Блокпост
Шрифт:
– А это еще что такое? – непроизвольно пробормотал Руслан, почувствовав, как нехорошо заныло в груди. У калитки, деликатно скрипнув тормозами, остановилась черная «ГАЗ-31», вся утыканная антеннами. Копошившиеся во дворе следователь с ассистентами недоуменно уставились на машину, а сержанты разом приняли стойку «смирно» – Руслану также пришлось вскочить вместе с прикованным стражем.
Из «Волги» степенно вышел моложавый полковник милиции в красивой фуражке и пошел через калитку прямиком к крыльцу, бросив снисходительно сержантам:
– Вольно, орлы…
За полковником следовал… Бабинов.
Полковник подозвал
Полковник негромко сказал что-то на ухо следователю и красноречиво потыкал пальцем в сторону подследственного. Агент уловил достаточно громко сказанное словцо – «очняк». Следователь страшно удивился, сделал круглые глаза и с полминуты смотрел на Руслана с каким-то новым, неподдельным интересом.
«Тыкать пальцем – нехорошо, – потерянно подумал Руслан. – Однако приплыли, кажется… И что ж ему этот хлыщ там наплел? Какой, к черту, „очняк“?»
– С тобой хочет конфиденциально побеседовать замначальника УВД, – негромко сообщил следователь, подойдя к Руслану. – Смотри там, без глупостей…
– И бросил сержанту:
– Перекуй его.
Сержант, прикованный к Руслану, недоуменно пожал плечами, отсоединился, замкнул второй наручник на левом запястье подследственного и передал ключ полковнику, который к этому моменту также зашел на крыльцо.
– Проходите в дом, – вежливо пригласил полковник, слегка подталкивая Руслана в спину. – Я отниму у вас буквально пять минут, Александр Иванович! Не стесняйтесь – заходите. Остальные побудьте во дворе – мы быстро…
– «Не стесняйтесь»! – потерянно передразнил Руслан, заходя в прихожую. – Ну вы даете, хлопчики… Ну вы… – Он лихорадочно соображал.
Оставалось совсем немного времени – буквально считанные секунды. Заорать, что ли? Дескать, спасите, люди добрые, этот ваш полковник – зомби!!! Посмеются только – скажут, спятил от сидения в душегубке… Черт, что же делать-то?! А если полковника – ногой в пах, Бабинова – аналогично, потом ключики… Хотя тоже отпадает – полковник здоров, не пьян, как в дверь вошли, сразу взял дистанцию три шага и держит… Не лопух, короче, – дураку ясно. Надо было при входе, когда в спину подталкивал… Черт! А что же делать-то? Ведь сейчас, пожалуй, убивать будут, Рустик – думай, мать твою!!!»
Пропустив полковника с Русланом в прихожую, Бабинов запер входную дверь на крючок и бочком присел на подоконник, поддев занавеску, чтобы не видно было с улицы. Поманил к себе пальчиком полковника – тот послушно приблизился.
Хирург склонился к его уху и начал что-то нашептывать – полковник согласно кивал головой и мертвыми глазами смотрел на Руслана, медленно расстегивая китель.
Руслан отсутствующим взглядом, по инерции, обшарил каждую деталь обстановки. Ничего подходящего. Ничего у него нет! В заначке под половицей портативный сканер и электроаппликатор – такими штуковинами не убивают. Хорошо операм-практикам – те и ногами могут удавить при надобности, и придумать что-нибудь стоящее в режиме жесткого цейтнота… Так-так… А ну-ка, ну-ка…
Цепкий взгляд агента остановился на старенькой этажерке, приткнувшейся в углу прихожей. На средней полке стояла небольшая,
Рядом со шкатулкой стоял на две трети выдавленный тюбик репеллента «Редэт». Именно стоял – тетя Соня аккуратно подвернула выдавленную часть так, что тюбик можно было поставить на попа, и теперь он был даже и не совсем на тюбик похож. А на что?! На что-то уж точно…, Так, есть, кажется… Пусть блеф и бутафория – когда человек тонет, он, как известно, и за соломинку хватается…
Руслан чуть-чуть передвинулся к этажерке, развернулся к ней спиной, приподнялся на носках. Мертвый взгляд полковника переместился вместе с ним, последняя пуговица на кителе расстегнулась. Пальцами скованных за спиной рук агент нащупал стеклянную пуговицу с латунным ободком, крепко зажал ее в пальцах, отступил вправо. Начал медленно дышать по системе, выгоняя адреналин: два коротких вдоха, как бы принюхиваясь, затем медленный глубокий выдох животом, до прилипания желудка к позвоночнику. Сейчас ему понадобится олимпийское спокойствие и все умение воздействовать на объект силой внушения.
Бабинов закончил инструктаж. Полковник достал из плечевой кобуры симпатичный «вальтер» – явно не табельный, дослал патрон и медленно поднял пистолет, удерживая правую руку согнутой в локте.
– Вот и все, мистер Бонд, – мудро смежив веки, объявил Бабинов, крутя на пальце колечко с ключом от наручников – отобрал у полковника. – Честно говоря, я был против твоего устранения. Хотелось в твоей башке поковыряться, посмотреть – может, провода там вместо мозгов. – Он коротко хохотнул – чувствовалось, парень нервничает. – Полковник завалит тебя при попытке к нападению. Ты же сильный мужик – вон каких здоровенных парней укокошил.
– Я вам кое-что хотел сообщить напоследок, господин Бабинов, – ровным голосом, с некоторой даже ленцой произнес Руслан, пытаясь встретиться взглядом с хирургом. – У меня тут одна штуковина имеется…
– Нет-нет, не стоит даже пытаться, – поморщился Бабинов, отводя глаза в сторону – не желал в гляделки играть! – Ты уже труп, так что стой спокойно, вспоминай лучшие моменты жизни. Просто интересно с трупом разговаривать… Скажи что-нибудь глупое: типа – да здравствует Интерпол! Или – хай живе ЦРУ – откуда ты там взялся? Ну?
Руслан максимально расслабился – надежда на благоприятный исход увеличилась пропорционально проявившемуся внесколькихштрихах непрофессионализму руководителя акции. Странный ты парень, Пульман! Послал хирурга рулить устранением профессионала. Что за блажь? Мало, что Бабинов уже завалил одну простейшую акцию? Он, ко всему прочему, еще и неуравновешенный тип – нельзя травмировать психику такого товарища присутствием при «живом ликвиде»!
Ну кто же болтает с жертвой, если не стоит задача допросить ее перед устранением? Этак только в кино делают – в жизни все проще, зашел, замкнул дверь – шлеп! – и привет. Никаких трогательных сцен…