Боец 4: лихие 90-е
Шрифт:
— Приветствую, коллеги, — сказал я. — Получил вызов, — указал на дверь.
— Да-да, входите, — позволила Алина.
Шеф сидел за столом, с явным удовольствием просматривал готовые афиши.
— Входи, входи, — очень живо воскликнул он. — Смотри!
Я взглянул — ну, надо сказать, плакат на самом деле вышел отлично, Руслан свою работу сделал на пять. И даже с плюсом. Эффектно, броска, такие развесить — никто мимо не пройдет!
— Здорово, — искренне похвалил я. — Руслан молодец.
— Да, в этом плане дело знает. Но и тебя должен поощрить. Конференция — блеск как получилась! Все знают, я редко кого хвалю,
Он вынул из стола заранее приготовленную пачку банкнот, не ахти какую толстую, шваркнул передо мной:
— Заработал. Ко мне вопросы есть?
— Есть.
Глава 23
— Ну? — ухмыльнулся шеф. Мне показалось, что он догадался, о чем я хочу спросить. Ну, догадался и догадался, вопроса это не снимает.
Я постарался тщательнее подобрать слова:
— Если я выступил так удачно, то благодаря внезапности с этим Фантомасом. Это что за такие загадки Вселенной?
Тут шеф даже позволил себе коротко рассмеяться.
Вообще я заметил, что он в целом как-то стал относиться ко мне заметно более по-человечески. Да, как начальник к подчиненному, но как к советнику, что ли, а не просто исполнителю. Демонстративное же показное хамство исчезло совсем, и напротив, явилось даже некое благодушие. Должно быть, он убедился, что со мной можно делать серьезные дела. Что я не подведу. Вот и сейчас заговорил почти по-приятельски, потому что там где серьезные дела, там и есть шеф.
— Ну да, — сказал он, — это мой сценарий. Как сейчас говорят?.. Перформанс!
Он явно увлекся. Вынул початую бутылку коньяка:
— Будешь? Или за рулем?
— Нет. Не в руле дело. Соревнования, режим. Ни грамма спирта, потому что если разок дашь слабину, то в бою аукнется.
— Ну, это верно, — сказал он без улыбки. — А я накачу малость для хорошего настроения.
И накатил, и даже не такую уж малость. И не закусил, только сильно подышал. Лицо побагровело.
— Так что там с Фантомасом? — осторожно напомнил я.
— А! Так я эту хрень в Париже купил. Маску. Честно, сам не знаю зачем. Зашел в какую-то сувенирную лавку на Монмартре, увидел. Вспомнил фильм, то есть даже не столько сам фильм, сколько ажиотаж вокруг. Что творилось тогда, когда он в кинотеатрах шел! Ты помнишь?
— Не очень.
— Ну да, по возрасту ты вряд ли… Ну, короче, нахлынуло, купил. А так-то она, эта зеленая башка, мне ни к чему. Лежала и лежала. И тут вдруг вспомнил, и даже не вспомнил!..
Вадим Антонович разгорячился, вдохновился. Объяснил: не то, чтобы вспомнил, а почти приснилось — лежал, засыпал, и как картинка всплыло то, что когда-то не то читал, не то кино смотрел: как во времена Ивана Поддубного и ему подобных легендарных борцов тоже состязания проводились в цирках, и вот организаторы пускались на такие трюки: вдруг на арену выходил мощный незнакомец в маске (красной, черной…), просил включить его инкогнито в число участников, начинал побеждать всех… и весь город сходил с ума, пытаясь разгадать, кто же эта Красная Маска?! Ну и естественно, аншлаг, публика валом валит, администрация, потирая руки, считает барыши…
—…между прочим, —
Естественно, я спросил — кто он, и почему его сунули в пару ко мне? Узнал, что парень — спортсмен среднего уровня, дзюдоист, высмотрел его сам шеф, уговорил участвовать, естественно, соблазнив деньгами. А почему ко мне — да по нашему главному принципу, по весовой категории, как раз он в моей.
— Так он же как соперник мне в подметки не годится?.. Я не хвалюсь, говорю по факту.
Ну и в маске биться — история так себе, хотя конечно правилами это не запрещено. На заре ММА многие выходили в том же кимоно, полагая, что в нем гораздо лучше будут себя чувствовать, привычнее что ли. Правда редко когда такой подход давал приемлемые результаты. Противник то никакого кимоно не надевал.
— Ну, жеребьевка есть жеребьевка, — уклончиво ответил шеф. — Будем считать, что тебе повезло. Не прельщает легкая победа?.. Так потом достанутся трудные соперники, вообще не вопрос. И потом, не говори «гоп», пока не перепрыгнул, за спину сопернику заглядывать так себе история, так Вариант делает — горячится… Ну, а вообще пока все как будто на мази, идет своим чередом.
— Что Саня Вариант? — решил уточнить я, раз шеф обозначил его имя в разговоре.
— Ха! Слыхом не слыхать, видом не видать… Но сам понимаешь, это затишье перед бурей.
Я кивнул. Шеф как будто хотел еще что-то сказать, но отказался.
— Словом, работаем, — сказал другое, не то, что хотел. — Последние усилия, и начинаем турнир!
— Кстати, — меня осенило. — А судьи кто? Я не шучу, не цитирую, — поторопился сказать я. — Это в самом прямом смысле.
— Понимаю, — шеф еще плеснул себе коньяку, но поменьше, чем в первый раз. — Этот вопрос как раз решили. Судей в ринге, то есть рефери, взяли в боксерских секциях… Опыта в новом деле у них нет, понимаю, — предупредил он мой вопрос. — Так у нас ни у кого опыта нет! Откуда ему взяться? Только из работы повседневной… О как! Будто передовицами советских газет заговорил!
Он хохотнул и залпом хватил коньяк. И тут у него запиликал мобильник, он схватил аппарат, лицо стало суровым.
— Я пойду, — сказал я и встал. Он кивнул, не глядя на меня.
В приемной Ильдар все нес словесную пургу, видать, он мог это делать неутомимо, а теперь еще и с удовольствием потчевался чаем, печеньем и конфетами, которые вымутил у Алины… А вот секретарша несколько скисла — наверное, слушать шоферские повести интересно до определенного предела. Я уже было захотел выручить девушку, но сработал пейджер.
Я взглянул в экран — и обмер. Там было:
«Степаныч прибыл. И еще несколько человек с ним. Ракитин»
— Ох ты… — невольно вырвалось у меня.
— Что-то случилось? — Алина подняла на меня ясный взгляд. Ильдар тоже сразу навострил уши.
— Да. Срочное дело. Помчался! — и избежав подробностей, я поспешил к машине.
Кто, интересно, со Степанычем? Танк?.. Хорошо было бы, я прямо скажем соскучился по пацану! Но посмотрим. С радостным предвкушением встречи я долетел до «Труда», заторопился в зал… уже на подходе различил голоса, смех, ощутил, как радостно забилось сердце, вбежал в зал…