Блуждающие огни
Шрифт:
Мотоциклы подъехали к ступеням музея и полукругом выстроились вокруг пикапа. Пикап же остановился носом к музею, а кузовом прямо в лицо Финнегану.
– Что они затеяли?
– пробормотал Штырь, когда члены группы начали разбирать инструменты.
Ответные вопли Чистокровок и звуки настраиваемых гитар и синтезаторов поднимались к их окну.
– Думаю, они приехали нам помочь, - проговорила Мэнди.
– Лучше нам спуститься, - решил Штырь. Он пошел к лестнице так быстро, что Мэнди и
Лабби, бегущий по пятам за хозяином,
– Ну что, придумал наконец?
– спросил Гуд Фаррела Дина.
Волшебник, наморщив лоб, сидел за усилителями в кузове грузовика. Его глаза были устремлены на лозунг, выведенный на деревянных боках пикапа: «Я бы лучше сплясал!» Еще бы, он бы тоже согласился на что угодно, только бы не сидеть здесь, думал Фаррел.
– Фаррел!
– поторопил его Гуд.
– Я думаю! С простыми чудесами я всегда был не в ладах. Они такие легкие, что я их сразу забываю.
– Ну, если тебе проще с какими-то сногсшибательными, давай нам такое. Сейчас нам все сгодится.
Фаррел Дин вздохнул.
– Сложным чудесам я никогда не мог выучиться, - признался он.
– Надо было найти другого волшебника, - посетовала Колючка.
– Но ведь никто не мог ничего путного посоветовать, пока мы не обратились к Фаррелу.
– Да, но…
– Слушайте, вы! Уходите и дайте подумать!
– прикрикнул на них Фаррел.
– Начинали бы лучше свои игры-пляски, а я, когда вспомню чудо, дам вам знать.
– Если вспомнишь, - уточнила Колючка. Фаррел Дин вздохнул и снова углубился в размышления.
Было же такое простое-препростое чудо, которое даже он мог вспомнить. Неужели не сможет? Оно было у него самое любимое, правда, очень давно, еще когда Эльфлэнд не сорвался с места. Но последние несколько веков в этом чуде нужды особой не было, а к тому же он был не ахти какой способный волшебник. Иначе с чего бы он открыл свой ресторан «Хорек»? Вот угощать посетителей пивом - это ему удавалось куда лучше, чем чудеса.
Стоя в передних рядах Чистокровок, Финнеган переругивался с Джонни Джеком. Главарь эльфов пока не решался дать знак крушить «Оленей», слишком они были популярны, а рисковать ему не хотелось. Но постепенно Финнеган закипал все сильней и скоро мог плюнуть на что угодно. Он вообще-то не ожидал, что соберется столько других банд, но чихал он на них на всех!
Чистокровки справятся с кем хочешь.
– Слушай, ты, вонючка!
– обратился Финнеган к Джонни Джеку.
– Даю тебе две минуты. Хватайте свое барахло и валите отсюда, а то мы у вас прямо по головам пойдем! Ясно?
– Все настроили?
– спросил Гуд с грузовика. Он не спускал глаз с Чистокровок и понимал, что в одиночку «Олени» долго не выдержат.
«Эх, Фаррел Дин, Фаррел Дин!
– мысленно молил волшебника Гуд.
– Ну выдай свое чудо, и мы будем играть в твоем „Хорьке" целый месяц бесплатно!»
– Пора начинать!
–
– Ну, тогда поехали!
– скомандовал Гуд.
Штырь с Мэнди вышли на ступени музея в ту самую минуту, когда «Олени» грянули вступление к ультрагромкой версии «Зова Морриса». Неожиданный грохот музыки заставил Штыря и Мэнди остановиться. Эльфы смотрели на Финнегана, ожидая указаний, а толпа уже начала притоптывать.
– Давай, жарь!
– крикнул кто-то.
Толпа закричала, засвистела, но музыка заглушала все. Колючка, не выпуская из рук аккордеона, следила за Финнеганом, потом повернулась взглянуть на Фаррела Дина - как он там. Толстяк-волшебник сидел, нахохлившись, и бормотал что-то себе под нос.
«Здорово придумано, Гуд», - про себя похвалила товарища Колючка и снова повернулась обратно к толпе. Большинство панков и беглецов уже плясали вовсю - кто шаркая ногами, как в старых танцах кантри, кто вприпрыжку. Крысы ели глазами Чистокровок, готовые в любую минуту схватиться с ними. Все остальные, похоже, никак не могли понять, какое им предлагается зрелище - уличная драка или бесплатный концерт, а те, что спустились с Горы, как всегда, нерешительно теснились сзади - боялись что-нибудь упустить, но и остерегались - вдруг пойдут в ход кулаки.
Штырь начал спускаться по ступеням, Мэнди и Лабби следовали на некотором расстоянии за ним. Увидев у Штыря ружье, Финнеган прищурился. «Олени» в это время начали наяривать какое-то сногсшибательное попурри из популярных песен.
– Ну что?
– крикнул Гуд Фаррелу Дину.
– Не «чтокай» под руку!
– огрызнулся волшебник. Он загибал пальцы и качал головой.
– Нет, это не пойдет, не стоит метать бисер перед свиньями! Может, это?
– Он крепко зажмурился, стараясь сосредоточиться, а музыка продолжала греметь.
Штырь продвигался вдоль пикапа, держа в опущенной руке ружье. Палец лежал на спусковом крючке, так что в любую минуту он мог вскинуть оружие и выстрелить.
Колючка старалась встретиться глазами с Мэнди. Если Штырь и Финнеган сцепятся, то будет уже все равно, вспомнит Фаррел какое-нибудь чудо или нет. Но взгляд Мэнди был прикован к высокому главарю Чистокровок, небрежно поджидавшему, когда к нему приблизится Штырь. Эльфы начали тесниться ближе к своему вожаку. Те, у кого были луки, натягивали тетиву.
Не доходя нескольких шагов до Финнегана, Штырь остановился.
– Выруби музыку!
– приказал ему Финнеган.
– Я тут не хозяин, - пожал плечами Штырь. Финнеган повернулся к своим дружкам, но не успел приказ сорваться с его губ, как Фаррел Дин в грузовике выпрямился и крикнул:
– Вспомнил!
Он вскочил, бросился к Колючке, зацепился за провод и упал прямо на эту рыжеволосую красотку. Вдвоем они покатились кувырком. А ведь Колючка вела мелодию! Когда они упали, ее аккордеон издал какой-то дребезжащий всхлип. Оркестр растерялся и замер.