Блюхер
Шрифт:
С приездом Блюхера Вятка, Котельнич, Слободской, Орлов и их окрестности были объявлены укрепленным районом — опорным пунктом 3-й армии. Для его управления был утвержден Военный совет (тройка) в составе В. К. Блюхера, С. А. Новоселова, В. Ф. Сивкова.
«До этого, — пишет Сивков, — лично Василия Константиновича мы не знали, но слышали о его героических делах. На первую встречу с ним я шел с какой-то необъяснимой настороженностью. Думалось: „Заместитель командующего армией, герой… Как-то встретит? Как сложатся отношения при совместной работе?“ Но через несколько минут от моих тревог не осталось и следа. Мы сидели за чаем и, как
Блюхер сосредоточил свое внимание на военных вопросах, а Новоселову и Сивкову поручил налаживание нормальной жизни в губернии. Все силы и средства — в единый кулак. Была создана система военно-революционных комитетов на местах. Городской военревком и уездные ревкомы приступили к наведению порядка. Должностных лиц управленческих органов Вятки и Вятской губернии, дискредитировавших советскую власть, в зависимости от степени виновности либо увольняли, либо предавали суду революционных трибуналов. Особенно сурово карались саботаж, пьянство, азартные игры. Уличенные в этом сотрудники учреждений приговаривались к заключению в тюрьму или к расстрелу.
Военно-революционные комитеты не только твердой рукой наводили административный порядок, но и решительно вторгались в другие важные стороны жизни города и губернии, налаживали работу заводов и фабрик. Очень остро стоял продовольственный вопрос: рабочие получали всего по три четверти фунта хлеба в день, мяса, овощей совсем не было. Принятые срочные меры по улучшению снабжения рабочих продовольствием принесли положительные результаты.
Город церквей и монастырей, кожевников и винокуров трудно было представить центром укрепленного района. Но через полтора месяца неукротимой волей Блюхера он превратится в настоящий военный лагерь.
Перво-наперво Блюхер занялся гарнизоном, собрав в единую военную организацию 1-й рабочий полк тылового ополчения, Вятский отдельный караульный батальон, 1-й Вятский резервный рабочий батальон, 8-й Продовольственный полк, легкий артиллерийский дивизион и броневой взвод.
Особо он заботится о формировании наиболее боеспособной трехполковой 1-й Вятской крепостной бригады. Он пишет специальный приказ, в котором указывает: «§ 1. Для скорейшего сформирования и приведения в боевую готовность частей 1-й Вятской крепостной бригады принять немедленно к исполнению следующее: из 3-го батальона 8-го Продовольственного полка выделить годных к строю красноармейцев и влить их во 2-й Вятский крепостной полк, оставив для 8-го полка необходимый кадр командного состава…»
Блюхер не оставлял без своего внимания и остальные части и подразделения. Он укрепил их новым командным составом из наиболее энергичных и опытных в военном отношении бывших солдат, унтер-офицеров и офицеров, вставших на сторону советской власти. Затем призвал новобранцев, приказав командирам добротно обмундировать, накормить их и разместить в теплых помещениях. Без промедления для новобранцев была организована военно-боевая учеба.
Губернская военная комендатура располагалась в центре города в большом доме по Орловской улице. Раньше она представляла собой тихую «контору», где безмятежно штамповали различные циркуляры чуть более десятка гражданских служащих во главе с воинскими чиновниками — комендантом и его двумя помощниками. После того как Блюхер возглавил гарнизон, она уже через неделю превратилась в активно
Генерал-лейтенант К. Ф. Телегин, бывший в то время новобранцем 1-го рабочего полка тылового ополчения, рассказывал в своих воспоминаниях, что с прибытием Блюхера в Вятку в городе и вокруг него все стало быстро меняться: развернулось строительство новых фортификационных сооружений, начались установка батарей и оборудование пулеметных позиций.
Для удобства управления возведением защитных укреплений район был поделен на участки: Слободской, Вятский, Орловский и Котельнический. Блюхер вместе с работниками комендатуры и специалистами-фортификаторами регулярно объезжал эти участки, контролируя качество и соблюдение намеченных сроков строительных работ. А сроки были жесткие — обстановка подстегивала: колчаковцы уже заняли Глазов и неумолимо приближались к Вятке.
Начальник гарнизона редко бывал в своем штабе, все рабочие дни проводил на стройучастках. За месяц пребывания в должности он не успел даже познакомиться со всеми сотрудниками комендатуры.
Однажды, вернувшись в штаб из поездки по району совершенно разбитым от усталости, Василий опустился на диван. Его взор остановился на сидевшей за пишущей машинкой миловидной девушке. Как это раньше он не замечал ее? Адъютант Никифор Баранов, перехватив взгляд Блюхера, сказал:
— Галя работает у нас регистратором и машинисткой. Характеризуется положительно. Грамотная.
Василий зачарованно смотрел на белокурую девушку со строгим красивым лицом. Наконец спросил:
— А фамилия ваша?..
— Покровская, — ответила девушка.
— Покровская…
Баранов вкратце рассказал о девушке: окончила гимназию, несколько раз пыталась записаться в отряды Красной армии, но ей отказывали.
Галина родилась в 1899 году в селе Шушелово Порховского района, недалеко от Петербурга. Родители ее: отец Павел Петрович Покровский — военный священник, мать Людмила Петровна Торопогридская — дочь священника, домохозяйка.
…В августе 1919 года Галина станет женой Блюхера.
Ни при первом знакомстве, ни позже Василию никто не сказал, что Галина из религиозной православной семьи. Он узнает об этом лишь после женитьбы и в течение многих лет будет скрывать от начальства, подчиненных и просто знакомых этот факт биографии своей жены.
С Галиной Покровской Блюхер проживет восемь лет. Это будет, можно с полным основанием сказать, походная, постоянно заполненная тревогами жизнь военной семьи. Галина пройдет с Василием огненными дорогами Каховки и Крыма, потом — Дальний Восток, Забайкалье (в бытность Василия главкомом и военкомом ДВР), затем — Петроградский гарнизон и, наконец, Китай, где Блюхер проработает около трех лет главным военным советником при правительстве Сунь Ятсена.
Галина родит Василию троих детей. Первенец — дочь Зоя — умрет в младенчестве, не дожив до года. В мае 1922 года появится Всеволод, в июле 1923-го — Зоя (имя ей дадут в память первой дочери).
11 мая 1919 года в Вятку неожиданно приехал командующий 3-й армией Меженинов. «Решил командарм проверить, как идут у нас дела», — подумал Блюхер. Но Меженинов приехал к начальнику укрепрайона с совсем иной миссией — торжественно вручить ему орден Красного Знамени № 1, которым его наградил ВЦИК в сентябре минувшего года.