вождей и расставляя на их места своих, как это принято было говорить раньше, «марионеток». С другой стороны – а кому это, простите, нужно? Полезных ископаемых тут нет. Нефти, газа, золота, редкоземов – ничего. Зато масса голодных аборигенов, которых надо не только привести к повиновению, но и накормить. И полностью разрушенная за годы безвластия инфраструктура, которую придется восстанавливать и поддерживать оккупационным властям. Получается, что прибыли никакой при максимальных затратах…
Насколько Артем знал, американцы уже как-то пытались установить здесь демократию. Конечно, в своем представлении. И потерпели сокрушительное поражение. Потери в людях, в технике… Плюнули – и ушли. Однако свое присутствие сохранили. Хотя бы через компанию JWS, занимавшуюся охраной алмазного прииска. Вот только Рождественский никогда не слышал о том, чтобы эта африканская страна славилась своими алмазами…
– И какого черта мы тут делаем? – вслух спросил Артем сам у себя. Слишком уж много непонятного, необъяснимого происходило вокруг него в последнее время.